Hotline


Россия в фокусе криминальной глобализации. 2002г.

 Версия для печати

 

book_4.zip (0 байт)  

2.1. Обзор транснациональной деятельности российской организованной преступности на Западе

1. Приближение к феномену преступности
Понятия
а) «Организованная преступность»
Дискуссия об организованной преступности (далее ОП) представляет собой красноречивое свидетельство того, как на протяжении многих лет определенный криминальный феномен может быть предметом безрезультатных научных споров, в итоге контуры используемого термина не стали более понятными. В то время как в политике без необходимости производятся новые термины, чтобы в основном отрицательно ограничить состояние знаний, широкая общественность находит все больше и больше удовольствия в термине «мафия».
Тем не менее для целей криминологического обсуждения понадобится единое определение термина для осмысления и описания такого примечательного и осязаемого – по крайней мере для добросовестного исследователя - феномена. Очевидное распространение транснациональной деятельности ОП тем более требует согласованного семантического подхода, чтобы способствовать анализу связей и воссозданию длительной и устойчивой международной картины явления.
Теоретическая проблема, перед которой стоит осмысление термина ОП, сводится к двум обстоятельствам. Во-первых - это сущность самой ОП, которая проявляется меньше всего в виде преступлений, а больше в способе их совершения, а также в мотивации участников. Отличительный признак «организованности» сам по себе не является убедительным критерием для сравнения, поскольку в широком спектре от сетевых структур до иерархически созданных и скрытых синдикатов возможно множество организационных форм, которые при этом приходится четко отграничивать от традиционного феномена бандитизма. Во-вторых - это познавательная перспектива исследователя, а также функциональный контекст, в котором происходит наблюдение. Основополагающее значение здесь имеет, с немецкой точки зрения, различие между превенцией и репрессией. В то время как полиция, в рамках своей превентивной деятельности, и тем более службы безопасности, сориентированы на освещение структурных связей, т.е. сбор информации, и так называемую intelligence-деятельность, правосудие в целях осуществления своих репрессивных задач преимущественно фиксировано на юридических критериях отдельно взятых дел.
Отсюда следует, что функциональный контекст употребления термина очень важен. Так, например, с точки зрения немецкого конституционного права принцип nullum crimen, nulla poena sine lege certa потребовал бы от законодателя самые точные определения, если он установил бы термин ОП как признак состава преступления. Такие же жесткие требования возникли бы в том случае, если законодатель захотел бы расширить оперативно-розыскные полномочия полицейских в целях усиления борьбы с ОП. С другой стороны, требования более мягкого рода вытекали бы из принципа правового государства и уважения прав человека в таких случаях, когда просто разграничиваются ведомственные компетенции в целях борьбы с ОП.
Сочетание всех этих условий показывает, что нужно отойти от идеи единой законодательной дефиниции на национальном уровне и использовать вместо этого по возможности открытое рабочее определение, как это принято в полицейской практике Германии, Швейцарии и США. Иначе возникла бы опасность, что через отлитую однажды в законе дефиницию воспринимались бы только те аспекты реальности, которые указаны в данном определении. Следует также опасаться, что при такой форме преступности как ОП, которая проявляется как так называемая преступность контроля (Kontrollkriminalität) преимущественно через проактивные полицейские расследования, небольшие полицейские ресурсы будут всегда концентрироваться только на области известных преступлений, в то время как преступные сообщества могут незаметно внедряться в ниши социальных структур.
Вышеприведенные аргументы против принятия единого законодательного определения на национальном уровне, с другой стороны, не затрагивают необходимость установления единого определения в процессе международного сотрудничества учреждений полиции. Ориентиром по данному вопросу сейчас является статья 2 (а) Конвенции ООН по борьбе с транснациональной ОП, принятой в период с 12 по 15 декабря 2000 года в г. Палермо.
Однако, чтобы проследить, каким образом будут развиваться дальнейшие события в этом плане, должно пройти время. Если в дальнейшем все-таки будут цитироваться самые значимые национальные определения ОП, то только потому, что это необходимо для лучшего понимания представленного статистического материала отдельных стран.

б) «Российская организованная преступность»
Не менее сложным для понимания представляется термин «российская организованная преступность» (далее РОП). Для научно обоснованной дискуссии здесь нельзя ссылаться на этническое происхождение участников группировок, как это, к примеру, долгое время практиковалось в США. При использования такого подхода этническое происхождение понимается как факт существующий a priori, когда в самом деле этот факт сам является конструкцией, которая создается и развивается по самым разным относительно определенных групп лиц мотивам. Подобный подход также опасен, поскольку он может вести к созданию стереотипов и предрассудков.
Наконец, использование этнического понимания термина РОП ошибочно и потому, что представителями РОП являются лишь частично этнические русские, остальную часть составляют представители Кавказа, Балтии, Белоруссии, Украины. В связи с этим ориентация по принципу гражданства, как это практикуется в отчетах о состоянии ОП в Германии («ОП российских граждан») себя также не оправдывает.
Точнее, но обстоятельнее по данному вопросу выразилось Федеральное криминальное ведомство ФРГ (Bundeskriminalamt, далее ФКВ) в ходе работы над аналитическим проектом рабочей группы по борьбе с международной ОП, который просто именовался «ОП группировок из бывшего Советского Союза».
Вместо эксклюзивной (выборочной) ориентировки по принципу происхождения, применяемое в данной работе определение ориентируется на результаты полицейских и криминологических исследований. Большинство авторов сначала замечают определенный этнический «уклон», но в качестве отличительного признака РОП они видят специфический принцип организации – а именно: использование криминальных контактов в различных сетях и в принципиальной независимости от этнического происхождения участников.
Созданные при этом структуры являются недолговременными и зависят от отдельных криминальных возможностей. Иначе, чем в случаях синдикатной ОП, отдельные уголовные деяния не служат подтверждением существования определенной, преимущественно иерархической структуры. Наоборот, в большинстве случаев сама структура зависит от потребностей того или иного запланированного деяния. Тем самым, понятие РОП является не более чем приблизительным сводным понятием, которое должно применяться в том случае, когда не затрагиваются специфические условия определенной страны. Все же оно прельщает своей краткостью и, к тому же, соотносится с доминирующим в американской литературе определением «Russian organized crime».

Криминологические пояснительные модели
В то время как образование современной ОП в странах бывшего СССР по треугольнику «коррумпированная партийная номенклатура - теневая экономика - традиционная преступность» достаточно хорошо описаны, моделей для понимания транснациональной деятельности РОП все еще не хватает. Факт ее распространения в течении последних десяти лет документирован прежде всего в работах журналистов, но и в статистических данных полицейских ведомств во многих странах мира. К сожалению, предлагаемая в данной статье картина достаточно ограничена, поскольку автор может только ориентироваться на европейские и американские источники, исключая тем самым в некоторой степени дальневосточные особенности данной проблемы. Хотя именно здесь распространение РОП, определяемое посредством целого ряда факторов, достигло по меньшей мере таких же драматических масштабов как на Западе.
Отсутствие систематических данных о распространении РОП в пределах исследуемого здесь географического пространства связано не только со сложностями предмета исследования, но и с некоторыми «доморощенными» проблемами ученых, занятых исследованием данного феномена. В частности, это касается университетского криминологического исследования, представителям которого в ЕС еще сложнее, чем в США, проникнуть в необозримый и плотно отгороженный мир РОП.
В плане методического подхода остается лишь анализ документов, будь то в форме данных учреждений полиции, юстиции, либо служб безопасности, которые публикуются в форме отчетов о состоянии преступности, либо моделей возможного развития преступной деятельности, либо в виде различного рода открытых, так называемых open-sourсe-материалов. Провести же сопровождающее исследование , выражающееся в опросе лиц, совершивших преступления, а также пострадавших от преступлений почти не предоставляется возможным. Отсюда следует, что имеющаяся совокупность данных представляет только фрагментарные и искаженные взгляды на проблему.
(а) Стратегии экспансии РОП
Прежде всего заслуживает внимания предложенная Galeotti классификация стратегий экспансии РОП, которая также вошла в опубликованный Европолом анализ угрожающего распространения РОП. Исходя из ярко выраженного сетевого характера РОП , он различает при «завоевании ею территории» за рубежом жесткую и мягкую формы проникновения и противопоставляет им проникновение путем оказания услуг.
Примечательным для первой формы является агрессивное основание присутствия рядом либо в конкуренции с местной ОП, нередко связанное с применением насилия. Примерами являются «ближнее зарубежье» Балтии, также Финляндия, в Центральной Европе - Венгрия , Австрия, а также Германия, и в конце концов, Израиль и США. Общим у этих стран является то, что они до последнего десятилетия принадлежали к сфере влияния Советского Союза либо то, что они были транзитными или конечными странами еврейской эмиграции последних двух десятилетий, и поэтому представляют собой идеальную почву для дальнейшей преступной деятельности. В случае ФРГ проявляется даже комбинация обоих признаков: из-за многолетнего присутствия западной группировки войск Советской армии в ГДР и традиционно большой русской эмиграции в Берлин.
При стратегии «мягкого проникновения» РОП показывает ее лицо в респектабельном виде. Ее представители ценят такие страны как Чешская Республика или Коста-Рика как зону бездействия или завязывания контактов, Швейцарию и Кипр из-за их финансовых возможностей, в том числе как оффшорные центры для отмывания денег. Распространена также практика приобретать легально существующий бизнес, или организовывать фиктивные фирмы.
Дополнительно к вышеназванным странам, РОП на Западе предпочитает Италию и Канаду, причем довольно сложно отнести их к одной из упомянутых стратегий. Канада, из-за своего масштаба и близости к США, открывает многочисленные криминальные возможности и располагает сильным украинским меньшинством. Италия, с другой стороны, ввиду ее устойчивых структур ОП, является сложным участком, но представляет возможности различного рода для кооперации.
В этом же плане понимается и третья стратегия проникновения, когда РОП предлагает своих специалистов для решения таких задач как отмывание денег, компьютерные преступления или заказные убийства. Такая участь постигла, наряду с Францией, Великобританией и Австралией страны, в которых РОП почти не представлена. В общем, модель предложенная Galeotti, несмотря на отсутствие строгой методики, показывает достаточную убедительность и может служить в качестве отправной точки дальнейшего анализа.

(б) Структура РОП за границей
Работа А. Репецкой - одна из немногих, опубликованных в России монографий по транснациональным связям РОП. К сожалению, в этой работе автор не дает объяснения эмпирической основы своих исследований, поэтому некоторые ее утверждения не поддаются проверке. Тем не менее, в качестве гипотез они находятся в интересном контрасте с положениями Galeotti и могут так же являться отправным пунктом для последующего исследования данных учреждений полиции и юстиции.
Репецкая видит структуру РОП за рубежом как иерархическую, состоящую минимум из трех уровней, пирамиду со своеобразным фундаментом. На вершине данной пирамиды находится руководящая и организационная группа, где на основе коллегиальности и равенства совокупностью лиц планируется и координируется криминальная деятельность. Средняя часть пирамиды выполняет прежде всего содействующую функцию при поддержке деятельности группы, например посредством коррумпирования правоохранительных органов и постоянного усовершенствования мероприятий по сокрытию преступной и иной, связанной с ней, деятельностью. И, наконец, нижний уровень осуществляет функцию реализации преступлений, но не собственноручно, а в форме руководства и контроля над «исполнительскими группами». Только на этом уровне Репецкая наблюдает организацию сетевого характера, причем в максимально вариабельной форме. Детальная структура исполнительских групп зависит, с одной стороны, от вида совершаемого преступления, с другой же стороны - от оптимальной в конкретном случае структуризации коммуникационных связей как внутри данной группы, так и с вышестоящими группами пирамиды. Далее Репецкая представляет целый ряд коммуникационных моделей, встречающихся на практике.

2. РОП в Европе
Германия - пример «жесткого проникновения»?
а) Исходное понятие ОП и отчеты о состоянии ОП
С 1991 года ФКВ каждый год публикует наряду с полицейской криминальной статистикой (далее ПКС) отдельные отчеты о состоянии ОП (Lagebild Organisierte Kriminalität), в рамках которых содержится детализированная разработка данных преследования указанной формы преступности. Предпосылкой составления отчета ОП является достигнутое в 1991 году соглашение учреждений полиции федерации и земель, а также органов юстиции о применении обязательного в равной мере рабочего определения исходного понятия ОП.
Согласно этому ОП является:
«планируемое больше чем двумя участниками совершение за длительный или неопределенный срок времени преступлений, представляющих отдельно, либо в совокупности существенное значение, если это мотивируется стремлением к наживе и власти, и если дополнительно
 используются деловые или подобные структуры, или
 используются насилие или другие средства запугивания, или
 оказывается влияние на политику, средства массовой информации,
общественное управление, юстицию либо экономику.
Данное понятие не охватывает террористические преступления.»
На основании данного определения в 1993 году составление отчета о состоянии ОП было распространено на Федеральную пограничную службу и Федеральную таможенную службу розыска. Тем не менее, представленная для борьбы с ОП картина в радиусе своего действия остается ограниченной. Для полицейских ведомств это проявляется прежде всего в том, что учитываются всего лишь данные, собранные в процессе уголовного расследования. Наоборот, данные, полученные в ходе своей превентивной деятельности либо посредством передачи от служб безопасности остаются неучтенными. Всего же за 1999 год около 27 % дел по расследованию ОП было возбуждено в результате расследований, что говорит об относительной активности органов полиции. Так называемые данные юстиции (Justizdaten), о которых прокуратура узнает после de facto передачи расследования ей полицией либо в стадии судебного разбирательства при составлении отчетов остаются без внимания.
Отчет о состоянии ОП за каждый год включает в себя первичные сообщения, т.е. сообщения о делах по расследованию ОП, которые в данном году приняты к производству, а также сообщения из производств предыдущих лет, если в год составления отчета удалось получить новые данные. Уже внесенные в одном году данные в основном не учитываются в следующем году. В отличие от ПКС, который представляет данные всего лишь законченных расследований за каждый год, в отчетах о состоянии ОП в конце года подводится предварительный итог текущих, находящихся в производстве расследований.
Само предоставление учреждениями полиции земель данных в ФКВ происходит не в виде обобщенных данных, а в форме отдельных сведений. Необходимость определения исходного понятия ОП при этом имеет большое значение, поскольку требуется постоянный процесс согласования о применении показателей ОП между аналитиками и лицами, производящими преследование. В результате отчет о состоянии ОП документирует прежде всего количественную характеристику борьбы с ОП.
Качественный масштаб самой ОП, особенно преступные структуры и их переплетения, в этой схеме долгое время оставались без внимания. Аналитики поэтому и обвинялись в том, что они производят «кладбища чисел». Наконец-то в результате критики, донесение изменилось с отчета о состоянии ОП с 1998 г., когда аналитики ФКВ создали комплексно взвешенную систему оценок так называемого относительного потенциала преступных группировок. После того, как определяется относительный потенциал ОП определенной группировки по одному из трех критериев, специалисты ФКВ проводят интервью с лицами, проводившими расследование по данной группировке в землях. Вследствие этого в нашем распоряжении находятся достаточно серьезные сведения за период с 1998-2000 гг.

б) РОП в зеркале отчетов о состоянии ОП
В отчетах последних лет подозреваемые в преступлениях ОП классифицируются по принципу гражданства. Для общей массы подозреваемых это приемлемо, но в случае РОП может привести к недоразумениям, так как целый ряд подозреваемых РОП имеет разные гражданства. Тем не менее, отчеты за 1998 - 2000 гг. называют следующие данные относительно подозреваемых, имеющих российское гражданство:

1998 1999 2000
Кол-во подозреваемых из РФ 211 114 193
Доля от общего числа всех подозреваемых 2,5 % 1,5 % 2,0 %

Доля от общего числа всех иностранных подозреваемых 4 % 2,5 % 3,6 %
Кол-во подозреваемых из стран центральной и восточной Европы 1607 1067 1487
Доля от общего числа всех подозреваемых 19 % 13,7 % 15,8 %
Кол-во вооруженных подозреваемых из РФ 8 нет сведений 8
Доля от общего числа вооруженных подозреваемых 3,8 % нет сведений 4,1 %
Расследование с международным отношениями, при которых как минимум одно их мест совершения преступления находится в РФ 59 нет сведений 57
Доля от общего числа расследований с минимум одним местом совершения преступления за границей 12,8 % нет сведений 11,4 %

Исследуя доли подозреваемых с российским гражданством в соотношении с подозреваемыми, имеющими иное, чем немецкое гражданство, можно сделать вывод о том, что подозреваемые с российским гражданством в 1998 году составляли шестую по размеру группу иностранных лиц, в 1999 году – восьмую, в 2000 году опять же шестую по размеру группу иностранных лиц. Если брать относительную численность, то подозреваемые с турецким, итальянским, югославским и польским гражданством составляют более сильные контингенты. Интересное дополнение к этим цифрам содержит отчет за 2000 год. Он сопоставляет все расследования ОП, в которых доминировали подозреваемые, имеющие то или иное гражданство. Группировки, в которых доминируют российские граждане в этом году находились на 5-ом месте из всех иностранных группировок. Учитывая то, что подозреваемые с российским гражданством в этом году занимали только 6-ое место в доле иностранных граждан, следует сделать вывод, что подозреваемые с российским гражданством усиленно участвуют в смешанных группировках.
Качественное исследование группировок ОП состоит из обработки интервью с лицами, проводящих расследования, а также из обобщения опыта отдельных случаев, избранных по их относительному потенциалу ОП. Что касается РОП, то это представляет особый интерес, поскольку отчеты о состоянии ОП с 1998 года представляют конкретные исследования и данного феномена. Однако, надо сказать, что начало качественного исследования РОП в 1998 году разочаровывает. Вопреки ожиданиям о том, что в Германии находятся выраженные признаки РОП, аналитикам не удалось найти убедительных данных.
Это в особенности касалось преследований случаев отмывания денег, в которых получение данных о предшествовавших преступлениях в России было «связано со всеми достаточно известными сложностями». Расследования в области вымогательства денег под угрозой насилия, торговли людьми и принуждению к проституции проходили со сложностями, так как едва ли можно было найти свидетелей или жертв. Также не удалось доказать предполагаемое сотрудничество российских чиновников с криминальными группировками в Германии. Поэтому на основании этих данных аналитики ФКВ сделали вывод, что можно надежно исключить предположение о том, что РОП оперирует в Германии в форме строго иерархически созданных и неукоснительно организованных группировок.
С другой стороны, в связи с моделью «мягкого проникновения» интересен тот факт, что группировки РОП, оперирующие в Германии, преимущественно состоят из бизнесменов, которые хотя уже частично уже засветились в России, но чей бизнес в Германии находится все же в пределах легального. Соответственно все известные насильственные преступления можно рассматривать в рамках деловых отношений, то есть они не обязательно указывают на раздоры между конкурирующими группировками ОП. В общем, потенциал РОП показал себя очень низким.
Отчет о состоянии ОП за 1999 год подтвердил, прежде всего, относительно низкий потенциал РОП. Так, во всех рассмотренных группировках выявлены деловые либо аналогичные структуры, которые были все же недостаточно профессионально организованы. В отдельных случаях лица, производящие преследования, получали указания на стоящих за этим людей в России, но ни в одном случае не удалось собрать доказательства о прочных организационных связях. Подозреваемые РОП действовали в четко узнаваемых региональных рамках. Здесь они образовывали «узнаваемое переплетение», но их кооперация оказывалась все же «часто случайной и меняющейся».
В отличие от предыдущего отчета о состоянии ОП, анализ отчета за 1999 год подтверждает, что уровень готовности к насилию внутри исследуемых группировок является довольно высоким и направляется прежде всего на соотечественников.
Наконец, отчет о состоянии ОП за 2000 год явился поворотным пунктом хотя бы в статистическом учете. Впервые относительный потенциал ОП российских группировок достиг среднего уровня остальных группировок ОП. Это обусловлено, по мнению аналитиков ФКВ, прежде всего возросшим профессионализмом РОП, а также тем, что перенимаются практики других этнических группировок ОП.
Последнее нашло свое отражение в том, что подозреваемые РОП за пределами их группировок все больше сотрудничают с отдельными криминальными лицами, свободными структурами, а также с группировками других национальностей. Это качественное заключение соответствует данным представленного выше количественного анализа. В целом наблюдаемые структуры группировок очень гетерогенны. Наряду с описанными сетевыми структурами были выявлены относительно прочные по принадлежности группировки длительного криминального взаимодействия с определенными руководителями, а также длительное криминальное сотрудничество нескольких отдельных лиц. Что касается сфер криминальной деятельности РОП, аналитикам сейчас легче делать однозначные выводы.
Итак, РОП активно участвует в основном в области вымогательства под угрозой насилия, нелегального ввоза людей, контрабанды сигарет и отмывания денег. В последнем случае незаконно полученные деньги депонировались на иностранных и отечественных счетах, но не использовались в текущих деловых операциях, например, для увеличения капитала фирм. Также как и в предыдущие годы, были видны и относительно высокие расходы для личного потребления.

в) Альтернативные формы описания ОП
В качестве альтернативы отчетам о состоянии ОП полицейскими практиками иногда на основании эмпирических данных составляются модели возможного развития преступной деятельности. Хотя в ФКВ такие сценарии были подготовлены, в связи с возможными политическими последствиями они не публиковались. Поэтому описание преступности в Германии идет другим путем.
Одним из предложенных направлений является преодоление присущего отчетам о состоянии ОП ФКВ ограничений на полицейские данные путем включения данных юстиции. Этот пункт является многообещающим, поскольку ввиду конституционного закрепления юстиции в ведении земель отсутствует всеохватывающая федеральная статистика данных органов юстиции. Помощь здесь могут оказать только федеральные земли, куда поступают данные органов юстиции.
Предвестником данного движения стала земля Северный Рейн-Вестфалия, где с 1998 года ежегодно готовится Совместный отчет о состоянии ОП полиции и юстиции. Данному примеру последовали и иные федеральные земли. Тем не менее, по интересующему нас вопросу отчет земли Северный Рейн-Вестфалии за 2000 год разочаровывает. 86-страничный отчет не содержит никакой информации по РОП, хотя эта земля по частоте преследований ОП за 2000 год стоит на 3 месте .
Совместное составление отчетов о состоянии ОП также методически проблематично, поскольку в виду их ограничения календарным годом невозможно показать общую картину отдельных преследований. Уже среднестатистический срок полицейского расследования, составляющий 15 месяцев и следуемый за ним срок расследования органами прокуратуры, длящийся в среднем также 15 месяцев, ведет к тому, что собственно процесс уголовного преследования выпадает на различные отчетные годы. К этому нужно добавить, что в отчетах, как правило, обнаруживается большее количество судебных производств, чем полиции по преследованию ОП.
Другое направление в описании преступности - это подготовка долгосрочных мультидисциплинарных исследований. Последним и одновременно самым авторитетным примером является Первый периодический отчет федерального правительства о состоянии безопасности (Erster Periodischer Sicherheitsbericht), к составлению которого, наряду с представителями ФКВ и Центрального Криминального Управления, были призваны ученые-специалисты в областях криминологии, социологии и психологии. Целью этого замысла было объединение данных из полицейских статистик с результатами научной работы. Однако, несмотря на большой объем (около 600 страниц) и обстоятельного раздела об ОП в Германии, отчет ни одним словом не указывает на проблемы РОП в Германии.

(г) РОП в Берлине
Возможно, что более точная картина деятельности различных группировок РОП в Германии могла бы появиться, если бы анализ сосредоточился на отдельных крупных городах. Ввиду своего географического положения и традиционно высокого уровня российской эмиграции город Берлин является вполне пригодным объектом для подобного рода исследования. Тем более удивительно, что в Берлине, в отличие от иных федеральных земель, не публикуется составленный совместно учреждениями полиции и юстиции отчет о состоянии ОП. Отправной точкой к ситуации в городе могут служить единственно доклады полицейских практиков города о состоянии ОП.
Авторы подобных сочинений сначала указывают на то, что в известных полиции случаях ОП в Берлине доминируют иностранцы. Так, доля подозреваемых, не имеющих немецкого гражданства, находилась в 1995 году на отметке 70,4 %, представляя тем самым 34 различных национальности. В качестве второго условия называется ярко выраженная готовность к насилию в среде городской ОП, которая частично обусловливается опытом участников военных междоусобиц на родине.
На таком фоне ОП авторы более или менее согласны тем, что РОП в Берлине действует на двух различных уровнях. При низком потенциале ОП, действия происходят в таких «классических» областях преступлений как проституция, контрабанда, и вымогательство денег. Последнее преступление часто носит дисциплинарный характер, или представляет особую форму инкассо в пользу других криминальных группировок. Часты также случаи применения насилия против соотечественников, особенно разбойные нападения на новоприбывших, которые приехали в Германию за покупкой автомобилей.
Наоборот, высокая организованность и рафинированность при совершении преступлений указывает на действия РОП в области отмывания денег и фискальных деликтов. Часто с привлечением осевших в Берлине русских эмигрантов создаются деловые структуры, которые вливаются в охватывающую весь мир сеть фирм и используются для отмывания денег. Центры этих сетей находятся, по данным полиции, в Нью-Йорке, в странах Бенилюкса и в Вене. Участники также используют Швейцарию и Израиль, но прежде всего в качестве места для передышки.
По другим данным, некоторые операции выходят из Санкт-Петербурга и Москвы и ведут через Прагу, Будапешт, Вену и Берлин до Нью-Йорка и Канады. В области фискальных деликтов использование деловых структур также имеет центральное значение. По данным полиции, это прежде всего фирмы, занимающиеся импортом и экспортом продукции, которые служат фасадом для контрабанды алкоголя по маршруту Москва – Санкт-Петербург - Вена – Нью Йорк. В области контрабанды сигарет РОП отвечает за доставку вьетнамским уличным торговцам.
Несмотря на эти высказывания, правоохранительным органам до сих пор не удалось собрать имеющих доказательственную силу сведений, подтверждающих деятельность группировок РОП в Берлине.

д) Итоги
Подводя итоги деятельности РОП в Германии, вряд ли можно было бы только на основании отчетов ФКВ о состоянии ОП говорить о «жестком проникновении» в смысле определения Galeotti. И хотя, согласно данным отчетов, потенциал РОП достиг в последнее время среднего уровня всех преступных группировок, все же вряд ли можно говорить об «агрессивном присутствии рядом либо в конкуренции с местной ОП, нередко связанным с применением насилия». Однако общефедеральный итог находится в заметном противоречии с качественными признаками о деятельности РОП в Берлине. Что касается других федеральных земель, то в разговорах с практиками можно услышать, что РОП и в них установила свое присутствие, прежде всего путем основания фирм, действующих в областях импорта и экспорта. Соответственно тогдашний заместитель министра внутренних дел РФ Михаил Егоров, на одном из слушаний конгресса США в 1994 году указал на то, что МВД РФ известно около 47 группировок ОП, действующих на территории Германии.
Ссылаясь на результаты качественного исследований, можно прийти к выводу, что значение РОП в Германии в официальных статистиках скорее всего недооценивается. Иначе происходит в случае с США, на что еще будет обращено внимание. Было бы просто удивительно, если бы одна из ведущих промышленных стран мира, находящаяся в непосредственной географической близости к РФ и с множеством культурных связей не использовалась как поле деятельности для РОП.

Швейцария и Италия - примеры «мягкого проникновения»?
а) Швейцария
Отчеты о деятельности РОП в Швейцарии публикуются с 1998 года, когда существующий тогда отчет «Szene Schweiz» был дополнен разделом об ОП. Предпосылкой тому был целый ряд организаторских нововведений, который усилил мощность Федерального Управления Полиции (Bundesamt für Polizeiwesen, далее ФУП) для учета и анализа ОП. Так, внутри ФУП с 1 января 1998 г. были созданы два отдела - «операций» и «криминального анализа». В последнем пока заняты два аналитика со специализацией на страны СНГ. Наряду с этим, с 1 апреля 1998 г. была введена система обработки данных по борьбе с ОП под названием ИЗОК. Регламент пользования ИЗОК впервые содержит рабочее определение ОП, которая является обязательным для всех кантональных правоохранительных органов и с помощью которой должно быть гарантировано единообразие ввода информации по ОП. Черты определения ОП сходны с тем, которое используется в Германии.
Иначе, чем ФКВ в Германии, ФУП в своем отчете «Szene Schweiz» не предлагает исчерпывающего исследования о количестве и качестве обнаруженной в соответствующем отчетном году ОП. Вместо этого отчеты являются побочным продуктом аналитических докладов (Vorermittlungsberichte), которые готовятся в рамках ФУП для кантональных правоохранительных органов. Примечателен здесь сам процесс исследования информации и анализа. Как только у кантональных правоохранительных органов появляются первые подозрения на появление криминального сообщества или другие указания на деятельность ОП, то эта информация сразу же вводится в систему ИЗОК. Если же подозрение сужается в свете последующих указаний, например сообщения об отмывании денег или ходатайства о правовой помощи либо через обмен информацией полицейскими учреждениями, то аналитики ФУП подготавливают упомянутый выше аналитический доклад. Затем эти доклады отправляются в кантональные органы уголовного розыска, которые теперь могут вести расследования с помощью углубленных структурных знаний.
Отчет «Szene Schweiz» 1998-го года, период отчетности которого распространяется на срок с 1987 по 1997 годы, при сравнительном анализе криминальных организаций подтверждает предположение о том, что страна является «местом сборища» РОП. Как для итальянских, так и для российских организаций «Швейцария стала центром принятия решений, оперативным полем, местом контактов, тихой гаванью, курортом». В противоположность этому другие организации, такие как, например, североамериканские или колумбийские группировки, используют Швейцарию как поле деятельности только для четко определенных целей.
Более конкретно: на базе 36 аналитических докладов ФУП по случаям, которые однозначно носили признаки ОП, было выявлено 11 организаций, представлявших «высшую организационную категорию». В этническом плане участники принадлежали к «так называемой российской мафии», а также к традиционным итальянским и итало-американским группировкам ОП. Стало видно, что «большие российские организации» сотрудничают с малыми специализированными криминальными группировками. В какой степени этим реализуется описанная Galeotti стратегия проникновения путем оказания услуг местным криминальным структурам, остается неизвестным.
Более детальную информацию о деятельности РОП содержат отчеты «Szene Schweiz» за 1998 и 1999 годы. Но и здесь феномен РОП представлен не во всей своей широте, а лишь применительно к некоторым объемным расследованиям, по которым в соответствующем году были составлены аналитические доклады. Показательно здесь данное этому объяснение. Выделяют «малую РОП», которая проявляется в виде малых и средних организаций в «традиционно мафиозных сферах деятельности» (в Швейцарии, прежде всего, это торговля женщинами и принуждение к проституции) и «большую РОП», особенно в преступлениях, связанных мошенничеством и отмыванием денег.
Заметно в целом, что статистическая обработка аналитических докладов вызвана потребностью информировать общественность о распространении активности РОП по кантонам и о ее связях с отдельными гражданами. По сравнению с этим, качественная информация является содержательной только относительно международных взаимосвязей РОП. В отличие от аналитиков ФКВ, которые по этому вопросу должны довольствоваться лишь предположениями, швейцарские специалисты выявили масштабные международные переплетения фирм, связанных с отмыванием денег. Особенно видны деловые отношения с Бермудами, Кайманами, Люксембургом, Лихтенштейном, Панамой, Науру и Кипром. Наряду с этим обнаруживаются контакты фирм с Германией, Австрией, Венгрией, США, а также целым рядом государств СНГ. Международным является и состав участников РОП. Численно доминируют лица с гражданством РФ, за ними следуют граждане Узбекистана, Грузии, Украины, Израиля, Австрии и Италии.
Несмотря на недостатки материала, можно сделать вывод, что присутствие РОП в Швейцарии подтверждает модель «мягкого проникновения». Группировки РОП используют финансовое положение Швейцарии главным образом в целях отмывания денег, в остальном же почти не оказываются в поле зрения полиции.

б) Италия
В Италии полицейские отчеты о состоянии ОП не публикуются. Тем не менее, доклад Европола о ситуации восточно-европейской ОП в ЕС (European Union Situation Report on East European Organised Crime) указывает на результаты исследования, которое подготовило МВД Италии совместно с университетом Милана. На основании данных этих исследований регистрируется проникновение РОП, а также восточно-европейской ОП в широком смысле прежде всего в районе адриатического побережья, где туристическая индустрия предоставляет широкое поле деятельности. По данным исследования, РОП связана с местными группировками ОП и имеет также контакты с Соsа Nostra. Одновременно группировки РОП не вмешиваются в регионы и действия, которые традиционно контролируются местными группировками.
В качестве примера в исследовании называются Солнцевская и Измайловская группировки. Они прочно обосновались в Риме, Милане, а также в пригородных зонах этих городов и на Адриатическом побережье. Их действия распространяются на следующие сферы: торговля оружием и ядерными материалами, торговля женщинами и принуждение к проституции, подделка американских долларов и документов, кража и контрабанда произведений искусства и антиквариата. На слушаниях Сената США 24 мая 1994 г. бывший Министр внутренних дел РФ Михаил Егоров заявил, что МВД РФ располагает сведениями о деятельности более чем 60 группировок РОП в Италии.

Европол и общеевропейская картина состояния ОП
Европейское полицейское управление Европол находится в центре усилий по объединению сведений из национальных полицейских учреждений членов ЕС, стран-кандидатов на вступление в ЕС, а также третьих государств и организаций. Его аналитики разрабатывают отчеты о состоянии преступности, модели возможного развития преступной деятельности и так называемые рабочие файлы в целях конкретного анализа определенных случаев (analysis work files). В то время, как функционирует обмен информацией в области ОП между 13 из 15 членов-государств, Европол для сотрудничества с третьими государствами и организациями должен заключить соглашение о кооперации. Приоритет при этом получают кандидаты на вступление в ЕС, кооперационные партнеры Шенгенского соглашения Исландия и Норвегия, дальше Швейцарию, а также Интерпол. При обработке собранных данных Европол не руководствуется собственным определением ОП, но ориентируется на дефиницию ООН, закрепленную в Конвенции по борьбе с транснациональной ОП. Тем самым в отношениях между государствами-членами и Европолом отпадает известная из немецкой практики необходимость в постоянном согласовании признаков понятия ОП относительно конкретных дел.
Центральным направлением деятельности Европола в области борьбы с ОП в настоящее время является разработка рабочего файла по восточно-европейской ОП. Содержание проекта, которым занимаются 3 аналитика, является конфиденциальным, но стало известно, что удалось идентифицировать 80 группировок восточно-европейской ОП, к которым относятся около 800 подозреваемых. «Побочный продукт» этого проекта - это вышеназванный доклад о ситуации восточно-европейской ОП в ЕС, в котором делается попытка обрисовать действия РОП с 1996 по 2000 г. Как и Первый периодический отчет федерального правительства ФРГ о состоянии безопасности, этот документ включает в себя результаты научных исследований, хотя в его составлении ученые непосредственно не принимали участие. Доклад особенно интересен тем, что он включает в себя и информацию служб безопасности. Цена за многочисленность источников информации опубликованной версии - определенная разобщенность, так как конфиденциальные данные заведомо устранялись.
По содержанию данный доклад значительно отличается от отчетов о состоянии ОП ФКВ. В то время, как в отчете ФКВ опасность РОП оценивается очень сдержанно, доклад Европола определяет РОП как наибольшую угрозу не только для ЕС, а также, в особенности, для государств-кандидатов на вступление в ЕС. Однако аналитики Европола также признаются в том, что несмотря на многочисленность информации, все же существуют пробелы в сведениях именно о структуре группировок ОП. Тем не менее, из ряда отчетов государств-членов ЕС выясняется, что речь идет об уникальной в своем роде разновидности сетевых структур. В остальной части доклада описывается роль РОП в экономических преступлениях, включая отмывание денег, в продаже наркотиков, торговле людьми, в контрабанде и угоне автомобилей. В связи с этим РОП по всем видам преступности не только не придает значения этнической гомогенности своих группировок, но даже с большей гибкостью ищет контакты с другими группировками ОП.

3. РОП в Северной Америке
США - пример «жесткого проникновения»?
а) Исходное понятие ОП и модели возможного развития преступной деятельности
Как в Германии и в Швейцарии, так и в Америке федеральный законодатель избегает точного определения ОП в законе. Хотя в США существуют определенные законы в области борьбы с ОП, которые не обходятся без рудиментарного описания данного феномена, практика федеральных правоохранительных органов придерживается рабочего определения, которое позволяет проявлять нужную гибкость в применении данного определения в зависимости от конкретного случая.
Согласно сказанному ОП - это:
«постоянно продолжающееся формализованное структурное объединение отдельных лиц или групп лиц, имеющее в качестве своей цели достижение имущественной выгоды путем использования противоправных средств, систематически защищая при этом свою деятельность с помощью насилия, вымогательства или коррупции» .
В отличие от Германии и Швейцарии, в США не существует традиции составления отчетов о состоянии ОП для широкой общественности. Хотя ФБР в рамках программы Criminal Intelligence Support Program располагает базой данных, в которой находится большое количество сведений о российской, восточно-европейской и евроазиатской преступности из домашних, так и из международных источников, эти данные в статистических целях не обрабатываются.
Президент Билл Клинтон, реагируя на возрастающую угрозу транснациональной ОП, только в мае 1998 г. дал поручение опубликовать стратегию контроля международной преступности (International Crime Control Strategy), на основе которой правоохранительные органы и службы безопасности стали готовить регулярные, причем часто конфиденциальные, модели развития преступной деятельности. Одновременно Федеральный министр юстиции Джанет Рено объявила борьбу с так называемой евроазиатской ОП одним из трех приоритетов для федеральных правоохранительных органов, занимающихся борьбой с ОП. Только к концу срока полномочий президента Клинтона в декабре 2000 г. появилась так называемая Оценка угрозы безопасности со стороны международной преступности (International Crime Threat Assessment) и для общественности, которая уделяет РОП большое внимание.
Любовь к сценариям угроз при описании преступности отражается и в другой специфике американского подхода, а именно в привлечении полугосударственных рабочих групп и частных исследовательских институтов. Так, Национальный институт юстиции (National Institute of Justice, далее NIJ) как исследовательский институт Федерального министерства юстиции США осуществляет важнейшую посредническую функцию при разработке исследовательских проектов. Следует добавить, что директор Международного центра NIJ, Джемс Финкенауэр, сам является известным специалистом по РОП. Как исследовательский институт, Центр стратегических и международных исследований (Center for Strategic and International Studies, далее CSIS) «сделал себе имя» на своем проекте Global Organized Crime Project.
В отличие от федерального уровня, в федеральных штатах проработка проблемы РОП зависит в большей степени от случайности совпадения политических интересов и финансовых возможностей. C другой стороны, присутствие на месте сильных университетских институтов в области криминологии часто помогает реализации проектов. Лучшим примером является проект Тristatе, в рамках которого при поддержке университета Рутгерса было проведено обширное исследование преступности среди эмигрантов из бывшего Советского Союза в штатах Нью-Йорк, Нью-Джерси и Пенсильвания. Поскольку далее дается обзор отдельных моделей развития преступной деятельности, то из-за разнообразия авторов моделей требуется более подробно представить контекст составления данных работ.

б) Изменения в сценариях угрозы РОП
аа) РОП как эмигрантская преступность
С первой волны эмиграции из СССР в 70-е годы, в США образовались не только этнические анклавы, но и специфические формы эмигрантской преступности. Похоже на случаи итальянской, польской и ирландской эмиграции, эта преступность прежде всего нашла свою почву в специфических субкультурах данных анклавов. Пионером в исследовании преступности этого рода была Rosner с работой о ситуации преступности на Брайтон Бич / Бруклин. Она числе прочего пришла к выводу, что многие преступления совершаются в рамках неформальных структур. Однако, со стороны правоохранительных органов, действующих в области борьбы с ОП, не последовала какой-нибудь реакции на результаты исследования.
Положение изменилось, когда в середине 80-х годов началась новая волна эмиграции, которая ускорилась с распадом СССР в 1991 году. Тогда журналистские подозрения о массовом импорте «российской мафии» подтвердились цифрами, представленными ФБР. Так, ФБР в августе 1993 года заявило, что выявлено 15 группировок РОП в США. Через 3 года тогдашний директор ФБР Луис Фри на слушаниях в Капитолии сообщил о том, что число известных группировок РОП возросло до 27. Их действия концентрировались в городах Нью-Йорк, Лос Анжелес, Сан Франциско, Майами и Чикаго, причем столица РОП находится на Брайтон Бич / Бруклин, так называемая «маленькая Одесса» (Little Odessa). По многочисленным предположениям, именно здесь и формировалась верхушечная структура РОП в США, так называемая «Организация».
Таким образом, анекдоты и рассказы вместе с отсутствием результатов эмпирических исследований в первой половине 90-х годов привели к значительной обеспокоенности американской общественности в связи с опасностью, представленной «российской мафией». Соответственно, те штаты, в которых феномен стал получать наибольшее распространение, первыми заказали научные исследования этого явления.
Родоначальниками были штаты Нью Йорк, Нью Джерси и Пенсильвания с проектом Тristаtе. Проект, начавшийся в марте 1992 года, ставил себе целью как сбор в один банк данных всей информации о подозреваемых из бывшего СССР на федеральном уровне, на уровне штатов-участников и упомянутых городов, так и согласование этой информации со сведениями из международного полицейского обмена и из просьб об оказании правовой помощи. Таким образом была создана база данных, содержащая информацию о 4000 подозреваемых лиц, а также предприятиях, связанных с ними. Проект поддерживался Школой криминальной юстиции Университета Рутгерса, которая на базе имеющегося материала и дополнительных опросов представителей правоохранительных органов в области борьбы с ОП проводила анализ сетевых структур (network analysis), тем самым графически моделируя отношения между отдельными подозреваемыми.
Самым важным выводом этого исследования, представленным в июне 1996 года, стало то, что в это время в реальности наблюдалась не РОП в духе журналистских сценариев, а российская эмигрантская преступность. Причем этот вид преступности вполне имеет свою специфику, но качественно не подходит под определение ОП, цитируемое выше.
Причиной этого является то, что отношения, выявленные между подозреваемыми, не указывают ни на признаки структурности, ни на их продолжительность. Не наблюдается также признак систематической самозащиты своей деятельности с помощью насилия, вымогательства или коррупции в реальности. Вместо этого подозреваемые создают структуры по необходимости и в связи с криминальными возможностями, не стремясь к их сохранению как самоцель. Самыми распространенными структурами явились спонтанно созданные сети специалистов, которые выказывали друг другу только небольшую личную лояльность. Соответственно, распространенное применение насилия не было ориентировано на сохранение структуры, скорее оно случилось ненарочным.
Результаты проекта Тristаtе о том, что подозреваемые в причастности «российской мафии» чаще всего оказывались отдельными случайными преступниками, были подтверждены тем, что совершение ими преступлений, в отличие от традиционной этнической ОП в США, не было продуктом культурной отчужденности или экономического пренебрежения. Подозреваемые приехали в США с вполне пригодной квалификацией, но начали свою криминальную карьеру после кратчайшего периода вживания в тех криминальных областях, которые им были хорошо знакомы из практики теневой экономики бывшего Советского Союза.
В самом деле, хотя их криминальные действия можно было заметить во всех без исключения областях преступности, основные усилия сосредоточились в областях мошенничества и всех видов фальсификации, направленных чаще всего против своих земляков. Структурные связи в РФ и других странах СНГ не были установлены. Одновременно авторы исследования предупреждают, что рано или поздно в США возникнет проблема РОП, с которой проблема российской эмигрантской преступности, кроме происхождения своих представителей, не имеет ничего общего. В этом смысле первым признаком РОП стало возросшее количество преступлений по отмыванию денег между странами СНГ и США.
Результаты проекта Тristаtе более или менее совпадают с результатами рабочей группы, созданной прокурором Калифорнии Даниэлом Лунгреном, которые были опубликованы в 1996 году. Здесь речь не идет об эмигрантской преступности, а о РОП. Последнее мотивируется тем, что наблюдаемые группировки имеют всего лишь неплотную организацию и не располагают настоящими структурами. Наоборот, группировки РОП представляли собой сетевые структуры, которые действуют в ситуациях совместных интересов и определяют свои привязанности в зависимости от криминальных возможностей. В Калифорнии также не удалось доказать устойчивые связи со странами СНГ.

бб) РОП как транснациональный феномен
Несмотря на то, что в середине 90-х годов США еще не были задеты РОП в смысле транснациональной преступности, некоторые обстоятельства вызывали опасения, что рано или поздно подобная ситуация возникнет. В особенности вызвало тревогу обнаружение случаев обмана и сокрытия налогов на дизельное топливо с участием эмигрантов из бывшего Советского Союза. Основанием для этого были не только большой ущерб в объеме 1 до 2 млрд. долларов в год и высокий профессионализм совершения преступлений, но и сотрудничество российских группировок с La Соsа Nostrа. Разные схемы обмана, так называемые daisy chain frauds, сначала действовали в окрестностях Нью-Йорка независимо друг от друга, но все больше и больше попадали под контроль «семьи Коломбо», которая стала координировать операции как картель, требуя от участников процент от выигрыша. Из-за слабого влияния La Соsа Nostrа на западном побережье США, российские группировки впоследствии распространили операции на южную Калифорнию и нашли там последователей из круга армянского эмигрантского населения. Несмотря на данное кажущееся отступление, практика кооперации с La Соsа Nostrа распространилась на сферы казино, проституции и вымогательства.
Опасения относительно транснациональных масштабов действия РОП в дальнейшем усилились с прибытием в США в 1992 году «вора в законе» Вячеслава Иванькова, по кличке Япончик. Если до его приезда в США американские ученые и практики спорили о том, оказывают ли «воры в законе» вообще какое-то влияние на преступный мир в России, то теперь сам факт его приезда казался настоящей угрозой. Иваньков в свою очередь стремился подтвердить эти опасения, так как он якобы приехал с поручением перестроить «Организацию» Брайтон Бич в более ударную группировку под контролем Солнцевских. В любом случае, его арест в 1995 году и осуждение на длительное заключение положили конец этим планам.
Транснациональные масштабы деятельности РОП также подтвердились проектом Global Organized Crime, который был реализован в 1995 году под руководством СSIS. С методической точки зрения, также как проект Tristate, отчет составлен в виде сценария угрозы, но отличается от него способом получения данных. Если в предыдущем случае в центре стоял всеохватывающий сбор информации, то теперь создавалась рабочая группа, состоящая из опытных сотрудников правоохранительных органов и служб безопасности, а также из представителей экономики, которая проводила серию конфиденциальных интервью с оперативными работниками служб безопасности, с бывшими членами российского правительства, а также с представителями экономики, науки и средств массовой информации.
В своем отчете авторы видели опасность РОП в первую очередь в плане внешнеполитических последствий дестабилизации молодой российской демократии, в том числе в возможности распространения контрабанды и торговли оружием и радиоактивными материалами. Что касается картины безопасности внутри США, то отчет указывал на быстро растущие операции группировок РОП, а также их объединение с другими группировками, особенно с La Соsа Nostrа. В то время, как транснациональные взаимосвязи в классических областях ОП являются скорее исключением, то напротив, в финансовых преступлениях, мошеннических операциях и отмывании денег последнему аспекту придается все большее значение.
Уже из хронологической последовательности отчетов становится видно, как угроза, оценивающаяся вначале как потенциальная, мало-помалу превращалась в актуальную. Официально это было признано в декабре 2000 года в опубликованном докладе Федерального правительства «Оценка угрозы безопасности от международной преступности». Этот доклад, составленный межотраслевой рабочей группой, теперь дает четкое различие между эмигрантской преступностью и транснациональной деятельностью РОП в США, осуществляемой группировками из РФ или других стран СНГ.
В докладе полагается, что по своей опасности последние группировки нельзя сравнивать с La Соsа Nostrа, хотя они представляют собой гораздо большую потенциальную угрозу из-за высокого уровня образования и квалификации своих участников в международном финансовом и торговом бизнесе. Эта оценка также подтвердилась на слушаниях подкомитета по финансам и опасным веществам Конгресса США 13 сентября 2000 года о роли ОП на финансовых и фондовых рынках. Ответственный от ФБР за расследования ОП Томас Фуэнтес привел следующие примеры из недавней практики ФБР:
• В марте 2000 года после 3-летних расследований ФБР и Департаментом полиции города Нью-Йорка было предъявлено обвинение 19 членам семьей Гамбино и Дженовезе, а также одной группировке РОП в обмане с ценными бумагами на основе закона РИКО.
• Еще не окончены расследования ФБР, касающиеся 23 подозреваемых группировки РОП «Бор», которые обвиняются в обмане сотен инвесторов. Они действовали под руководством двух членов семьи Коломбо и предоставляли неверную информацию о покупке акций. Прибыль при этом превышала 10 млн. американских долларов.
На слушании также сообщалась подробная информация о состоянии расследования по делу YВМ Маgnех, который является одним из самых ярких случаев отмывания денег РОП.
По нынешнему состоянию можно сделать вывод, что существуют два вида РОП в США. С одной стороны, это традиционная эмигрантская преступность в региональном и даже национальном масштабе, при которой отдельные непрочные структуры иногда координируются более стабильными структурами La Соsа Nostrа. С другой стороны, укоренилась транснациональная, исходящая из РФ или других стран СНГ РОП. По данным Кеннета Лаури, который в Департаменте юстиции отвечает за координацию расследований деяний РОП на федеральном уровне, в последнюю категорию попадают такие группировки, как Солнцевская и Измайловская. Обе имеют «филиалы» в целом ряде американских городов, но в широком спектре своей преступной деятельности они в США концентрируются на отмывании денег. Особый интерес в отчете Лаури представляет и группировка «Дагестанцы» как преемница возобновленной Иваньковым «Организация».
в) Итоги
Дифференцированный подход к деятельности РОП, продиктованный криминологическими исследованиями, приводит в итоге к тому, что опыт США, вопреки первоначальным ожиданиям, не подтверждает предлагаемую стратегию «жесткого проникновения», а наоборот, указывает на феномен «мягкого проникновения». Хотя авторы разных сценариев совершенно верно указывают на опасность тесных межнациональных взаимодействий , РОП заключается в первую очередь в эмигрантской преступности, руководство которой не осуществляется из России. По сравнению с Германией, противоположный результат оказался бы и очень маловероятным. Ведь географически удаленный от России рынок США может быть привлекательным для долгосрочного позиционирования. Он и предлагает многочисленные возможности для «отмывания» имущества, полученного нелегальным путем. Однако совершение преступлений вне пределов отмывания денег является затруднительным и малоприбыльным при всех криминальных возможностях в России и Европе.

Канада - пример «мягкого проникновения»?
В Канаде отчеты Criminal Intelligence Serviсe Canada (CISC) предлагают ежегодный обзор о деятельности ОП в стране. CISC функционирует как центральный пункт обслуживания принадлежащим к ему ведомствам полиции по так называемой деятельности intelligence. В центре аналитической работы стоит компьютерная система Automated Criminal Intelligence Information System, которой пользуются все учреждения полиции в стране через провинциальные представительства CISC. К сожалению, из ежегодных отчетов CISC не ясно, какое определение ОП лежит в основе сбора информации. Отчеты остаются на достаточно поверхностном уровне и дают только грубое представление о динамике развития ОП.
Группировки РОП появились впервые в середине 90-х годов в Торонто и распространились через Онтарио, Британскую Колумбию и Квебек на всю страну. Отчет за 1999 год говорит о деятельности РОП по всему диапазону преступлений, характерных для ОП. С 1998 года аналитики также регистрировали заметный рост активности по отмыванию денег в среде канадских и американских предпринимателей. Эта тенденция продолжилась в отчете за 2000 год и получила свою кульминацию в 2001 году в связи с делом YВМ Маgnех, о котором уже шла речь в связи с деятельностью РОП в США. На фоне связей РОП с La Соsа Nostrа в США, а также кооперации с сицилийской мафией в Европе, для Канады интересным является то, что РОП здесь не боится местных группировок и тесно сотрудничает с азиатскими группировками и подозреваемыми из среды коренных жителей.
Информация о структуре РОП в ежегодных отчетах очень скудная. В 1999 году СISC зарегистрировала всего три больших транснациональных группировки РОП в Канаде. Остальные группировки оказались как частично устойчиво иерархическими, так и более гибко ориентироваными на определенные криминальные возможности. Насколько идет речь об эмигрантской преступности как в США, не ясно.

4. Глобальные попытки описания ОП
Как самая традиционная организация в области международного расследования Международная Криминальная Полиция - Интерпол, в состав которой входят по нынешнему состоянию 178 членов-государств, раньше всех отреагировала на проявление транснациональной ОП. Уже в 1988 году Генеральное собрание Интерпола создало рабочую группу для координации сведений об ОП, полученных от государств-членов Интерпола. Дефиниция ОП, применяемой этой группы, была как можно более широкой.
Согласно названной дефиниции, ОП считается
«любое объединение или любая группировка, которая участвует в продолжительном совершении преступлений с целью получения выгоды и при этом действует независимо от национальных границ.»
Толчок для более углубленного изучения РОП последовал через 10 лет, когда в 1998 году рабочая группа «Группы 8» (Г-8) Law Enforcement Projects Sub-Group on Eastern European Organized Crime подала заказ в Интерпол о проведении так называемого проекта Millenium. В центре проекта стоит сбор и переработка конфиденциальной информации по РОП, которая в данное время поступает из 33 стран. Сведения обрабатывались до сих пор в 11 аналитических досье, причем работа над 8 досье была заведена всего лишь с 2000 года. Полученные таким образом данные, к сожалению, не подлежат публикации, следовательно, криминологическое исследование остается ни с чем.
Интересно по крайней мере заметить, что с проектом Миллениум завершился существенный пробел в международном обмене данными о РОП. Если состав данных Интерпола базируется больше всего на сведениях ФБР, то участники проекта Millenium, т.е. 20 восточно-европейских стран и 13 стран ЕС, практически совпадают с государствами-членами Европола. Европол, в свою очередь, заключил 5 ноября 2001 года соглашение о кооперации с Интерполом, а 11 декабря 2001 года - со США. В результате международное полицейское сотрудничество в виде обмена данными сейчас покрывает целое географическое пространство, в котором оперируют представители РОП.

5. Вывод
В чем особенность транснациональной деятельности РОП, которая сделала бы нужным предложенный криминологический обзор? Сначала в рамках определения термина речь шла о том, что термин РОП характеризуется прежде всего лежащей в его основе сетевой структурой. Сам по себе этот вывод едва ли достоин упоминания, так как сети криминальных контактов встречаются повсеместно как структурный принцип ОП. Только анализ американского опыта по эмигрантской преступности, который основывается на гораздо более длительном периоде времени, чем европейский опыт, показывает, что вывод о преобладании сетевых структур нуждается в дальнейшемуточнении. Необходимо принимать во внимание внешние отношения данных структур, в частности их взаимоотношения с эмигрантской средой в тех местах, где конкретные преступления совершаются.
Возможно, что «РОП», помимо этнического происхождения некоторых из ее участников, вообще не имеет транснациональных аспектов. В этом смысле наблюдаемые сетевые структуры могут представлять всего лишь автономные формы совместной деятельности отдельных русскоязычных эмигрантов-преступников в определенных субкультурных средах. Возможно, что транснациональные аспекты в определенных случаях все-таки есть. Тогда придется оценить сетевые структуры по-новому. Siegel / Bovenkerk предлагают модель взаимной зависимости, когда преступные группировки довольно спонтанно и без особой координации следуют за потоком эмигрантов и пытаются «кормиться» на них в местах их назначения, а также использовать эти места как убежище и «тихую гавань».
Таким образом, «РОП» не может существовать без своей почвы, т.е. эмигрантской среды. Наконец, сетевые структуры могут действительно являться инструментом конспиративного отгораживания, чтобы замаскировать вышестоящие иерархические синдикаты. Репецкая именно в этом смысле толкует встречающиеся сетевые структуры РОП. Только последний случай, так называемый «criminal export model», представляет ту серьезную угрозу, о которой всегда идет речь.
Из данного анализа вытекает, что никогда не будет достаточным смотреть только на отдельные преступления и их функциональное взаимодействие. Сначала необходимо внимательно изучить взаимоотношения «РОП» с эмигрантской средой в данной стране. Если обнаруживаются транснациональные взаимосвязи, то последние можно прояснить только с помощью информации, вытекающей из международного обмена данными правоохранительных органов и служб безопасности. Для криминологии появляется потребность как в местных, так и в транснациональных эмпирических исследованиях, таких, например, как проводимые в рамках программы ЕС Фальконэ.

Примечания

а) Сокращения, используемые на Западе:

BAP Bundesamt für Polizeiwesen, Schweiz (см. ФУП)
BKA Bundeskriminalamt, Deutschland (см. ФКВ)
BMI Bundesministerium des Innern, Deutschland (Федеральное министерство
внутренних дел ФРГ)
BMJ Bundesministerium der Justiz, Deutschland (Федеральное министерство юстиции ФРГ)
CISC Criminal Intelligence Serviсe Canada (Служба по изучению
организованной преступности, Канада)
CSIS Center for Strategic and International Studies (частный
исследовательский институт, США)
GenStA Generalstaatsanwaltschaft (земельная Генеральная прокуратура, Германия)
FBI Federal Bureau of Investigations (см. ФБР)
LKA Landeskriminalamt (Земельное криминальное ведомство, Германия)
NCIS National Criminal Intelligence Service (Национальная служба
Объединенного Королевства по изучению организованной преступности)
NIJ National Institute of Justice (Национальный Институт Юстиции,
исследовательский институт при Федеральном министерстве юстиции США)
NJ New Jersey (штат Нью Джерси, США)
NSC National Security Council (Национальный совет безопасности, орган
Федерального правительства США)
NRW Nordrhein-Westfalen (Северный Рейн-Вестфалия, земля ФРГ)
NY New York (Нью Йорк, штат или город, США)
OK organisierte Kriminalität (см. ОП)
RICO Racketeer Influenced and Corrupt Organizations Act, USC sec. 1961-1968
(Федеральный закон США о борьбе с ОП)
ROK russische organisierte Kriminalität (см. РОП)
UK United Kingdom (Объединенное Королевство)

б) Сокращения, используемые в России:
ЕС Европейский Союз
ОП организованная преступность
ПКС Полицейская криминальная статистика ФРГ (Polizeiliche Kriminal-statistik)
РОП российская организованная преступность
РИКО см. RICO
СНГ Содружество независимых государств
ФБР Федеральный бюро расследований (Federal Bureau of Investigations,
USA)
ФКВ Федеральное криминальное ведомство ФРГ (Bundeskriminalamt,
Deutschland)
ФУП Федеральное управление полиции Швейцарии (Bundesamt für Polizei-
wesen, Schweiz)

ЛИТЕРАТУРА

а) Опубликованная на Западе:

Albanese, Jay S. (1995): Contemporary Issues in Organized Crime, Criminal Justice Press: Monsey NY.
Albini, Joseph L. / Rogers R.E. / Shabalin, Victor (1995): Russian Organized Crime: Its History, Structure and Function, Journal of Contemporary Criminal Justice с. 213-243.
Albrecht, Hans-Jürgen (1998): Organisierte Kriminalität – Theoretische Erklärungen und empirische Befunde, cм. Deutsche Sektion der Internationalen Juristenkommission (ред.) c. 1-40.
Albrecht, Hans-Jörg / Dünkel, Frieder (1998): Internationale Perspektiven in Kriminologie und Strafrecht, Festschrift für Günther Kaiser, Duncker & Humblot: Berlin.
Balász, Judit (1999): Die Organisierte Kriminalität in Ungarn, см. Meier-Walser / Hirscher / Lange / Palumbo (ред.) с. 169-196.
BAP (1999): Szene Schweiz Lagebericht Nr. 2/98, Bern.
BAP (2000): Szene Schweiz Lagebericht 1999, Bern.
BAP (2001): Szene Schweiz Lagebericht 2000, Bern.
Barrett, John L. jr. (1997): Strategie und Technologie. Erfahrungen US-amerikanischer Strafverfolgungsbehörden bei der Bekämpfung der Organisierten Kriminalität, см. BKA (ред.) с. 189-207.
BKA (1997): Organisierte Kriminalität: Vorträge und Diskussionen bei der Arbeitstagung des Bundeskriminalamts vom 19. bis 22. November 1996, BKA-Forschungsreihe том 43: Wiesbaden.
BKA (1999): Lagebild Organisierte Kriminalität Bundesrepublik Deutschland 1998 (Kurzfassung), Wiesbaden.
BKA (2000): Lagebild Organisierte Kriminalität Bundesrepublik Deutschland 1999 (Kurzfassung), Wiesbaden.
BKA (2001) Lagebild Organisierte Kriminalität 2000 Bundesrepublik Deutschland (Kurzfassung), Wiesbaden.
Block, Alan A. (1994): Space, Time and Organized Crime, 2-ое изд., Transaction Books: New Brunswick NJ.
----- (1994): Racketeering in Fuels: Tax Scamming by Organized Crime, см. Block (ред.) с. 307-339.
----- (1997): On the Origins of Fuel Racketeering: The Americans and the Russians in New York, см. Williams (ред.) с. 156-176.
BMI/ BMJ (2001): Erster Periodischer Sicherheitsbericht, Berlin.
Carter, David L. (1994): International Organized Crime: Emerging Trends in Entrepreneurial Crime, Journal of Contemporary Criminal Justice с. 239-266.
Čebotarev, Gennadij F. (1997): Organisierte Kriminalität in Rußland - Lagebericht, см. Sieber (ред.) с. 131-143.
CISC (1999): Annual Report 1999, Ottawa.
CISC (2000): Annual Report 2000, Ottawa.
CISC (2001): Annual Report 2001, Ottawa.
CSIS (1997): Russian Organized Crime. Global Organized Crime Project, Washington D.C.
CSIS (2000): Russian Organized Crime: Putin’s Challenge. A Report of the CSIS Global Organized Crime Project, Washington D.C.
Ciupka, Joachim / Schmidt, Uwe (1989): Beispiele gefällig? Eine Situationsanalyse der Organisierten Kriminalität in Berlin, Kriminalistik с. 199-204.
Denzer, Karl Josef (1995): Dokumentation der 10. Rechtspolitischen Akademietagung in Haus Neuland. Erfordert die international organisierte Kriminalität ein einheitliches europäisches Strafverfahren? Haus Neuland Werkstattberichte № 12, Bielefeld.
Deutsche Sektion der Internationalen Juristenkommission (1998): Organisierte Kriminalität und Verfassungsstaat, C.F.Müller: Heidelberg.
Dick, Josef (1999): Die Entwicklung der Organisierten Kriminalität in Österreich in den 90er Jahren und dafür wesentliche Einflußfaktoren, см. Meier-Walser / Hirscher / Lange / Palumbo (ред.) с. 152-168.
Edelbacher, Maximilian (1996): Organisierte Kriminalität in Österreich – Wien das Tor zum Osten. Gegenstrategien zur Bekämpfung der organisierten Kriminalität, см. Mayerhofer / Jehle (ред.) с. 173-190.
----- (1998): Organisierte Kriminalität in Europa. Die Bekämpfung der Korruption und organisierten Kriminalität, Linde Verlag: Wien.
----- (1998): Organisierte Kriminalität in Österreich und Europa, см. Edelbacher (ред.) с. 15-60.
Egorov, Michail (1994): Statement Before the Senate Governmental Affairs Committee. Permanent Investigations Subcommittee Hearing on Organized Crime in the Former Soviet Union 24-го мая 1994 г.
Eisenberg, Ulrich / Ohder, Claudius (1990): Über Organisiertes Verbrechen, Juristenzeitung с. 574-579.
Europol (2001a): European Union Situation Report on East European Organized Crime, Office for Official Publications of the European Communities: Luxembourg.
Europol (2001б): Russian Organised Crime. Threat Assessment 6-го сентября 2001 г. (не опубликовано).
Falk, Bernhard (1997): Erfassung, Beschreibung und Analyse von OK. Defizite und Fortentwicklungsmöglichkeiten bei der OK-Deskription, Kriminalistik № 1 с. 15-22 [отпечатан также в BKA (1997) с. 127-148].
Fijnaut, Cyrille (1997): Organisierte Kriminalität in Nordwesteuropa, см. Sieber (ред.) с. 3-41.
----- (1998): Organisierte Kriminalität: eine wirkliche Bedrohung für die Europäische Union? см. Albrecht / Dünkel (ред.) с. 509-526.
----- / Bovenkerk, Frank et al. (1998): Organized Crime in the Netherlands, Kluwer Law International: The Hague.
Finckenauer, James (без даты): Russian Organized Crime in the United States, http://www.ojp.usdoj.gov/nij/international/russian.html
----- / Waring, Elin J. (1998): Russian Mafia in America. Immigration, Culture, and Crime, Northeastern University Press: Boston.
----- (1997): Russian Emigré Crime in the United States: Organized Crime or Crime that is Organized? см. Williams (ред.) 139-155.
----- / Voronin, Jurij A. (2001): The Threat of Russian Organized Crime, U.S. Department of Justice / National Institute of Justice Research Report том 2, Washington D.C.
Fituni, Leonid (1999): Das organisierte Verbrechen in Rußland, см. Meier-Walser / Hirscher / Lange / Palumbo (ред.) с. 244-277.
Frankfurter Arbeitskreis Strafrecht (2000): Müssen Rolle und Aufgaben der Staatsanwaltschaft neu definiert werden? Strafverteidiger с. 460-462.
Freeh, Louis (1996): Statement Before the House Committee on International Relations, Hearing on Russian Organized Crime 30-го апреля 1996 г.
Frisby, Tanya (1998): The Rise of Organised Crime in Russia: Its Roots and Social Significance, Europe-Asia Studies № 1 с. 27-49.
Fuentes, Thomas (2001): Statement Before the House Subcommittee on Finance and Hazardous Materials 13-го сентября 2000 г.
Galeotti, Mark (1998): The Russian Wild East: A Complex Criminal Threat, Jane’s Intelligence Review № 9 с. 3-4.
----- (2000): The Russian Mafiya: Economic Penetration at Home and Abroad, см. Ledeneva / Kurkchiyan (ред.) с. 31-42.
Gehm, Volker (1996): Lage und Lageentwicklung der Organisierten Kriminalität in Deutschland, см. BKA (ред.) с. 53-66.
GenStA Düsseldorf / LKA NRW (2001): Gemeinsames Lagebild Organisierte Kriminalität Justiz / Polizei NRW 2000, Düsseldorf.
Gropp, Walter (1993): Besondere Ermittlungsmaßnahmen zur Bekämpfung der Organisierten Kriminalität, Edition iuscrim: Freiburg i.Br.
Gropp, Walter / Huber, Barbara (2001): Rechtliche Initiativen gegen Organisierte Kriminalität, Edition iuscrim: Freiburg i.Br.
Hartmann, Arthur (2000): Die Mafia und ihre Strukturen. Das Unternehmenskonzept der organisierten Kriminalität in der wissenschaftlichen Auseinandersetzung, Kriminalistik № 10 с. 642-649.
van der Heijden, Toon (1997): Der niederländische Ansatz zur Analyse von Datenmaterial im bereich der Organisierten Kriminalität, см. BKA (ред.) с. 149-174.
----- (1998): Der Kampf gegen die organisierte Kriminalität in den Niederlanden, см. Edelbacher (ред.) с. 173-202.
Jamieson, Alison (2001): Transnational Organized Crime: A European Perspective, Studies in Conflict & Terrorism S. 377-387.
Jekewitz, Jürgen (1999): Zur Konstitutionalisierung der nichtorganisierten Kriminalität durch den Vertrag von Amsterdam. Von der Verselbständigung von Begriffen und dem selbstgeschaffenen Zwang zur Entwicklung von Gegenbegriffen, Goltdammer’s Archiv für Strafrecht с. 307-318.
Kleinknecht, William (1998): The Russian Organizatsiya, см. Mahan / O’Neil (ред.).
Kraft, Joachim (1995): Erfahrungsbericht aus der Zusammenarbeit mit den osteuropäischen Staaten, in Denzer (ред.) с. 19-30.
Krauskopf, Lutz (1991): Geldwäscherei und organisiertes Verbrechen als europäische Herausforderung, Schweizer Zeitschrift für Strafrecht с. 385-394.
Krüßmann, Thomas M. (1999): Рецензия на Roth (1998) in Osteuropa c. 105-106.
von Lampe, Klaus (1999): Organized Crime. Begriff und Theorie organisierter Kriminalität in den USA, Lang: Franfurt am Main.
----- (2001): Organisierte Kriminalität unter der Lupe. Netzwerke kriminell nutzbarer Kontakte als konzeptueller Zugang zur OK-Problematik, Kriminalistik c. 465-471.
Ledeneva, Alena V. / Kurkchiyan, Marina (2000): Economic Crime in Russia, Kluwer Law International: Den Haag, London, Boston MA.
Lowrie, Kenneth J. (2001): Eastern Europe Organized Crime Conditions in the United States, выступление на Втором Совещание Европола на высоком уровне по восточно-европейской организованной преступности 29 / 30 ноября 2001 года, Den Haag.
Lützner, Axel (1993): Landesbericht USA, см. Gropp (ред.) c. 721-814.
Lungren, Daniel E. (1996): Russian Organized Crime (ROC), Sacramento CA.
Mahan, Sue / O’Neil, Katherine (1998): Beyond the Mafia. Organized Crime in the Americas, Sage Publications: Thousand Oaks, London.
Mayerhofer, Christoph / Jehle, Jörg-Martin (1996): Organisierte Kriminalität. Lagebild und Erscheinungsformen. Bekämpfung und rechtliche Bewältigung, Kriminalistik Verlag: Heidelberg.
McClure, Gwen (без даты): The Role of Interpol in Fighting Organized Crime, www.interpol.int/public/Publications/ICPR/ICPR481_1.asp.
Meier-Goßner, Lutz (2001): Strafprozessordnung, 45. изд. C.H.Beck: München.
Meier-Walser, Reinhard C. / Hirscher, Gerhard / Lange, Klaus / Palumbo, Enrico (1999): Organisierte Kriminalität. Bestandsaufnahme, Transnationale Dimension, Wege der Bekämpfung, Berichte und Studien der Hanns-Seidel-Stiftung том 79, München.
Meywirth, Carsten (1999): Das Lagebild Organisierte Kriminalität. Von einer statischen Lagedarstellung zum „Lageprozeß OK Deutschland“, Kriminalistik № 7 с. 447-452.
Militello, Vincenzo / Arnold, Jörg / Paoli, Letizia (2000): Organisierte Kriminalität als transnationales Phänomen. Erscheinungsformen, Prävention und Repression in Italien, Deutschland und Spanien, Edition iuscrim: Freiburg i.Br.
Mörbel, Richard Karl (1999): Organisierte Kriminalität in der Bundesrepublik Deutschland, см. Meier-Walser / Hirscher / Lange / Palumbo (ред.) с. 36-51.
Moore, Richter H. jr. (1995): Motor Fuel Tax Fraud and Organized Crime: The Soviet and the Italian-American Mafia, in Albanese (ред.) с. 189-200.
Nathusius, Ingo (2000): Tschechien, Rückzugsraum russischer Krimineller. Empirie und Theorie einer kultivierten Kriminalität, Kriminalistik с. 590-594.
NCIS (2000): 2000 UK Threat Assessment on Serious and Organised Crime, London.
Német, Zsolt / Münnich, Iván (1998): Organisierte Kriminalität in Ungarn – Gefahren, Chancen und Möglichkeiten, in Edelbacher (ред.) с. 271-286.
Neumahr, Axel (1999): Organisierte Kriminalität: Konzeptionen und ihr Realitätsbezug. Eine kritische Analyse aufgrund einer Auswertung des bisherigen Forschungsstandes der USA, Medien Verlag Köhler: Tübingen.
Nožina, Miroslav (1999): Das Netzwerk des internationalen organisierten Verbrechens in der Tschechischen Republik, in Meier-Walser / Hirscher / Lange / Palumbo (ред.) с. 220-243.
NSC (1998): International Crime Control Strategy, Washington D.C.
NSC (2000): International Crime Threat Assessment, Washington D.C.
NY State Organized Crime Task Force / NY State Comission of Investigation / NJ State Commission of Investigation (1997): An Analysis of Russian Émigré Crime in the Tri-State Region, in Williams (ред.) с. 177-225.
Omicron-Onlus (2001): „L’influenza della criminalità straniera sulla struttura degli interessi e dei comportamenti criminali: le grandi aree metropolitane nell‘ Europa mediterranea (Milano, Parigi, Barcellona), Milano.
Paoli, Letizia (1999): Die italienische Mafia. Paradigma oder Spezialfall organisierter Kriminalität? Monatsschrift für Kriminologie und Strafrechtsreform с. 425-440.
Poinas, Jacques (1997): Strategien der Bekämpfung der Internationalen Organisierten Kriminalität und des Terrorismus aus französischer Sicht, Politische Studien № 3 с. 53-60.
Rawlinson, Patricia (1997): Russian Organized Crime: A Brief History, см. Williams (ред.) с. 28-52.
----- (1998): Mafia, Media and Myth: Representations of Russian Organized Crime, The Howard Journal of Criminal Justice с. 346-357.
Rosner, Lydia S. (1986): The Soviet Way of Crime. Beating the System in the Soviet Union and the USA, Bergin & Garvey: South Hadley MA.
Roth, Jürgen (1998): Die roten Bosse. Rußlands Tycoone übernehmen die Macht in Europa, Piper: München.
Saberschinsky, Hagen (1997): Bekämpfung der Organisierten Kriminalität in einem großstädtischen Brennpunkt – das Beispiel Berlin, см. BKA (ред.) с. 209-228.
Schmidt, Uwe (1997): Aus dem Blickwinkel des „Tatortes“ Berlin und mit einem Seitenblick nach Ost-Europa: Die Erfolge von Internationaler Organisierter Kriminalität und Wirtschaftskriminalität, Die Polizei с. 315-324.
----- (1999): Berlin, die neue Hauptstadt: Die Entwicklung der Organisierten Kriminalität in Berlin in den 90er Jahren, см. Meier-Walser / Hirscher / Lange / Palumbo (ред.) с. 62-72.
Schünemann, Bernd (1999): Polizei und Staatsanwaltschaft, Kriminalistik часть 1: с. 74-79, часть 2: с. 146-152.
Sieber, Ulrich (1997): Internationale Organisierte Kriminalität. Herausforderungen und Lösungen für ein Europa offener Grenzen, Carl Heymanns: Köln, Berlin и др.
Siegel, Dina / Bovenkerk, Frank (2000): Crime and Manipulation of Identity Among Russian-Speaking Immigrants in the Netherlands, Journal of Contemporary Criminal Justice с. 424-444.
Thaman, Stephen C. (2001): Landesbericht USA, см. Gropp / Huber (ред.) с. 870-931.
Weder, Ulrich (1996): Rechtliche Bewältigung der Erscheinungsformen Organisierter Kriminalität in der Schweiz, см Mayerhofer / Jehle (ред.) с. 281-296.
Weschke, Eugen / Heine-Heiß, Karla (1990): Organisierte Kriminalität als Netzstrukturkriminalität часть 1, Fachhochschule für Verwaltung und Rechtspflege Berlin: Berlin.
Wessel, Jan (2001): Organisierte Kriminalität und soziale Kontrolle. Auswirkungen in der BRD, Deutscher Universitäts-Verlag: Wiesbaden.
Williams, Phil (1997): Russian Organized Crime. The New Threat? Frank Cass Publishers: London.

б) Опубликованная в России:

Гилинский, Я. (2000): Девиантность и социальный контроль в России (XIX – XX вв.). Тенденции и социологическое осмысление, Алетейя: Санкт-Петербург.
Иванов, A. M. (2001): Организованная преступность на Дальнем Востоке: межгосударственные черты, см. Номоконов (ред.) с. 97-120.
Номоконов В. А. (2001): Транснациональная организованная преступность. Дефиниции и реальность, Издательство Дальневосточного университета: Владивосток.
Репецкая, Анна Л. (2001): Транснациональная организованная преступность: Характеристика, причины, контроль, Издательство ИГЭА: Иркутск.
Шульга, Владимир И. (2001): Транснациональные проявления организованной преступности на Дальнем востоке России: предпосылки и общая характеристика, Номоконов (ред.) с. 120-141.
Яблоков. Н.П. (2001): Транснациональная организованная преступность и некоторые формы международного сотрудничества в борьбе с ней, Вестник Московского Университета. Серия право. № 6. с. 17-26

2.2. Роль преступных группировок Дальнего Востока России в криминальном вывозе природных ресурсов за рубеж

1. Общая характеристика организованных преступных группировок по криминальному вывозу природных ресурсов и за пределы России

Международные связи Дальневосточных группировок являются весьма важным составляющим элементом активизации получения криминальных доходов. В этой связи следует остановиться на истории их возникновения и упрочения.
За годы советской власти контакты российских граждан с иностранцами, особенно из стран «капиталистического лагеря» находились под жестким надзором КГБ СССР. Такой режим контроля давал крайне незначительную возможность для получения каких-либо способов обогащения и получения постоянных криминальных доходов. Ни о каком участии или контроле за внешнеэкономической деятельностью, даже незначительно, со стороны группировок, не было и речи. Государственный контроль за деятельностью предприятий, имеющих деловые связи с заграничными партнерами, представлял многозвенную контрольно-надзорной систему, включающую в себя вышестоящие инстанции, такие как Министерство внешней торговли, имевшее монопольное право на установление международных экономических связей и Госплан СССР, определявший объемы и наименование товаров и сырья, подлежавших вывозу за пределы страны. Причем перечень государственных предприятий, имевших право совершать поставки за границу или получать товар и оборудование из-за рубежа, был ограничен и периодически пересматривался и утверждался в самых высших правительственных инстанциях и ЦК КПСС. Немаловажная роль отводилась правоохранительным структурам, осуществляющим сбор и анализ оперативно-розыскной информации на различных предприятиях, имеющих внешнеэкономические связи, и за границей, в связи с проводимой деятельностью спецслужб СССР по сбору иностранной научно-технической, экономической, военной и политической информации. Нельзя достоверно утверждать, что за годы советской власти не осуществлялись мошеннические схемы с использованием международных экономических связей. Однако выявляемые государственными органами факты частично не трансформировались в уголовные дела из-за опасения высшего партийного руководства страны показать неприглядные стороны жизни страны «развитого социализма». Но иногда советские средства массовой информации все-таки сообщали о возбуждении уголовных дел такой категории и придании суду виновных, но это прежде всего следует связывать с борьбой внутрипартийных группировок, имевших влияние и «своих» людей на каких-либо направлениях внешнеэкономической деятельности.
Преступная деятельность существовавших на территории Советского Союза и Дальнего Востока в том числе, криминальных группировок главным образом была нацелена на:
контрабандный вывоз за пределы СССР предметов антиквариата, золота (в том числе в виде монет царской чеканки, ювелирных изделий, самородков и пр.), изделий широкого потребления, изготовленных из натурального сырья (одежда, спиртные напитки и пр.) Для вывоза использовались преступные схемы с участием экипажей судов, самолетов, поездов и лиц, выезжающих в загранкомандировки и туристические поездки. В этой связи в среде криминального сообщества имелась определенная специализация по добыче (кражи, грабежи, разбойные нападения) искомых предметов, предназначенных к вывозу за границу. Были задействованы контрабандные каналы с использованием экипажей торговых судов через порты Находка, Владивосток и пр. Как правило, вывоз производился на судах, совершающих каботажные рейсы в одни и те же порты Японии, Ю.Кореи, Вьетнама и других стран АТР.Вследствие этого в зарубежных портах этих стран имелась клиентура из числа постоянных покупателей, которым сбывалось вывозимое. Как правило, наиболее ценные предметы антиквариата и золото из СССР попадало в распоряжение местных группировок или торговцев, связанных с ними, и перепродавалось по всему миру. Группировки, имея «своих» людей на судах, были крайне заинтересованы в дальнейшей их работе на канале контрабанды, щедро платя и во многих случаях собирая компрматериалы на них для дальнейшей более тесной привязки к нелегальной деятельности. Этими же людьми в Россию ввозилась выручка в виде валюты, электронной аппаратуры, предметов ширпотреба заграничного производства и пр. Валюта была предпочтительнее, так она могла быть продана на «черном рынке» во много раз выше официального курса. За годы советской власти сформировался устойчивый валютный рынок в портовых городах региона, которым пользовались также группировки из других регионов СССР. Таким образом зарождались первые контакты и связи российских группировок с их зарубежными коллегами.
ввоз контрабандных товаров из-за границы. Лучшее качество изготовления и лучший товарный вид обусловил приток товаров, ввозимых контрабандой в пределы СССР. Как правило, перевозчиками были члены экипажей морских судов и советские граждане, работающие за границей в долгосрочных командировках и получающие заработную плату в валюте, которые ввозили контрабандой вещи и предметы и сбывали постоянным перекупщикам. Вследствие этого сформировались устойчивые группы, получающие доходы от распространения этих товаров на территории СССР через «фарцовщиков». Зачастую эти группы попадали под влияние криминалитета и вынуждены были платить часть доходов под угрозой разоблачения своей незаконной деятельности перед правоохранительными органами или физической расправой.
С течением времени, а именно с начала 90-х годов, с изменением внутриполитической обстановки, был отмечен рост международной активности Дальневосточных ОПГ. Это было обусловлено следующими причинами:
1) Крайне значительный поток выезжающих из России на постоянное место жительства в другие страны, в том числе США. Соединенные Штаты на протяжение многих десятилетий принимали практически всех выезжающих из СССР под статусом беженцев, диссидентов или несогласных с советским режимом. Часть выезжающих оформляла документы на выезд в Израиль или другие страны Западной Европы, и, в конечном счете, эти люди оказывались в США. По некоторым оценкам из Дальневосточного региона оформило документы на выезд за рубеж от 200 до 600 тысяч человек. Страны Запада и США приветствовали их выезд, так как это, во-первых, благотворно влияло на внешнюю политику стран Запада и проводимую пропаганду «западного образа жизни», во-вторых, выезжали в основном представители интеллигенции, имеющие высшие образование и ученые степени, т.е. речь идет об «утечке мозгов». Часть выезжающих имели значительные средства, полученные от преступной деятельности в качестве «цеховиков», взяточничества, незаконных коммерческих операций и пр. Некоторые просто бежали от возможного разоблачения своей незаконной деятельности и из-за боязни привлечения к уголовной ответственности. Приехав на Запад, большинство обнаружило, что заниматься привычной деятельностью, в том числе организовывать «теневой» бизнес, не представляется возможным из-за высокой конкуренции в экономической сфере, высоких требований потребителей к товарам и услугам и гораздо более продуктивной и жесткой работы местных правоохранительных органов. После своей относительной ассимиляции часть выехавших стала устанавливать деловые связи со своими родственниками и знакомыми, оставшимися в России. Зная нужды и особенности российского потребительского рынка, они строили и строят свою деятельность на поставке в Россию продуктов питания и товаров широкого потребления из США, Канады и других стран. Причем продукты питания закупаются зачастую такие, которые не находят спроса в других странах или имеются определенные санитарные ограничения по срокам реализации. Известны случаи, когда предприниматели из США, выходцы из СССР, закупали неоднократно партии говядины и кенгурятины в Австралии, хранившиеся в складах гос. резерва еще со второй мировой войны и сбывали ее в различных городах Дальнего Востока.
Большое количество иммигрантов, начинавшие свой бизнес на поставках из США на Российский Дальний Восток, оседало в крупных городах Тихоокеанского побережья Северной Америки, где существуют крупные транспортные узлы и грузовые терминалы, обеспечивающие перевалку товаров на морские суда для транспортировки через Тихий океан в Россию. Таким образом, часть иммигрантов увеличивала русскоязычные диаспоры в Сиэтле, Лос-Анджелесе, Сан-Франциско и штате Аляска. Хотя многие предпочитали жить в других городах, но их бизнес был все-таки нацелен на транспортировку товаров через эти города.
2) Разрешение внешнеэкономической деятельности российским коммерческим фирмам, компаниям, государственным предприятиям и частным лицам. Законодательно было разрешено заключать сделки с иностранными юридическими и физическими лицами по закупке и продаже различной продукции и пр. Этим незамедлительно воспользовались ОПГ, применявшие незамысловатую схему для увода валюты из России и получения значительных криминальных доходов. Базисом такой схемы является то, что в США, как правило, учреждалась фирма или компания, занимавшаяся поставкой продуктов питания и она заключала договор с российской фирмой, государственным предприятием или учреждением на поставку определенного количества груза в Россию, в большинстве случаев продуктов питания, товаров широкого потребления или различного технического оборудования. Президент или руководитель американской фирмы был, как правило, американский гражданин, а учредителями выступали учредители российской фирмы. Подписанные договоры на поставку предъявлялись в российские органы валютного контроля и через банк платежи проводились в американские банки. Т. е. российские предприниматели переводили деньги за границу сами себе. В ряде случаев руководители государственных органов власти и управления учреждали такие компании или фирмы за границей на имя своих родственников или близких знакомых. Очень часто эти деньги были федеральными денежными средствами, выделяемыми администрацией Дальневосточных территориальных образований или федеральным правительством для закупки продовольствия и других товаров за границей.
Бесспорно, такие российские фирмы работали под контролем преступных группировок, и бюджетные средства для закупок выделялись им с помощью коррумпированных чиновников местных органов власти. В подавляющем большинстве случаев поставок из США по таким контрактам не совершалось, и на запросы подразделений валютного контроля из российской фирмы, гос. предприятия или учреждения поступал ответ, что им попался недобросовестный американский партнер, и они будут обращаться в международный арбитражный суд для взыскания и возвращения средств. Российскими правоохранительными органами, как правило, незамедлительно возбуждались уголовные дела и возникала необходимость в проведении следственных действий на территории США и изъятии банковской документации в банках Соединенных Штатов, что представляло и представляет весьма большую проблему для расследования уголовных дел подобной категории. В своей преступной деятельности руководители российской фирмы опиралась на лиц из числа бывших советских и российских граждан, проживающих на территории США в наиболее удобных для контактов с ними районах, а именно в штате Аляска, Сиэтле, Лос-Анджелесе, Сан-Франциско, Нью-Йорке. После проведения мошеннической операции по «перекачке» валютных средств за рубеж российские фирмы для сокрытия следов зачастую ликвидировались или перерегистрировались под новыми названиями.
Одно из таких уголовных дел продолжительное время расследовалось в Хабаровском крае. Было установлено, что заместитель главы администрации края Абаев содействовал осуществлению указанной выше преступной схемы по переводу бюджетных валютных средств за рубеж. Следствием доказана его причастность к незаконному переводу в США денежных средств на сумму 1, 25 млн. долларов. Через некоторое время после возбуждения уголовного дела он выехал в США и обратился в службу иммиграции и натурализации с заявлением о предоставлении ему убежища на территории США, так как он якобы преследуется организованной преступностью в России. Его просьба была удовлетворена и он поселился в Лос-Анджелесе и позже переехал в пригород Нью-Йорка.
Другой факт увода бюджетных средств государственным чиновником за границу и помощь ему в этом со стороны местного криминалитета был выявлен при расследовании уголовного дела в отношении бывшего главы администрации г. Биробиджан Болотнова, который, организовав схему перевода бюджетных средств в США, приобрел там дорогостоящее движимое и недвижимое имущество и оплатил учебу своей дочери в престижном колледже. В своей деятельности на территории США он опирался на помощь иммигрантов из СССР.
3) Деятельность граждан США на территории Дальневосточного региона. В подавляющем большинстве случаев пребывание американских граждан на территории Дальнего Востока носит законопослушный характер и не вызывает нареканий со стороны российских властей. Однако иногда приезжают лица, стремящиеся организовать осуществление незаконной экономической операции и получить доход от совершенного мошенничества. В качестве примера можно привести следующий факт, связанный с деятельностью г-на Генри Драгича Четвертого. Последний прибыл в Хабаровский край как якобы представитель известнейших американских компаний и очень уважаемый вкладчик одного из Нью-йоркских банков. При себе имел соответствующие документы и сертификаты с необходимыми реквизитами. Встречаясь с руководителями Хабаровского края и ЕАО, он высказывал намерение закупить большую партию черной икры и содействовать строительству рыборазводного завода на территории ЕАО. Не получив никакой предоплаты, руководство области разрешило ему вывезти самолетами в США несколько партий икры на сумму около 600 тыс. долларов, полученной в рыбколхозе «Пограничный». Через некоторое время, поняв, что это обычная мошенническая операция и не будет получено ни денег за реализацию икры, ни обещанного оборудования для рыборазводного завода, председатель рыболовецкого колхоза, потерпевшего убытки, обратился в ДВ РУБОП.
Проведенными консультациями с коллегами из ФБР США было уставлено, что все документы, предоставленные г-ном Драгичем в России, были фальшивыми и в его отношении американские правоохранительные органы были намерены начать уголовное преследование. После того, как ФБР получило из России все документы, подтверждающие его мошенническую деятельность, он был осужден американским судом. В ходе проведения оперативных мероприятий совместно с американскими коллегами была выявлена интересная деталь, а именно: помощь в установлении контактов на российской территории ему помогали устанавливать бывшие российские граждане, проживающие в Чикаго и Сиэтле.
Таким образом, следует сделать вывод о том, что многие российские и советские иммигранты, проживающие на территории США, устанавливают многочисленные контакты с российскими преступными группировками для осуществления преступлений в экономической сфере, предпочитая организовывать или совершать преступления на территории России, а жить в США, то есть вне пределов действия российского законодательства. Группировками активно используется их помощь и в настоящее время преступные связи между российскими группировками и лицами, проживающими на территории США, имеют следующие особенности:
1) Преступления совершаются в большинстве своем в экономической сфере и связаны с «уводом» валютных средств, выделяемых из бюджета для закупки той или иной продукции. Весьма значительную негативную роль играет при этом разрешение на открытие счетов юридическими и физическими лицами в зарубежных банках законодательством России, что способствует «обрубанию концов». Основа преступной операции состоит в том, что после начала действия мошеннической схемы по переводу денежных средств за рубеж, российская фирма, переводящая их, просто прекращает свое существование или руководящий состав (президент, директор, бухгалтер и пр.) просто увольняется. Через некоторое время, как правило, возбуждается уголовное дело, но доказать корыстную заинтересованность того же президента или доказать вообще, что совершена мошенническая операция, практически невозможно или это связано с большими трудностями. Президент (или бывший президент), как обычно, дает показания, что он ничего не знает, но при этом не предпринимает каких-либо заметных усилий по возвращению денег из-за рубежа. В процессе расследования подобных дел возникает проблема получения банковских и коммерческих документов, полученных в соответствии с УПК РФ, из США, где они могут быть получены лишь в соответствии с законодательством Соединенных Штатов. Образуются т. н. «правовые ножницы», которые весьма на руку преступникам. Конечно, существует возможность получения необходимых доказательств из США путем направления международных следственных поручений, но как показывает опыт расследования дел подобной категории, получение ответа из США занимает очень много времени, что негативно влияет на сроки расследования, жестко установленные УПК РФ.
2) Имеет место совершение мошенничеств, связанных с получением кредитов российскими гражданами в российских банках на большие суммы, и перевод их в США, куда эти граждане незамедлительно выезжают на постоянное жительство. Показательным примером этого может служить продолжительное расследование по делу г-на Жарких, который учредил в Хабаровске коммерческую фирму «Амурский» и получил кредит в Хабаровском коммерческом банке «Региобанк» в сумме 6 млн. долларов США. Деньги им были незамедлительно переведены на счет учрежденной им же в Портленде (США) фирмы «VIKTOR Inс.» и на счет компании "SAGITTARIUS", штат Вашингтон, которая была зарегистрирована на имя его жены. Через некоторое время банк потребовал возвращения кредита и обратился в арбитражный суд, но Жарких незамедлительно выехал в США, где вскоре получил «зеленую карту» и начал организовывать бизнес по добыче морепродукции в промысловых районах Охотского моря и прибрежных водах Камчатки, для чего выезжал в Москву в Госкомитет по рыболовству РФ для получения квот на вылов краба. Из приведенного примера ясно виден типичный механизм «перекачки» финансовых средств в США. Причем, в деле Жарких имеются материалы, свидетельствующие о том, что он не просто основал фирмы на американской территории, но и пользовался поддержкой лиц из числа бывших граждан СССР и в настоящее время продолжает поддерживать связи с Хабаровском.
3) Однако это могут быть не только обычные мошенничества в кредитно-банковской сфере, но и использование работников банков для совершения преступлений. Как пример можно привести уголовное дело, расследуемое УВД Хабаровского края в отношении одного из инженеров-программистов, работавшего в коммерческом банке г. Хабаровска системным администратором. Имея необходимую подготовку и досконально зная системы защиты компьютерной сети банка, он организовал незаконный перевод денежных средств на сумму около 500 млн. рублей на счет подставной фирмы, которую ему помогли зарегистрировать в Хабаровске, и тут же перевел всю сумму в Лос-Анджелес. После перевода денег он незамедлительно через Москву покинул территорию России, имея гостевую визу, полученную в Генеральном Консульстве США во Владивостоке. Уставлено, что в Лос-Анджелесе все деньги получены им наличными в банках. Проведением оперативно-розыскных мероприятий выявлено, что в Хабаровске он имел многочисленные контакты с одной из группировок. По их рекомендации ему было выслано приглашение на посещение США на три месяца и по приезде в Соединенные Штаты, по рекомендации, он получил поддержку и помощь от русскоязычной диаспоры Лос-Анджелеса. Как стало известно в ходе следствия, через некоторое время он был арестован в США за нарушение иммиграционного законодательства и, представ перед иммиграционным судом, заявил, что он в России подвергся давлению со стороны русской мафии и не намерен возвращаться домой. Следственными и оперативными работниками российской милиции это его утверждение было воспринято однозначно как попытку избежать уголовного наказания за совершенное преступление.
4) Силовое воздействие на лиц, проживающих на территории США и других стран, со стороны российского криминалитета. Привыкнув «крышевать», контролировать и диктовать свои условия, российские группировки переносят свои привычки силового и психологического воздействия на территорию США и страны Азиатско-Тихоокеанского региона. Многие российские бизнесмены, в силу контактов и влияния на них со стороны преступности, вынуждены вводить в число учредителей фирм, учреждаемых ими на территории США, представителей криминалитета. При этом каждая из сторон преследует свои цели. Криминалу важно закрепиться в другой стране путем участия, зачастую формального, в бизнесе, приобрести движимое и недвижимое имущество и тем самым обеспечить свое будущее и недосягаемость со стороны российских правоохранительных органов и, что весьма важно, организовать «отмывание» криминальных финансовых средств путем вовлечения их в коммерческий оборот фирмы и перечисляя на заграничные банковские счета.
Бизнесмен, как правило, вводя представителя группировки в свой бизнес в качестве соучредителя или содиректора, очень часто использует криминальные финансовые средства группировки, то есть, занимается «отмыванием денег» и использует группировку как «крышу» при возникновении проблем с другими группировками или деловыми партнерами. Как правило, такие бизнесмены плотно опекаются группировкой и «сидят на крючке». Иногда они пытаются порвать с группировкой по различным причинам. Тогда криминалитет начинает совершать в отношении них или их близких различные силовые акции устрашения и запугивания, которые так распространены в России.
ДВ РУБОП расследовало совместно с ФБР США один из таких фактов. На протяжение ряда лет в Южно-Сахалинске работала коммерческая фирма по добыче и перепродаже морепродукции и в качестве соучредителей был введен один из «воров в законе» Дальневосточного преступного сообщества «общак». Фирма распространила свое влияние на Японию, где она скупала недвижимость, вовлекла в свою деятельность японских бизнесменов и устанавливала связи с преступными группировками. Через какое-то время один из японских бизнесменов решил скорректировать свою коммерческую деятельность и в Японию к нему незамедлительно выехала группа боевиков для устрашения и запугивания, что увенчалось успехом. Вскоре руководитель сахалинской фирмы выехал в Сиэтл (США) на постоянное место жительства и также решил отойти от криминала. Для воспрепятствования этому у него в США был похищен сын, который содержался в доме на окраине Сиэтла. Проведенным расследованием уставлено, что в похищении участвовал гражданин России, гражданин Латвии и один из жителей русскоязычной диаспоры. Друг друга они знали давно и тесно общались с представителями преступных группировок Дальнего Востока, выполняя их просьбы как коммерческого, так и личного характера.
Имеет место ряд случаев, когда американские партнеры и совладельцы фирм, зарегистрированных на территории США, начинали действовать вразрез с волей их российских партнеров, связанных с криминалом. Оперативными службами органов внутренних дел Дальнего Востока выявлено ряд фактов, связанных с подготовительными мероприятиями, проводимыми группировками (подыскание исполнителей, получение виз в дипломатических представительствах США на территории России, поддержка со стороны иммигрантов и пр.) и которые были нацелены на силовое воздействие на лиц, проживающих на территории США, в том числе американских граждан.
В некоторых случаях воздействие производилось через посторонних лиц, выезжающих краткосрочно в США и они зачастую даже не были осведомлены о том, что они используются в качестве инструмента воздействия. Несколько лет назад ДВ РУБОП занимался подобным делом, суть которого заключалась в том, что в середине 90-х годов один из Хабаровских бизнесменов занял другому бизнесмену большую сумму денег, после чего последний перевел деньги в США и выехал в г. Сиэтл по туристической визе и, несмотря на неоднократные напоминания, отказывался вернуть долг, обратившись к иммиграционной службе США с просьбой предоставить ему статус беженца и выдать «зеленую карту», как якобы преследуемому российской организованной преступностью.
Через некоторое время из Хабаровска в Сиэтл выехала группа спортсменов для проведения серии товарищеских встреч по борьбе. Хабаровский коммерсант обратился к одному из борцов, чтобы тот, находясь в Сиэтле, встретился с должником и напомнил о долге. Спортсмен при отлете из США позвонил ему из аэропорта Сиэтла и предложил встретиться. Должник приехал в аэропорт и в ходе беседы спросил, что ему грозит, если он не вернет долг. Спортсмен с присущим русским прямодушием ответил что тому «просто открутят голову». После чего отлет самолета был задержан на 2 часа, спортсмен был незамедлительно арестован агентами ФБР и помещен в местную тюрьму. Против него было выдвинуто обвинение, что, он является посланцем русских группировок и угрожал должнику убийством с особой жестокостью. Через какое-то время ему удалось бежать и он стал пробираться к мексиканской границе. Однако через трое суток спортсмен был арестован полицией и водворен в прежнюю тюрьму. Отсидев под арестом около семи месяцев, он был признан судом невиновным, и вернулся в Хабаровск. В этом деле имеется весьма интересный факт. Как удалось установить оперативно-розыскными мероприятиями РУБОП, его побег был осуществлен с помощью кого-то из местной русскоязычной диаспоры, теми, кто получил просьбу о содействии его побегу из группировки, действующей на территории Хабаровского края. Это еще раз доказывает, что существуют весьма тесные связи между криминалитетом обеих стран, в данном случае Хабаровска и Сиэтла.
5) Контрабанда оружия. Как таковой преступный бизнес, связанный с перевозками оружия в США, не имеет особого распространения, хотя УВД Хабаровского и Приморского краев расследовался ряд уголовных дел, связанных с незаконным хранением оружия, в основном пистолетов Макарова, матросами рыболовных и иных судов, Получены показания, что оружие ими планировалось переправить в Японию, Канаду или США. В данном случае Япония является наиболее предпочтительной страной, так как имеет несравненно больший рынок нелегального сбыта оружия. «Черный рынок» оружия в США и Канаде наименее предпочтителен из-за перенасыщенности стрелковым вооружением всех стран мира. В то же время был выявлен факт провоза на территорию Канады автоматов Калашникова.
Известен случай, когда одна из группировок Хабаровска продолжительное время искала мощный надежный пистолет с глушителем. В ходе поисков лидер группировки обратился к своему знакомому, проживающему в г. Портленд, штат Орегон и тот сообщил, что он выполнит его просьбу. Имея зарегистрированный пистолет «Беретта», он подал заявление в местную полицию, что этот пистолет им утрачен, а сам, тем временем, организовал отправку посылки с радиотехническим оборудованием в Хабаровск, вложив и замаскировав внутри пистолет, глушитель и несколько сот патронов к нему. Американской таможней пистолет был обнаружен и было начато судебное преследование в отношении отправителя.
ДВ РУБОП, получив сообщение от своих коллег из США, в свою очередь выяснило, что оружие предназначалось для тренировок и криминальных разборок на территории Дальнего Востока. Вместе с тем, проводя анализ выявленных случаев контрабандного ввоза и вывоза оружия, следует отметить, что на территорию Дальнего Востока был несколько раз осуществлен ввоз холодного оружия из США (самурайские мечи, ножи-навахо и ножи из экипировки боевых пловцов). Оружие ввозилось из Анкориджа и Сиэтла самолетами в багаже пассажиров и было обнаружено российской таможней при досмотре в аэропорту. Пассажиры, ввозившие оружие, пояснили, что на территории США нет каких-либо законодательных ограничений для покупки и перевозки холодного оружия и они просто выступали в качестве перевозчиков. Мечи и ножи их попросили доставить в Россию иммигранты из числа русскоязычной общины (диаспоры) в Сиэтле, и они должны были это оружие как подарки вручить лицам, проживающим в Хабаровске и Магадане. Проведенной проверкой установлена непосредственная причастность получателей оружия к группировкам, действующим в Хабаровске и Магаданской области и персональные связи их членов с указанной диаспорой.
6) Организация незаконной иммиграции в США и Канаду. В течение последних лет в средствах массовой информации Дальневосточного региона появлялось и появляется множество объявлений Хабаровских и Приморских фирм о том, что они гарантируют получение работы в США и других странах. Управлениями миграционной службы РФ и ДВ РУБОП проверялась деятельность таких фирм, и был выявлен определенный механизм «выкачивания» денег у обратившихся. Когда человек обращался в такую фирму, ему предлагали оформить заграничный паспорт и выплатить некоторую сумму на первоначальные расходы, примерно 200-300 долларов. Далее фирма оформляла туристическую визу на въезд на территорию другой страны, и его данные передавались лицам, проживающим в США, Японии, Южной Кореи и пр., которые встречали новоприбывшего, помогали ему снять жилье и предлагали на выбор несколько видов деятельности, от горничной в отеле до разнорабочего на каком-либо предприятии.
Как правило, работа предлагалась там, где иммигранты из СССР занимали руководящие должности или имели влияние на найм персонала или подсобных рабочих. Прибывшему говорилось, что часть своего заработка он должен отдавать посреднику, так как он, работая, нарушает иммиграционное законодательство страны пребывания, но через несколько лет, если захочет, может через иммиграционный суд получить «зеленую карту». А до тех пор нужно вести себя как можно незаметней и не привлекать внимание властей, в особенности правоохранительных органов.
Проанализировав механизм деятельности таких российских фирм, можно придти к выводу, что, во-первых, существуют отлаженные каналы такой иммиграции (встреча в аэропорту, помощь с устройством на работу, подыскивание места жительства и пр.) и, во-вторых, от таких нелегальных иммигрантов формируется поток финансовых средств, переправляемых в Россию. Более подробное изучение деятельности таких фирм и лиц, руководящих ими, выявило их связи с Дальневосточными преступными группировками. Зачастую подобные фирмы организуются на деньги группировок, как способ вложения средств в легальный бизнес и их «отмыв». Кроме того, имеет место ряд фактов, когда эти наработанные связи использовались для переправки с территории России в США лиц, возможно причастных к участию в бандформированиях, действующим на территории Чечни.
В 2001 году иммиграционная служба в аэропорту г. Атланта задержала двух человек кавказской внешности, прибывших в США через Москву, страны Западной Европы и Мексику. Было установлено, что они имеют поддельные российские заграничные паспорта с переклеенными фотографиями, но подлинными американскими визами. Так как паспорта были выданы УВД Приморского края и визы получены в Генеральном Консульстве США во Владивостоке, иммиграционная служба Соединенных Штатов незамедлительно информировала ДВ РУБОП для организации проверочных мероприятий.
Проведенной проверкой установлено, что в действительности паспорта и визы оформлялись на двух матросов, которые должны были выехать на Аляску через Сиэтл для смены экипажа российского рыболовного судна, ремонтировавшегося в одном из американских портов. Визы им оформляла туристическая фирма во Владивостоке. После оформления виз им было заявлено, что их паспорта утрачены, возможно похищены. Матросы получили новые паспорта, а их старыми воспользовались другие, в данном случае задержанные в Атланте. Данный пример указывает на связи Дальневосточного криминала не только с территорией США, но и группировками на Северном Кавказе, то есть на организацию межрегионального и международного незаконного канала выезда из России людей, к которым российские власти имеют определенные вопросы.
Стоит остановиться на международных связях группировок, действующих на северных территориях Дальнего Востока. ФБР и ДВ РУБОП проводили обмен информацией в отношении выявления фактов «перекачки» федеральных финансовых средств, выделенных северным российским территориям для закупок продовольствия и различного оборудования в штате Аляска. К оперативно-розыскным мероприятиям были также подключены подразделения внутренних дел Магаданской, Камчатской областей, Чукотки и Якутии.
Как результат, такие факты были выявлены и уставлено, что на территории штата Аляска была создана коммерческая фирма, на счет которой переводились бюджетные целевые средства из северных Дальневосточных территорий. Официально основной деятельностью фирмы было оказание посреднических услуг по подыскиванию американских оптовых продавцов для поставок на Восток России продуктов питания, рыболовных снастей, оборудования, лекарств и пр.
В действительности российские бюджетные средства частично использовались для закупки продовольственных товаров и перевозки в Россию, частично переводились на другие счета в американских банках и были использованы для приобретения недвижимости (жилых домов и квартир) в штатах Аляска и Флорида, где был куплен жилой комплекс стоимостью 3 млн. долларов. Официально владельцами недвижимости оформлялись бывшие граждане СССР, проживающие на Аляске и в Нью-Йорке. Совладельцами фирмы были оформлены также выходцы из Советского Союза и, как информировало ФБР, они продолжительное время находились в поле зрения агентства по борьбе с наркотиками DEA и были связаны с перевозкой и распространением наркотиков из Южной Америки.
Проведение комплекса оперативно-розыскных мероприятий по получаемой информации из ФБР позволило выяснить механизм финансовых махинаций, в которых были замешаны как некоторые российские группировки, так и чиновники российских органов исполнительной власти. Установлено, что в них также были замешаны лица, ранее выехавшие в США как политические беженцы, и использующие свой статус граждан США для осуществления финансовых операций и организации коммерческой деятельности на территории Соединенных Штатов в интересах российских ОПГ.
В связи с проводимыми мероприятиями на северных территориях, контрольно-ревизионными управлениями были организованы проверки использования целевых федеральных средств и, как результат, был выявлен ряд грубейших нарушений финансового законодательства России. В ходе проверок посредническая фирма на Аляске самоликвидировалась, тем более что ее официальные совладельцы начали конфликтовать между собой. По результатам проверок ряд чиновников был уволен, однако уголовные дела возбуждены не были.
На этапе сбора процессуальных доказательств по утечке валютных бюджетных средств в США и участии в операции организованных преступных группировок и коррумпированных чиновников, ДВ РУБОП, как структурное подразделение МВД России, было ликвидировано и сотрудники управления, в том числе занимавшиеся организацией следственно-оперативной работы, вынуждены были уволиться, что не позволило довести мероприятия, длившиеся несколько лет, до логического завершения.

2. Участие группировок Дальнего Востока в добыче, переработке и вывозе за пределы России сырья, в том числе рыбопродукции.

Для удобства и более эффективного изложения проведена определенная классификация преступных посягательств применительно к видам ресурсов.
Незаконная добыча рыбы и морепродуктов.
Сотрудники аналитических подразделений УВД Сахалинской, Магаданской и Камчатской областей, работники прокуратуры проанализировали ход и проведение вылова рыбы в акваториях Охотского моря и районах Берингова моря за период 2001- 2002 гг. по использованию новых правил по квотированию вылова рыбы. Отмечается, что форма покупки квот через аукционы, проводимые Госкомрыболовства России в Москве оправдывает себя лишь отчасти. Промысловики Дальнего Востока отмечают высокую стоимость квот, слишком большую для подавляющего количества рыбодобывающих предприятий, зачастую слишком мелких, чтобы организовать лов на таких условиях. Как следствие, участие в добыче рыбы и морепродуктов с целью получения дохода официально оказалось закрытым для мелких и средних предприятий, в том числе для рыбодобывающих артелей и рыбколхозов, во множестве расположенных на побережье Дальнего Востока. Следует особо отметить, что в подавляющем большинстве прибрежных поселков, работа на рыбодобывающих и рыбообрабатывающих предприятиях является для населения фактически единственным источником существования. Из-за высоких цен на горюче-смазочные материалы, запчасти, орудия лова, транспортировку и прочих расходов, рыбколхозы и артели не имеют значительных финансовых средств для участия в аукционах по приобретению квот. По этой причине в процессе лова отмечалось большое количество случаев, когда лов осуществлялся незаконно под видом выхода в море рыболовецких судов для проверки двигательных установок или мореходных качеств судна или под видом перегона судна в другой порт. Выловленная рыба сдавалась на суда, имеющие право на лов, в том числе иностранные. Привлекает внимание тот факт, что в ряде случаев суда, имеющие право на лов, сдают рыбу в море иностранным перекупщикам, в порты Японии или южнокорейский порт Пусан, где имеется ряд филиалов японских фирм, закупающих рыбу, крабов и креветок. Вырученные от продажи деньги официально не оформляются и поступают в распоряжение преступных группировок, контролирующих рыбный промысел.
Сотрудники милиции и прокуратуры отмечают возрастающую роль влияния группировок на побережье Хабаровского края в районе Советской Гавани, где в удаленных местах создаются мини-заводы с примитивной технологией для переработки рыбы, крабов и икры. Благодаря построенной грунтовой дороге Совгавань-Хабаровск группировками налажен транзит вывоза выловленной морепродукции в г.Хабаровск для последующей переправки в Москву и за границу в Китай. Так, зимой 2002 года была задержана а/машина с 2 тоннами крабов, перевозимых по организованной преступной транспортной цепочке.
По данным сотрудников УВД Николаевского района Хабаровского края, незаконные базы по переработке морепродуктов создавались в течение зимних месяцев 2001-2002 гг. на побережье Охотского моря между пос. Аян и пос. Многовершинный. За зимние месяцы по зимникам в места дислокации завезено оборудование и организовано жилье для рабочих. Места для организации баз выбраны с расчетом того, что в эти районы суда пограничной охраны не заходят, а подразделения рыбоохраны не могут организовать постоянные дежурства в прибрежных акваториях Охотского моря из-за недостаточного финансирования.
Специалистами-аналитиками проанализированы результаты использования радиотехнических устройств, установленных на борту сейнеров и регулярно передающие радиосигналы на спутники, находящиеся на околоземных орбитах с целью географического местоопределения (позиционирования) судов, выходящих в море и получения от них идентификационной информации о названии судна, его номере и дате выхода из порта. Информация со спутников регулярно передается в Центр слежения за судоходной ситуацией в Москву и используется в интересах Федеральной пограничной службы, Госкомрыболовства РФ и других ведомств. Считается, что эта система слежения могла бы отследить местонахождение судна, ведущего лов, в том числе незаконный, с точностью до 100 метров. Однако службы пограничной охраны и милиции имеют информацию, что капитаны судов перед осуществлением лова приказывают закрыть передающие антенны таких устройства предметами (тазами, кастрюлями и т.д.), способными экранировать или значительно уменьшить мощность радиосигналов. После чего такое судно пропадает из зоны радиовидимости спутников и его местонахождение невозможно установить. Позже капитаны объясняют пропадание сигнала техническими неисправностями, плохими погодными условиями, магнитными бурями, местными аномалиями и пр.
Федеральной пограничной службой России для охраны используются только корабли. Использование вертолетов и самолетов для патрулирования крайне проблематично, так как это ведет к значительному расходованию финансовых средств на закупку топлива и запчастей. Как результат, патрульные суда не имеют возможности контролировать большие районы лова, а ограничиваются только эпизодическими рейдами.
Экипажи судов, ведущие незаконный промысел, используют определенные кодированные сообщения, передаваемые по радио для предупреждения друг друга о приближении пограничных кораблей, что позволяет заблаговременно убрать все следы лова.
Для максимального избежания быть застигнутыми на месте лова пограничниками, в последние время все чаще применяется метод, когда сети в промысловых районах ставятся ночью в дрейфующем режиме и оснащаются радиобуем. После постановки сетей судно уходит из района и возвращается в ночное время через 2-3 суток, ориентируясь по радиосигналам, для подьема сетей с уловом на борт. Такой метод позволяет максимально обезопасить незаконный лов и организовать регулярную добычу.
Российско-японские усилия по совместной борьбе с браконьерством на море и передаче из Японии сведений о сдаче морепродукции российскими судами в портах Японии специалисты оценивают положительно, но вместе с тем отмечается два серьезных обстоятельства, которые необходимо учесть российским контролирующим службам и правоохранительным органам:
Во-первых, значительное количество российских судов сдают нелегальные уловы в порты других стран Азиатско-Тихоокеанского региона, в основном в южнокорейский порт Пусан, где имеются холодильное и складское оборудование по хранению купленной японскими фирмами морепродукции и переправке ее в Японию, как уже товар, принадлежащий японской фирме. В этом случае японская сторона не вправе передавать коммерческую информацию о деятельности своих национальных предприятиях России. В этой связи возникает проблема получения подобной информации от южнокорейской стороны, обоснование получения такой информации, а также о сумме денег, выплаченных японскими фирмами капитанам российских судов на южнокорейской территории, что вызывает необходимость решения проблемы получения подобной информации также с южнокорейскими властями.
Во-вторых, возникает проблема применения или использования информации, полученной из Японии российскими правоохранительными органами или контролирующими службами. Проблема заключается в том, что информация о сдаче морепродукции направляется из Японии в связи с заключаемыми межведомственными соглашениями между Госкомрыболовства РФ соответствующими японскими службами. Получаемая Россией информация не имеет процессуального значения для использования в возбуждаемых уголовных делах, так как получена, как правило, до возбуждения дела и не в связи с международным следственным поручением. Считается, что ее можно будет использовать сугубо в качестве информативных сведений и только на стадии предварительной проверки, что не влечет каких-либо ограничений или воздействий в отношении капитанов судов или рыбодобывающих предприятий. Сообщается, что адвокаты и юрисконсульты, работающие в сфере рыбодобычи, осведомлены о таких российско-японских договоренностях и выработали тактику защиты своих клиентов. Российскими правоохранительными органами, в частности специализированными подразделениями милиции, уже получено определенное количество сведений о количестве и разновидности морепродукции, проданной в портах Японии и некоторые капитаны судов опрашивались на предмет сдачи незаконного лова и получении дохода от продаж японским покупателям. Однако капитаны в качестве доказательств своей правоты предъявляли судовые журналы и другую документацию, которая не свидетельствовала о фактах незаконных продаж и поэтому обоснованно заявляли, что российские правоохранительные органы не имеют официальных доказательств для привлечения их к ответственности.
Общий анализ деятельности группировок в добыче морепродукции свидетельствует о том, что последние переориентируют свою преступную деятельность не только на вывоз продукции за рубеж, но также на создание незаконных пунктов переработки и баз в глубине российской территории на берегу Охотского моря и Татарского пролива, вне пределов досягаемости пограничных кораблей и рыбоинспекции и на совершенствование схем транспортировки в центральные районы России, в первую очередь в Москву.
Внимание, уделяемое как государственными, так и коммерческими структурами к добыче и переработке морских биоресурсов на Дальнем Востоке, заставляет более подробно остановиться на проблеме все большего проявления участия криминалитета в указанном секторе региональной российской экономики.
Отечественные и зарубежные эксперты в области рыбодобычи оценивают ежегодные уловы в акваториях экономической зоны Дальнего Востока в размере около четырех миллионов тонн биоресурсов. Легальный экспорт составлял менее одного миллиона тонн, а нелегальный – более двух миллионов. На российском рынке для внутреннего потребления остаются менее 10% добытого. Остальное уходит за границу различными путями . В основном это были наработанные за прошедшее десятилетие преступные каналы сбыта.
Получая огромные доходы от криминальной деятельности, связанной с рыбодобычей, коммерческие структуры опираются на помощь и «понимание» различных правоохранительных и контрольных государственных служб и ведомств, обязанных препятствовать расхищению природных ресурсов России и пресекать влияние преступных группировок и сообществ.
Имеющая место практика федеральной службы безопасности России устраивать на работу в рыбодобывающие организации так называемых «офицеров действующего резерва» привела к тому, что последние стали вплотную работать с мафиозными структурами, организуя браконьерский лов и сбыт морепродуктов за границу.1 Таким образом, «тесная сплотка отдельных чекистов» с криминалитетом заставляет сделать несколько выводов, а именно:
 «офицеры действующего резерва ФСБ», работающие в штате рыбодобывающих предприятий, не занимаются исполнением возложенных на них государством обязанностей по контролю за таким важнейшим источником валютного поступления как продажа морепродуктов за границу. Работа на предприятиях превратилась в весьма выгодный источник личного обогащения;
 «Тесная сплотка с мафиозными структурами», как указано, «отдельных
чекистов» приводит к тому, что криминальные группировки, контролирующие лов и сбыт, чувствуют себя относительно спокойно, имея «крышу» в лице сотрудника такой правоохранительной структуры, как ФСБ. Данное обстоятельство позволяет им чувствовать себя уверенно в отношениях с другими конкурирующими группировками, и что весьма важно, при проводимых проверочных мероприятиях налоговой инспекции, налоговой полиции, подразделениями по борьбе с экономическими преступлениями МВД и пр. При возбуждении уголовного дела, которое может быть и не связано непосредственно с выявленными экономическими преступлениями, группировка может через «своего» человека из ФСБ решить вопрос по прекращению уголовного дела или направлению дела в «нужное» русло.
 Если «офицер действующего резерва» обеспечивает «тесную сплотку» с мафиозной структурой, то можно говорить о коррумпированности такого сотрудника, который по сути дела «прикормлен» группировкой.
Несколько подробнее следует остановиться на деятельности Федеральной пограничной службы России, в чью прямую обязанность входит контроль за экономической прибрежной зоной для недопущения браконьерского лова российскими и иностранными судами. С некоторых пор российские власти начали применять новую, как казалось, действенную тактику контроля за деятельностью рыболовных судов, а именно нахождение государственных инспекторов на борту судов. В обязанность указанных должностных лиц входит контроль за недопущением перелова, то есть вылов морских биоресурсов в рамках выделенных квот, недопущение вылова запрещенных к добыче рыб и морских животных, осуществление лова только в установленных местах и применение исключительно разрешенных орудий лова и пр. Государство, введя институт инспекторов, обоснованно посчитало, что их деятельность будет действенным заслоном браконьерскому промыслу и, как следствие, воспрепятствовать незаконному вывозу морепродуктов за рубеж и обогащению криминальных группировок.
Однако, правоохранительными органами Дальнего Востока выявлен ряд фактов, когда должностные лица из состава госинспекции, находясь в период путины на судах, пренебрегали исполнению своих служебных обязанностей, впрямую потворствовали браконьерскому лову, тем самым помогая расхищать национальные богатства России. Такая «помощь» браконьерам не была безвозмездной, а весьма щедро оплачивалась. Получил определенную огласку факт, когда таможенники изъяли у инспектора-пограничника Карагодина в п. Магадан, когда он сходил на берег после окончания рейса, 54 тысячи долларов. Иные инспекторы за период путины имеют незаконные доходы в сумме 150-200 тысяч долларов США.
Не менее интересен другой факт, связанный с распоряжением начальника Тихоокеанского регионального управления ФПС генерал-полковника Тарасенко П. передать в одну из воинских частей для питания военнослужащих две партии конфискованных у браконьеров крабов весом 5650 и 5635 кг. каждая. Данное распоряжение было дано с прямым нарушением Постановления Правительства России, обязывающее передавать изъятые конфискованные морепродукты в распоряжение Российского Фонда Госкомимущества. Однако проведенная прокуратурой проверка показала, что почти 11 тонн крабов в воинскую часть не поступали.
Оперативные сотрудники оперативных подразделений УВД Сахалинской области высказывают весьма обоснованные предположения о том, что налажена определенная преступная технология реализации конфискованных морепродуктов. Первичные держатели конфискантов, в данном случае пограничники, изъявшие крабов, имеют хорошо налаженные контакты с коммерческими фирмами – реализаторами. Формально партии крабов были переданы для питания военнослужащих, а фактически, предположительно, вывезены за рубеж или другие регионы России и реализованы с получением значительной незаконной прибыли.
Для бесперебойного функционирования преступной схемы обогащения имеют место весьма сомнительные контакты отдельных высокопоставленных командиров с не менее сомнительными рыбными «фирмачами». Выявлен следующий преступный механизм взаимодействия государственной контролирующей структуры в лице погранслужбы с коммерческими фирмами:
1. Для борьбы с конкурентами преступные группировки, контролирующие определенные рыболовные суда, используют помощь некоторых высокопоставленных пограничников. При этом последние применяют нехитрый метод, когда дают своим подчиненным приказ нещадно проверять суда конкурентов, мешая лову последних. В этих условиях суда - «нарушители», не желая терять уловы, вынуждены принимать условия соперников, имеющих пограничную «крышу» ( а это может быть и сдача рыбы перекупщикам по невыгодным ценам, и бункеровка водой и топливом у определенных фирм-поставщиков, и вытеснение из определенных акваторий), что в конечном итоге приводит к расширению контроля группировок над большим числом судов.
2. Проведение дрифтерного лова, как наиболее продуктивного. По существующим правилам такой вид лова проводится сетями на глубине 4-5 километров исключительно в научных целях. Однако дрифтерный лов довольно широко практикуется браконьерами для получения максимальной прибыли. Поэтому выработан определенный криминальный механизм взаимодействия пограничников с рыболовной компанией. Между ними заключается договор, по которому компания выделяет пограничникам судно с командой якобы в качестве помощи в охране экономической зоны. Ставится одно условие: если судно обнаруживает дрифтерную сеть, поставленную с браконьерской целью, она поднимается и приходует добытая рыба поступает в собственность компании. Незадолго до выхода в море такого патрульного судна другое судно этой же компании, ставит дрифтерную сеть в заранее обговоренном районе, сообщая координаты капитану патрульного судна. Конечно, патрульное судно обнаруживает сеть, выбирает улов (как правило 5-8 тонн лосося) и уходит на выгрузку в иностранный порт, как правило в Японию, где уже находится судно - постановщик сети. Сеть перегружается на это судно и составляется акт об уничтожении запрещенного орудия лова, т.е. дрифтерной сети. Таким образом цикл якобы патрулирования-обнаружения проводится многократно, принося баснословные прибыли. Эта преступная деятельность не осталась без внимания преступных группировок, которые давно взяли на вооружение описанный способ браконьерского лова, вовлекая в него достаточное количество военнослужащих погранвойск.
Не без основания специалисты в области изучения криминализации рыбной отрасли считают деятельность некоторых крупных рыбодобывающих предприятий Дальнего Востока как направленную на «перекачку» валютных средств за рубеж, в первую очередь в США. Одно из таких предприятий, «Дальморепродукт» (г. Владивосток, руководитель Диденко Ю.) в 2002 году стало предметом журналистского и уголовного расследования.
Для понимания основных особенностей преступного механизма, использованного указанным предприятием, следует отметить, как весьма важное обстоятельство, что руководство компании пользовалось поддержкой и пониманием председателя Госкомрыболовства России Наздратенко Е.И., бывшего губернатора Приморского края.1 Сложившиеся «особые отношения» между Диденко и Наздратенко позволили компании незаконно получить супертраулеры, построенные в Испании, для организации наиболее эффективного лова и предварительной обработки морепродукции. Данные супертраулеры первоначально были выделены на условиях долгосрочного лизинга российской компании «Супер».
Обращаясь к истории вопроса, следует отметить, что траулеры были построены в Испании за 1,5 миллиарда долларов, взятые в кредит под гарантии правительства России и юридически принадлежали компаниям «Болеро» и «Берген», зарегистрированным в оффшорных зонах. Выделенные траулеры для ЗАО «Супер» по просьбе Диденко, по ходатайству тогдашнего губернатора Приморского края Наздратенко и по приказу N 170 от 29 июня 1999 года Госкомрыболовства России были незаконно переданы в «Дальморепродукт». Траулеры были незамедлительно переданы в учрежденную Диденко фирму «Дальморепродукт троулерс», которая, в свою очередь, заключила арендные соглашения по каждому судну с компаниями «Берген» и «Болеро».
Наздратенко к тому времени стал председателем Госкомрыболовства России и лично опекал работу траулеров, получавших хорошие квоты на лов. Эксплуатация траулеров приносила хороший доход, но при этом компания «Дальморепродукт Траулерс» арендных платежей не платила. Рыба и валютная выручка оставлялась за границей. Так как задолженность по арендным платежам перед «Берген» и «Болеро» к концу 2000 года составила 313 миллионов долларов, фактические владельцы траулеров в одностороннем порядке расторгли договор аренды и обратились в Высокий Суд Справедливости Лондона с исками о возвращении траулеров. Суд признал их иски обоснованными, обязал арендатора вернуть суда и выплатить задолженность по арендным платежам.
Диденко, как заинтересованное лицо, участвовал в судебных слушаниях в качестве ответчика и сделал несколько шокирующих признаний, которые позволили высветить коррупционный механизм в области российской рыбодобычи и принятии решений по вопросам хозяйственной деятельности. В частности им было сделано признание, что для подписания вышеупомянутого приказа N 170 он организовал перевод 1,65 миллиона долларов США со счета фирмы «Pacific Trawlers Incorporated» (совместное предприятие «Дальморепродукта» и греческого судовладельца Ласкаридиса) на счет одного из банков в Сингапуре как оплату группе людей, которые помогали «разрешить проблемы с приказом N 170» . То есть, другими словами, Диденко публично и официально заявил, что он организовал получение взятки группой правительственных чиновников за подготовку и подписание заведомо противозаконного документа.
Как результат этой деятельности, государство не получило в бюджет многие сотни миллионов долларов. В то же время рядовые работники компании в течение пяти лет не получали свою законную зарплату и вынуждены организовывать такие массовые акции протеста и гражданского неповиновения как перекрытие автотрассы во Владивостоке. Власти края были вынуждены использовать имеющиеся силы правопорядка для восстановления работоспособности магистралей города и снятие накала социальной напряженности.
Более того, налоговой полицией проведена проверка деятельности «Дальморепродукта» с использованием материалов Суда в Лондоне и установлено уклонение от уплаты налогов компанией в размере 100 миллионов рублей. Траулеры, подлежащие возврату их истинным владельцам, удерживались руководством «Дальморепродукт» и содержались в иностранных портах, в частности порту Пусан (Южная Корея) и порту Раджин (Северная Корея). Попытки официальных российских властей, в том числе дипломатических представителей, наталкивались на яростное сопротивление. Тем временем один из капитанов, Зателепа Г.П., распродавал судовое оборудование. Благодаря настойчивости российских властей восемь траулеров удалось вернуть под флаг России и они были переданы различным предприятиям Приморского и Хабаровского краев.
Как только траулеры были переданы другим рыбодобытчикам, то последним, по приказу Наздратенко, были значительно урезаны квоты на вылов и заторможена работа по оформлению регистрационных документов на суда и лицензии на промышленное рыболовство. Наздратенко и его аппарат сделали все возможное, чтобы сорвать работу супертраулеров. Как результат, траулеры работали в море на лове только 9 дней, что причинило колоссальные убытки.
Управлением налоговой полиции 5 июля 2002 года возбуждено уголовное дело по фактам сокрытия доходов от налогообложения компанией «Дальморепродукт». Предварительным расследованием установлено, что компания незаконно перевела в банки США и других стран в 1999 году – 1 948 605 565 рублей (примерно 1.5 миллиона долларов) и в 2000 году – 1 911 960 020 рублей (примерно 1.5 миллиона долларов), тем самым скрыв доходы от налогообложения. Выявлено, что выручку от продажи морепродуктов и рыбы компания первоначально аккумулировала на счетах в банках США и направляла из Соединенных Штатов в Россию, а затем через какое-то время обратно из России в США. Казалось бы какой смысл переводить суммы из страны в страну и обратно. Однако все заключается в том, чтобы показать перед правительственными структурами России жизнеспособность и рентабельность компании. Как результат указанных денежных переводов, руководство компании имело на руках банковские документы о поступлении финансовых средств из-за границы, которые оно могло предоставить в Госкомрыболовство РФ для участия в торгах для покупки квот на вылов рыбы и морепродуктов. Причем в банки Владивостока предоставлялись контракты с зарубежными компаниями одного содержания, а в налоговые инспекции - другого.
Для оставления валютной выручки в США использовалась типовая схема, когда партии выловленной рыбы передавались для реализации в компании, зарегистрированные на американской территории. В частности установлено, что за несколько последних лет «Дальморепродукт» заключила договоры с компаниями «AAS-DMP Management L. P.» (Seattle), «Aleut Fisheries, Ltd.»,(Каймановы Острова), «Burlington Financial Incorporated», предположительно зарегистрированной в качестве юридического лица в штате Делавер США , «Building Technology L.L.C.» (Portland), «DALMOREPRODUCT Vessel Management Inc.» (Seattle), «GILMOR INTERTRADE LTD» (British Virgin Islands), «Marine Market LLC» (Burlingame, CA-94010 U.S.A.) «Medley Group LLC», зарегистрированной в качестве юридического лица по адресу: Suite 606, 1220 N. Market St. Wilmington, DE., «Messina Global Corporatio.» (British Virgin Islands). В качестве вклада «Дальморепродукт» вносила российские рыболовные суда, т.е сдавала в аренду, а иностранные компании вносили, как следует из содержания договоров, «профессиональные знания, навыки и опыт по добыче различных видов промысловых рыб и морепродуктов, а также свою репутацию и деловые связи, практические разработки в области управления и организации труда, технологии промысла всех видов морепродуктов, включая различные виды рыб».
В 1995 году ОАО ХК «Дальморепродукт» заключило контракт на управление флотилией из трех судов «Клеймор-Си», «Сага-Си», «Хедер-Си» с иностранной компанией «New Pollock L.P. Inc.» (900 Market Place Tower 2025 First Avenue Seattle , Washington ). По условиям данного контракта, ОАО ХК «Дальморепродукт» передала в управление три судна с целью промысла сырца и морепродуктов, для производства и продажи готовой продукции. Квоты на вылов морепродуктов оформлялись на «Дальморепродукт» как владельца рыбодобывающих судов и выловленная по ним рыба должна рассматриваться как собственность компании. Вместе с тем деньги за проданную рыбопродукцию в 1999-2000 годах, поступившие от компании «New Pollock L.P. Inc.» не отражались в бухгалтерской отчетности «Дальморепродукт» в полном объеме.
В декабре 1998 г. «Дальморепродукт» заключило договор о долевом участии и финансировании с иностранной компанией «P.T.C. INCORPORATION», зарегистрированной в качестве юридического лица в штате Делавер США (Two Greenville Crossing, Suite 300 А, 4001 Kennett Pike, P.O. Box 4477, Wilmington, New Castle County, Delaware, 19807-0477).
В мае 1999 г. «Дальморепродукт» заключило договор о долевом участии и финансировании с иностранной компанией «Steyne Holding Corp», зарегистрированной в качестве юридического лица в г. Нассау, Багамские острова (Rover House, Market Street North, Nassau, Bahamas P.O. BOX SS-19812, DBS BANK, Great World City Branch, Singapore).
Конечно, до официального предъявления обвинения по уголовному делу или разрешения дела по существу, не имеет смысла делать каких-либо категоричных выводов о виновности какого-либо определенного лица или осуществлении им преступного деяния. Однако следователи и оперативные работники, расследующие настоящее дело, пришли к некоторым предварительным выводам:
1. Компания «Дальморепродукт» пользовалась несомненной поддержкой бывшего губернатора Приморского края и нынешнего председателя Госкомрыболовства России;
2. Поддержка компании осуществлялась в лоббировании стремления руководства компании получить траулеры испанской постройки с целью организации больших уловов и получения режима наибольшего благоприятствования при выделении квот;
3. Диденко с целью получения траулеров организовал передачу денег в сумме 1,65 миллионов долларов группе чиновников правительства России «за организацию подписания» весьма важного для него приказа о передаче траулеров, что свидетельствует о тесной связи с правительственными кругами и теми лицами, кто ставит свои личные корыстные интересы выше государственных;
4. Значительную часть валютной выручки компания «Дальморепродукт» скрывает на банковских счетах в зарубежных банках, в том числе не производя налоговые платежи и отчисления в бюджет России;
5. Деятельность компании привела к значительному социальному конфликту, что свидетельствует о частичной неспособности государственных российских структур местного уровня проводить предусмотренные законодательством меры как контрольно-надзорного и уголовно-правового характера для принуждения осуществления необходимых выплат компанией, так и аналитического и прогностического с целью предотвращения социальных взрывов;
6. Компания сдает рыболовецкие суда в аренду фирмам и компаниям, зарегистрированным за границей, в том числе в оффшорных зонах, с целью затруднения контроля за полученной выручкой со стороны российских контролирующих организаций;
7. Изъятая документация свидетельствует, что за период 1999-2000 гг. за рубежом оставлена выручка в сумме 3 миллиона долларов США.
Специалисты высказывают предположение о том, что на протяжении ряда лет действовала типичная схема увода валютной выручки за рубеж с целью ее аккумулирования на банковских счетах и приобретения движимого и недвижимого имущества.
Не менее интересно исследовать другой факт, также связанный с реализацией морепродукции в США, как способ незаконного обогащения. Управлением налоговой полиции Хабаровского края возбуждено уголовное дело в отношении Евсеева В.Г., директора ООО «Амур Кевиар» (Хабаровск). Документально установлено, что некоторое время назад директор указанной коммерческой фирмы заключил договор с компанией «Caviar Palace Inc.» (штат Иллинойс) на поставку черной осетровой икры на сумму 500 680 долларов. Через некоторое время было проведено несколько отправок икры в США, в частности черной осетровой – 425 кг., икры калуги – 725 кг. на общую сумму 360 000 долларов; черной осетровой – 234 кг, икры калуги – 234,8 кг. на общую сумму 140 680 долларов.
На основании Закона Российской Федерации «О валютном регулировании и валютном контроле» от 1992 года и Указа Президента РФ N 629 от 1992 года Евсеев, как директор «Амур Кевиар», был обязан организовать поступление валютной выручки из-за границы на счет своей фирмы в российском банке. Так как он этого не сделал и имело место нарушение российского законодательства, его действия подпадали под признаки преступления, предусмотренного ст.193 УК Российской Федерации «невозвращение из-за границы средств в иностранной валюте в крупном размере», следственным управлением налоговой полиции было возбуждено уголовное дело и собраны достаточные доказательства, свидетельствующие о виновности Евсеева. Незамедлительно после возбуждения дела и предъявления обвинения Евсеев убыл в США.
Оперативные сотрудники налоговой полиции считают, что Евсеев осуществил типичную и незамысловатую схему переправки природных ресурсов, в данном случае икры, в США якобы с целью официальной продажи. Имеются обоснованные предположения, что американская компания «Сaviar Palace Inc.» была организована в штате Иллинойс бывшими российскими гражданами, а в настоящее время гражданами США, которые установили деловые связи с одной из группировок, контролирующей скупку и реализацию икры, в том числе черной, на территории Хабаровского края. Для реализации переправки икры группировкой была организована коммерческая фирма в Хабаровске и подыскан исполнитель в лице директора фирмы. Икра скуплена мелкооптовыми покупателями у жителей Амура, добывших ее браконьерским способом. После отгрузки икры из России у организаторов преступной схемы была некоторая надежда на то, что валютный контроль не сразу обратит внимание на невозвращение выручки в Россию и планировалось все проблемы свалить на американского, якобы несостоятельного партнера. Планировалось затянуть разбирательство этого факта максимально долго. Однако проведенными оперативно- розыскными мероприятиями была своевременно вскрыта вся подоплека совершенной преступной схемы и роль директора фирмы Евсеева. После того, как ему было предъявлено обвинение, он убыл за пределы России.
Данный пример еще раз показывает связь бывших российских и советских граждан, проживающих на территории США и криминалитета, контролирующего рыбодобычу на Дальнем Востоке. В качестве объекта преступного промысла выбирается, как правило то, что является предметом повышенного спроса для обеспеченных слоев населения в развитых странах, в том числе США, и что может принести максимальную прибыль за небольшой промежуток времени. При этом преследуется одна и та же цель – размещение полученных криминальных доходов на счетах зарубежных банков или вложение в движимое и недвижимое имущество.
Имеет смысл также добавить, что расследование приведенного выше уголовного дела показало такой негативный момент, как разобщенность в работе и отсутствие обмена текущей информацией таможни, подразделений валютного контроля и правоохранительных органов, в данном случае налоговой полиции. Каждое подразделение, как правило, выполняет только свою задачу, не заботясь, что какой-либо факт может стать предметом проверки и расследования другого ведомства. Другими словами, ведомства и государственные структуры, нацеленные на пресечение вывоза рыбопродукции за рубеж, как канала финансирования криминальных группировок, не имеют одного, так называемого информационного пространства, т.е. совместной регулярно пополняемой информационной базы. И каждая структура вынуждена действовать исключительно самостоятельно, опираясь на собственные силы.

3. Участие ОПГ в криминальном вывозе алмазов и валютных ценностей

Одним из важнейших ресурсных и валютных источников Российской Федерации и Дальнего Востока являются алмазы, добываемые на территории Якутии. За годы советской власти было открыто значительное количество кимберлитовых трубок и разработка некоторых продолжается уже несколько десятилетий. Сложная и жесткая система охраны мест добычи и черновой обработки позволили сформировать устойчивый поток алмазов для пополнения валютного фонда страны и обеспечивать не только работу ограночных ювелирных предприятий, но и нужды промышленности. Начиная с начала 90-х годов, с резким ослаблением контроля за добычей и транспортировкой, ряд преступных группировок, связанных с государственными чиновниками в Москве и Якутске, разработал схему вывоза добытых алмазов через Биробиджан в Израиль. Эта страна была выбрана не случайно, а по следующим причинам:
-израильское обрабатывающее производство драгоценных камней стоит в одном ряду с известнейшими ограночными фирмами Западной Европы, что позволило наладить огранку алмазов на имеющемся оборудовании в Израиле и замаскировать поток похищенных российских алмазов среди массы обрабатываемых камней;
-в Израиль выехало множество евреев, проживавших на территории Еврейской автономной области. Хотя число евреев в ЕАО составляет от 4 до 5 % от общего количества населения, в начале 90-х годов в Биробиджане, столице ЕАО, был основан филиал еврейской организации «Сохнут», занимающейся благотворительной помощью для выезда евреев на их историческую родину - в Израиль. Как результат, в Израиль выехал ряд членов организованных группировок, установивших деловые связи не только в Израиле, но и в других странах для налаживания каналов сбыта ограненных алмазов.
Проведенной оперативно-розыскной работой сотрудников МВД и ФСБ было установлено, что на одном из крупнейших месторождений алмазов в п. Мирный образовалась устойчивая группа из числа работников цехов по первичной обработке добытых драгоценных камней. В процессе отбора и сортировки производилось формирование фиктивной отчетности, позволившей наладить отбор неучтенной продукции и ее переправку за пределы охраняемых объектов. Похищенное поступало в распоряжение курьеров, действовавших в интересах организованных группировок, и переправлялось через Хабаровск и Москву в Израиль самолетами. Цепочка курьеров сопровождалась гласно и негласно группами обеспечения и физической поддержки. Небольшие по весу и размеру контейнера с необработанными алмазами маскировались среди ручной клади и багажа курьеров, что не позволяло обнаружить их обычными методами и средствами досмотра в аэропортах. Однако использование обычных авиарейсов для транспортировки создавало определенный риск для перевозок, поэтому постепенно схема перевозки несколько видоизменилась в сторону использования чартерных рейсов, напрямую вылетавших из Хабаровска в Тель-Авив.
Одновременно, проведением соответствующих мероприятий, ДВ РУБОП и подразделение по борьбе с организованной преступностью Амурской области выяснили, что образовался своеобразный альянс между российскими и китайскими группировками с целью контрабандного вывоза в Китай алмазов. Для вывоза использовался экзотический способ вывоза в протезах инвалидов или среди перевозимого через границу груза. Для маскировки контрабандного вывоза и также для легального прикрытия позже были созданы коммерческие фирмы в Благовещенске и Хабаровске и организованы каналы переправки через работающие пограничные переходы. Деньги от продаж переводились на личные счета некоторых активных членов группировок в банки Торонто (Канада) и Израиля. Со временем контрабандный вывоз алмазов становился все более опасным, поэтому стала применяться более изощренная схема хищений, связанная с учреждением официальных коммерческих предприятий, созданных якобы для организации ограночных предприятий в Биробиджане.
Одно из таких предприятий, «Элдер Цион Интернешнл», было открыто в Биробиджане с внешне благой целью, а именно организации огранки алмазов на месте, без вывоза их за границу. В качестве учредителей выступили бывшие граждане СССР, выехавшие на постоянное жительство в Израиль и имеющие связи в странах Западной Европы и США. Для поддержки своей деятельности в состав учредителей были введены бывшие функционеры КПСС в ЕАО, имеющие влияние и дружеские связи в исполнительных и законодательных органах области.
На определенном этапе работы фирмы ее деятельность стала финансироваться крупным израильским предпринимателем Рони Коэном. Алмазы стали закупаться фирмой у российского предприятия АЛРОСА якобы для обработки. В Биробиджан даже было завезено необходимое оборудование для огранки, однако получаемые для переработки алмазы стали вывозиться в Москву с помощью Московского управления инкассации с соответствующей охраной и сопроводительными документами. Это обстоятельство было очень важно для деятельности указанной фирмы, так как наличие охраны и документов затрудняло местным правоохранительным органам проводить проверки по фактам транспортировки.
В Москве алмазы получались представителем фирмы, в прошлом российским гражданином, который организовывал их контрабандный вывоз из России. Результаты оперативных мероприятий показали, что упомянутый представитель являлся весьма важным звеном в функционировании канала вывоза алмазов. По некоторым оценкам, как результат деятельности фирмы «Элдер Цион Интернешнл», было вывезено алмазов общим весом 37 тысяч каратов на сумму 2,5 млн. долларов.
Оперативные и следственные работники пришли к выводу, что это была тщательно продуманная схема контрабандного вывоза алмазов, осуществленная Московскими и Дальневосточными организованными преступными группировками, имеющими связи не только в пределах России, но и в Израиле, Западной Европе и США. Частично отслежен путь вывезенных алмазов. Часть из них поступила на ограночные предприятия Израиля, а часть перевезена предположительно в Голландию или Бельгию для обработки с последующей продажей бриллиантов на рынках Европы и Северной Америки.
Были отслежены и зафиксированы контакты руководителей фирмы с бывшими советскими и российскими гражданами еврейской национальности, проживающими в Нью-Йорке, с целью привлечения их к распространению похищенных драгоценных камней в Северной Америке. Однако в рамках расследуемого уголовного дела не было собрано достаточных доказательств и, как следствие, данный факт не фигурировал в судебных слушаниях.
Однако выявленная схема не была единственной, примененной для хищения алмазов. В период 1998-2001 гг. в ходе оперативно-розыскных мероприятий и сбора доказательств было установлено, что компания «САПИ-Диам», занимающаяся обработкой драгоценных камней в интересах российского правительства, заключила договор с «Элдер Цион Интернешнл» на обработку партии алмазов на сумму 2,2 млн.долларов, которые были переданы последней.
Эти алмазы должны были быть откалиброваны, отобраны и обработаны в Биробиджане. Однако камни были незаконно вывезены в Москву представителями указанной фирмы с использованием охраны Московского управления инкассации и соответствующей документации и помещены на хранение в московскую фирму «Техномаш». Через некоторое время «САПИ-Диам», видя прямое нарушение контракта, потребовала возврат камней и получив их, провела проверку наличия. Выяснилось, что значительной части алмазов, примерно на сумму 1,1 млн.долларов, недостает. По данным оперативных служб, эти алмазы также были вывезены из России контрабандным путем для последующей обработки и продажи в Западной Европе и США.
Изучая связи Дальневосточных группировок с «партнерами» в США, следует отметить, что продолжают выявляться факты использования личных связей между лицами, занимающимися преступлениями на территории России, и русскоязычными диаспорами на территории Соединенных Штатов, как весьма важные составляющие мошеннических операций.
Подобная преступная схема выявлена налоговой инспекцией Хабаровска и Хабаровской таможней. Одна из Хабаровских фирм предъявила на таможне для вывоза в США лазерный диск с записанной компьютерной программой «1С: предприятие» на английском языке. Сам по себе данный компьютерный продукт абсолютно бесполезен для практического использования на территории США, но тем не менее по документам он был оценен в 141 тысячу долларов. Вместе с лазерным диском был предъявлен договор, по которому одна из американских фирм крайне заинтересована заплатить такую сумму за получение лазерного диска. Также на таможне были предъявлены банковские документы, говорящие о том, что американской фирмой произведена предоплата за товар и документы (счет-фактура), говорящие о том, что данный лазерный диск был, в свою очередь, приобретен якобы в г.Новосибирске у ЗАО «Фарма Сиб-Центр».
Через некоторое время представители Хабаровской фирмы-продавца прибыли в налоговую инспекцию и потребовали оформить документы для возвращения фирме НДС, как того требует налоговое законодательство. В связи с данным обстоятельством таможней была проведена проверка, которая показала, что «Фарма Сиб-Центр» никаких продаж лазерных дисков не производила и документы (счет-фактура) оказались поддельными.
Проведенной товароведческой стоимостной экспертизой установлено, что стоимость аналога программы, направленной в США на указанном лазерном диске, составляет менее 10 долларов (298 рублей). Поступившая из США предоплата была проведена через цепочку счетов различных российских коммерческих фирм и в окончательном счете получена наличными в Москве неизвестным следствию лицом.
Проведенными оперативными мероприятиями установлено, что данная финансовая операция была проведена одной из Хабаровских преступных группировок. В основе этой схемы находилась американская фирма, зарегистрированная российскими иммигрантами в США, которые имели давние связи с Хабаровскими преступными группировками. В США были вывезены или переведены денежные средства, что не установлено, и позже они переведены в Россию, как якобы в качестве предоплаты за покупку лазерного диска для получения соответствующих банковских документов, предъявленных в налоговую инспекцию для получения НДС, и эти средства снова вернулись в распоряжение группировки. Отмечается, что получение криминального дохода в виде возврата НДС от государства - новый и развивающийся способ добычи денег «из воздуха».
До настоящего времени оперативными службами УВД Хабаровского края проводятся розыскные мероприятия в отношении одного из коммерсантов, деятельность которого является весьма типичной и показательной в хищении и переводе денежных средств в США.
Некоторое время назад директор Хабаровской фирмы «Бридер» Чак Г.Г. заключил договор с другой российской фирмой на поставку товара и получил в кассе последней 38 миллионов рублей в качестве предоплаты и, конвертировав денежные средства в валюту, перевел всю сумму на свой личный счет в США. Одновременно он получил кредит в одном из банков в сумме 25 тысяч долларов и также перевел в США. Сразу после перевода он выехал в Соединенные Штаты. По материалам оперативных служб он имел связи с группировками Хабаровска и перевод денег в США являлся окончательным этапом мошеннической операции по хищению денег, так называемый «кидок».
В ходе разработки операции группировкой были установлены связи с русскоязычной диаспорой в Лос-Анджелесе и был определен срок его выезда из России. По предположению оперативных работников позже похищенные деньги легально переведены из США в распоряжение группировки в Россию как оплата за какую-то незначительную поставку товара, то есть отмыты и легализованы. Директор в данном случае выступил просто как разменный элемент для осуществления мошенничества.
Как показывает анализ, проведенный оперативными службами таможни и МВД, ОПГ в настоящее время ищут и находят возможности для преступной активности в области таможенного законодательства, используя следующие особенности и недоработки российских государственных структур и служб:
1. Регистрация предприятий на территории других государств, причем США отдается предпочтение за определенную простоту в оформлении при учреждении небольших фирм. Российские правоохранительные органы не могут, как правило, быстро получить официальные ответы из США в отношении таких фирм, что зачастую необходимо для проверки полноты налоговых платежей;
2. Фирмы создаются для криминальной деятельности в течение короткого времени, иногда для проведения разовых финансовых операций. После осуществления мошенничества руководители фирм зачастую увольняются или убывают в неизвестном направлении;
3. Как правило, русскоязычные иммигранты, проживающие в других странах, вовлеченные в криминальный бизнес, связаны непосредственно или через своих российских коммерческих партнеров, с российскими организованными преступными группировками;
4. Российские фирмы, созданные для разовых операций, как правило, немедленно прекращают свое существование либо после «удачного» проведения операции, уничтожая, по возможности, всю бухгалтерскую документацию, либо после начала проверки ее деятельности государственными органами;
Следует отметить, что основной преступный механизм хищения денежных средств связан с банковскими перечислениями значительных сумм организованными преступными группировками. В этой связи сотрудниками оперативных аппаратов розыскных подразделений и сотрудниками банков дана определенная оценка эффективности выявления криминальных финансовых потоков или разовых перечислений.
Как известно, с 2001 года в России действует Закон «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных незаконным путем» и с февраля 2002 года организовано подразделение финансового мониторинга (финансовая разведка) Министерства финансов РФ. Анализ правоприменительной и организационной деятельности по исполнению требований указанного Закона подразделений финансового мониторинга и правоохранительных органов, среди множества выявившихся проблем, позволяет на сегодняшний день обозначить некоторые из них, требующие разрешения:
1. Недостаточная подготовленность сотрудников организаций, осуществляющих операции с денежными средствами или иным имуществом, т.е. организаций, формирующих первичную информацию о «подозрительных» сделках. Как правило, такие организации, как банки, имеют в своем составе службы безопасности, состоящие из бывших сотрудников правоохранительных органов, имеющих необходимый опыт оперативно-розыскной и следственной работы, что не составляет больших трудностей для них анализировать проводимые через банки платежи или сделки. В других организациях, как правило, сотрудники не имеют необходимой подготовки и эта работа зачастую доверяется либо бухгалтерам, либо юрисконсультам, что не позволяет получить достаточно полный поток информации о подобных сделках и переводах.
2. Недостаточное взаимодействие правоохранительных органов с организациями, осуществляющими операции с денежными средствами или имуществом и формирующими первичную финансовую информацию. Если службы безопасности банков каким-то образом поддерживают такие контакты в силу личных отношений или знакомств, то для других организаций это становится проблемой. Как следствие, организации не придают значение некоторым финансовым перечислениям, покупке-продаже ценных бумаг или имущества. С другой стороны, правоохранительные органы ведут оперативную работу и формируют оперативно-розыскные учеты, не уведомляя об объектах своей заинтересованности гражданские организации, получающие первичную финансовую информацию. Организации, в свою очередь, не имея каких-либо данных об объектах оперативного изучения, не придают внимания финансовой активности последних и не передают сведения, как того требует Закон, в подразделения финансового мониторинга. Образно говоря, правоохранительные органы работают в своей плоскости (слое), а организации, имеющие финансовую информацию, в том числе о криминальной активности в динамике ее развития, соответственно работают в другой. Эти слои или плоскости пересекаются только иногда, в связи с личностными отношениями сотрудников. Данное обстоятельство создает значительные трудности своевременного оперативного и процессуального реагирования со стороны правоохранительной системы.
3. Такие организации, как агентства по продаже движимого и недвижимого имущества, предприятия оптовой торговли и пр., стараясь не потерять выгодных клиентов, зачастую не сообщают о финансовых сделках, заслуживающих оперативного внимания, как того требует Закон. Таким образом встает вопрос о жестком контроле и санкциях в отношении недобросовестных исполнителей.
4. Однозадачность применения информации по выявленным «подозрительным» операциям с финансовыми средствами и имуществом. Согласно Закону организации обязаны направлять сведения в подразделения финансового мониторинга регулярно. Однако, в подавляющем большинстве случаев, такие сведения из указанных подразделений переадресуются в налоговые инспекции для проведения документальных бухгалтерских проверок с целью выявления сокрытия доходов от налогообложения. Лишь небольшая часть информации поступает в правоохранительные органы для проведения оперативно-розыскных мероприятий. Таким образом имеет место некоторая однобокость действия Закона, а именно ставится задача увеличение собираемости налогов для пополнения местного и федерального бюджета, хотя Законом предусмотрена основная цель - это борьба с легализацией доходов, полученных преступным путем.
5. Крайне недостаточная эффективность деятельности оперативно-розыскных подразделений, осуществляющих проверку по выявленным фактам перечисления денежных средств или вложение средств в покупку имущества. Проведение подобных проверок имеет весьма продолжительный характер и требует привлечения значительных ресурсов, что не всегда приводит к положительным результатам. Вместе с тем, оперативные службы находятся в весьма жестких рамках статистической отчетности и вынуждены вести настоящую гонку за статистическими показателями результативности работы. Данное обстоятельство является весьма важным негативным фактором, препятствующим тщательной аналитической работе по выявлению фактов отмывания денежных средств. Поэтому в своей работе подразделения МВД нацелены на быстрое выявление и сбор процессуальных доказательств в отношении преступлений лежащих «на поверхности», таких как нарушение правил торговли, незаконное предпринимательство и т.д. Налоговая полиция имеет своей основной задачей выявление сокрытия доходов от налогообложения и мало внимания обращает на фактические цели и источники перечисления денежных средств физическими и юридическими лицами. Другие правоохранительные органы, проводящие выявление, проверку и расследование уголовных дел также находятся в рамках своих ведомственных требований и в настоящее время не имеют каких-либо существенных результатов по препятствованию легализации криминальных средств.
6. Значительная разобщенность оперативно-розыскных подразделений различных ведомств. Такие подразделения как ФСБ, МВД, налоговая полиция и таможня имеют свои собственные оперативно-розыскные базы данных, оперативно-справочные учеты, учет результатов оперативной работы и результаты расследования уголовных дел. Каждое подразделение, проводя свои мероприятия, преследует свои ведомственные цели в достижении результатов и если выявляются факты, относящиеся к компетенции других ведомств, то последние уведомляются очень редко и только в связи с имеющимися личными дружескими связями. До настоящее времени не выработано какой-либо общей региональной оперативно-розыскной политики по организации выявления и борьбе с легализацией криминальных доходов под постоянным руководством прокуратуры с созданием общей межведомственной постоянно пополняемой базы данных на физических и юридических лиц, обоснованно подозреваемых к принадлежности к организованной преступности и отмыве денежных средств, планировании оперативных и проверочных мероприятий и пр. В подавляющем большинстве случаев прокуратура занимается сугубо надзорным производством по проверке деятельности органов дознания. Только в отдельных случаях создаются совместные следственно-оперативные группы для расследования конкретных преступлений и сбора доказательств в отношении лиц, проходящих по делу. Конечно, существуют такие органы как координационный совет правоохранительных органов, комиссии по профилактике и борьбе с различными видами преступлений и пр. Однако результаты деятельности таких совещательных образований в основном носят декларативный характер и не приводят к каким-либо продолжительным совместным действиям правоохранительных органов.

4. Роль преступных группировок в организации мошеннических операций
Согласно мнению большинства следователей и оперативных работников МВД, налоговой полиции и прокуратуры, длительное время целенаправленно занимающихся сбором информации в отношении активности организованной преступности, наиболее действенным способом обогащения группировок Дальневосточного региона остаются незаконные мошеннические схемы, осуществляемые в экономической сфере. Причем предпочтение отдается схемам с переводом похищенных денежных средств за границу. Как примеры осуществления мошеннических схем можно привести результаты расследования уголовных дел, проведенных подразделениями МВД в Хабаровском крае и Якутии.
Одно из дел, имевшее значительный резонанс, расследовалось в отношении г-на Солотова, основавшего в Хабаровске чековый инвестиционный фонд «XXI век» несколько лет назад с целью скупки у населения приватизационных чеков с последующей их перепродажей или вложением в коммерческие предприятия. Через некоторое время после начала деятельности фонда он получил, пользуясь своим правом руководителя, в подотчет большую партию чеков и продал их представителю фирмы «Мираж Лимитед» в г.Анкоридже, Аляска. Полученные деньги разместил на своем личном счете компании «Charles Schwab Investment Fund», находящейся там же. Вся операция была проведена в тайне от акционеров (учредителей) чекового инвестиционного фонда и для ее осуществления он неоднократно выезжал в США для ведения переговоров о деталях операции и планирования своего отъезда из России с целью избежания уголовного преследования. В это же время он организовал в Хабаровске свое коммерческое предприятие «Висол», на счет которого незаконно перевел со счета чекового инвестиционного фонда значительную сумму в рублях и после конвертирования перечислил валютный эквивалент в сумме 22 956 долларов на свой личный счет в США. Оперативные службы УВД совместно со следственным аппаратом продолжительное время занимались изучением мошеннической схемы, проведенной Солотовым и пришли к некоторым выводам. По их предположению чековый инвестиционный фонд был создан как прикрытие для осуществления мошеннических операций и «перекачки» финансовых средств в США. В делах фонда имели свой интерес преступные группировки Хабаровска и связанные с ними коррумпированные чиновники местных органов власти. Солотов в качестве руководителя фонда рассматривался как исключительно временный элемент мошеннической схемы, необходимый для осуществления операций за небольшой промежуток времени. После их выполнения был организован его отъезд в США с последующей натурализацией.
Криминалитетом была использована типовая схема осуществления финансового мошенничества, когда исполнитель, сделав свое дело, просто выводился из-под удара, чтобы не быть объектом расследования. Это гораздо надежнее и выгоднее, чем просто физическое устранение, так как исполнитель, зная о том, что он находится в розыске и заочно арестован, будет более привязан к группировке. В случае с Солотовым, он был действительно заочно арестован прокурором и объявлен в федеральный розыск. Через какое-то время выяснилось, что он находится в Анкоридже и по запросу следственного управления УВД из офиса ФБР в Анкоридже был получен ответ, что он арестовывался полицией за избиение своей жены и отбывал срок наказания в местной тюрьме.
В связи с этим иммиграционные власти рассматривали его дело с целью решения вопроса о депортации. По просьбе российских следователей он допрашивался и дал показания, что в деятельности фонда были заинтересованы «воры в законе» Дальневосточного «общака» и мошеннические операции проведены в интересах организованной преступности. По замыслу лидеров организованного преступного сообщества инвестиционный фонд должен был выполнить несколько задач, а именно: скупать у населения с целью дальнейшей перепродажи или вложения в выгодные финансовые операции инвестиционные чеки; вложение в деятельность фонда значительной суммы «воровских» денег с целью их отмыва и получения прибылей; организация перевода за границу, предпочтительно в США, значительных валютных сумм с целью создания банковских накоплений для дальнейшего их использования в преступной деятельности.
В ходе допроса сотрудниками ФБР, несколько раз заявив о своей невиновности и отвергнув все утверждения о совершении им каких-либо неправомерных действий, Солотов все-таки окончательно признал, что хищение средств из фонда имело место, но утверждал, что размеры хищения не соответствуют той сумме, которая указана в обвинениях, выдвинутых против него.
Продолжительно время, подавая апелляции в судебные инстанции, Солотов добивался предоставления ему убежища в США, утверждая, что в случае его принудительной депортации в Российскую Федерацию он будет убит некой организованной преступной группировкой и что он подвергается необоснованным преследованиям со стороны сотрудников правоохранительных органов г. Хабаровска, которые якобы тесно связаны с "русской мафией".
До настоящего времени вопрос предании его суду на российской территории за совершенные мошенничества не решен и он предположительно находится на территории США. Вместе с тем оперативные работники, занимавшиеся сбором информации в отношении криминальных международных связей фонда и Солотова отмечают, что указанные переводы денежных средств были совершены и размещены в Анкоридже на счетах американской компании, предположительно не без помощи руководителей этой компании. По некоторым данным, последние возможно были осведомлены о характере финансовых поступлений. Хотя со времени начала расследования уголовного дела в отношении деяний Солотова прошло определенное время и дело было приостановлено за не розыском обвиняемого, оно представляет определенный интерес для оперативных служб, занимающихся пресечением экономических преступлений, в том числе связанных с «перекачкой» валютных средств за рубеж.
Получаемые службами МВД сведения свидетельствуют о том, что операция с чековым фондом считается криминалитетом успешно проведенной, хотя была запланирована гораздо более «продуктивная» операция, даже цикл операций, нацеленных на привлечение криминальных финансовых средств в основной и оборотный капитал. На более отдаленных этапах планировалось вложение полученных инвестиционным фондом прибылей в организацию легальной коммерции и создание ряда фирм, находящихся под контролем ОПГ, для коммерческой деятельности на рынке купли-продажи недвижимости, посредничества по перепродаже нефтепродуктов и спиртных напитков. Таким образом организованное преступное сообщество планировало легализовать, хотя бы частично, свои средства и поставить под контроль какую-то часть экономики региона. Использование чекового инвестиционного фонда было лишь частью многоплановых и многоходовых комбинаций ОПГ.
Бесспорно, возбуждение уголовного дела в отношении Солотова и проведенные проверки фонда выявили начало действия мошеннического механизма и истинные цели и задачи, поставленные перед руководителями фонда «ворами в законе». В конечном итоге, несмотря на приостановление дела, со стороны подразделений по борьбе с организованной преступностью был достигнут определенный положительный результат по «разрушению» одного из каналов финансирования организованной преступности региона и выявлению коррупционных связей ОПГ в местных органах власти и управления.
Изучение другого уголовного дела показывает механизм «перекачки» финансовых средств с использованием одного из угледобывающих предприятий Дальневосточного региона, в интересах криминалитета. МВД Якутии продолжительное время проводило мероприятия по факту перевода крупной суммы со счета угольного разреза «Зыряновский» (Якутия) на счет компании США "U.N.R. TRADING CORP", Нью-Йорк. (Президент Рахнаев Юрий). Выяснено, что было переведено 250 000 долларов. Для обоснования перевода в российский банк был представлен контракт с указанной американской компанией на поставку продуктов, однако каких-либо поставок из США в Якутию на разрез осуществлено не было. После перевода денег в США Рахнаев не принял каких-либо мер к поступлению товаров в адрес угольного разреза.
После обращения следственных подразделений МВД в торговое представительство России, находящиеся в Вашингтоне, поступил ответ Рахнаева о том, что он никакого контракта не заключал, а имел дело только с торговым брокером Драпкиным Олегом, гражданином России, с которым познакомился в Москве в 1993 году и тот принял меры к переводу 250 тыс. долларов на фирму Рахнаева в Нью-Йорке со счета угольного разреза. После этого Рахнаев направил Драпкину товары на сумму 60 тыс. долларов и дальнейшие заказы были аннулированы. 40 тыс. долларов, по взаимной договоренности, пошли на покрытие транспортных расходов.150 тыс. долларов забрал себе какой-то компаньон Драпкина.
Установлено, что Драпкин Борис Семенович, отец Драпкина Олега, был заместителем директора "Якутуголь" и курировал разрез "Зыряновский", как вышестоящий руководитель. По его настойчивой просьбе был заключен контракт с фирмой Рахнаева. В Москве Рахнаев встречался с Драпкиным Олегом, сыном Драпкина Б. С. и подписал контракт. При подписании присутствовала Тараскина Наталья – дочь бывшего генерального директора "Якутуголь". На контракте свою подпись поставил Драпкин Олег, т. к. он представлялся представителем фирмы Рахнаева в Москве. Допрошенный Драпкин Олег Борисович показал, что он познакомился с Рахнаевым и тот попросил его оказать содействие в налаживании деловых контактов. Для переговоров с Рахнаевым в Москву прибыл зам. Генерального директора "Якутуголь" Павлов В. И. Рахнаев обещал Павлова и Драпкина Олега сделать представителями своей фирмы в Москве и создать СП. Драпкин дал показания, что никакого контракта он не подписывал.
Управление ФБР по Нью-Йорку провело проверку и сообщило следующее. Компания "U.N.R. TRADING", расположенная по адресу 1616 Whitestone Ехрressaway, Whitestone, New York 11357, была образована в штате Нью-Йорк 29 июля 1992 г. Компания числилась распущенной по решению властей штата Нью-Йорк, так как она не вела никакой деятельности. В ходе допроса Рахнаева и его партнера Беннета Лернера было установлено, что компания не смогла вовремя представить декларацию об уплате налогов в связи с тем, что компания не вела никакой деятельности по причине неудовлетворительного состояния здоровья Рахнаева. Лернер заявил, что в настоящее время данная компания, которая полностью принадлежит Рахнаеву, является действующей, и они намерены в самое ближайшее время обратиться к властям штата Нью-Йорк с заявлением о восстановлении статуса компании. По словам Лернера, он является главным бухгалтером-контролером компании, а Рахнаев - президентом. Рахнаев прибыл в США в 1989 году и в 1996 году получил статус американского гражданина.
Рахнаев дал показания, что контракт между компанией "U.N.R. TRADING" и шахтой "ЗЫРЯНОВСКАЯ" от имени компании был подписан Олегом Драпкиным, который являлся представителем "U.N.R. TRADING" в России, Рахнаев заявил, что он встретился с Драпкиным в 1991 или 1992 г., однако не может вспомнить, кто именно их познакомил. У Драпкина были деньги, которые он хотел перевести из России. Дли этой цели он обращался в различные фирмы, которым было разрешено осуществлять перевод денег из России, и заключал с ними соответствующие сделки.
Например, если Драпкину было нужно перевести из России ЗОО.ООО долларов, то он находил российскую компанию, имевшую разрешение на перевод денег из России, выплачивал ей комиссионные, например 5О.ООО долларов, а остаток - 25О.ООО долларов - переводился в США якобы в качестве оплаты по контракту на закупку товаров в США. Эти товары поставлялись в Россию и продавались с большой прибылью как для компании, так и лично для Драпкина. Рахнаев отрицал, что когда-либо имел какие-либо деловые контакты с шахтой или каким-либо иным предприятием под названием "ЗЫРЯНОВСКАЯ”. Сотрудниками ФБР Рахнаеву была показана копия кредитового авизо из банка "CITIBANK" с указанным на нем названием "ЗЫРЯНОВСКАЯ" ("ЗЫРЯНОВСКИЙ") [в английском тексте "ZARYNSAYCOAL"). Рахнаев очень удивился, увидев это, однако он продолжал настаивать, что он не знал, что контракт был заключен с угольной шахтой. Однако банковские документы свидетельствовали, что на счет компании "U.N.R. TRADING" № 53894001 в банке "CITIBANK", Нью-Йорк, поступила сумма в размере 250.000 долларов США, перечисленная со счета в швейцарском банке. Получив деньги, компания "U.N.R. TRADING" предприняла попытку выполнить свои контрактные обязательства по отправке товаров в Россию на имя Тараскиной Н.Ю. Рахнаев считал, что Драпкин и Тараскина, являвшиеся близкими друзьями, могли быть и деловыми партнерами. Рахнаев также сообщил, что товары были отправлены на имя Тараскиной еще и потому, что 6ыло необходимо, чтобы получатель груза имел паспорт, который у Тараскиной был, а у Драпкина - нет. По словам Рахнаева, стоимость груза составила 183.198 долларов с расходами по доставке. После того, как товары были отправлены, Драпкин попросил Рахнаева отдать оставшиеся деньги партнерам в США. Драпкин проинструктировал Рахнаева, чтобы тот снимал деньги со счета частями по 9.000 долларов, что и было выполнено Рахнаевым за шесть дней. Наличные были переданы одному русскому. Рахнаев утверждает, что не был с ним знаком и не может вспомнить, как тот выглядел.
В один из приездов в Москву машина Рахнаева была взорвана, но он по счастливой случайности не был даже ранен, быстро собрался и улетел в США.
Приведенный выше факт перевода валютных средств в США, по мнению оперативных работников МВД Якутии, свидетельствует о том, что была создана международная российско-американская преступная группа по «перекачке» финансовых средств российского угольного разреза на счет американской компании, созданной бывшим советским гражданином в Нью-Йорке. Как административная поддержка в этой операции использовалось влияние одного из руководителей угледобывающего предприятия, который имел свой личный интерес. Использовалась типовая преступная схема по переводу денег под вымышленный контракт о поставке продуктов из США в адрес угольного разреза. В действительности товары частично были поставлены, но в адрес родственников указанного руководителя и в дальнейшем реализованы в интересах участников группы. В преступной схеме принимал участие иммигрант из СССР, использовавший свою компанию в Нью-Йорке как инструмент для осуществления операции. Похищенные деньги были переданы третьим лицам. Оперативные работники предполагают, что похищенные денежные средства вернулись в Якутию и поступили в распоряжение одной из группировок, которая провела всю операцию с целью хищения и «отмыва» денег. Швейцарский и американский CITIBANK были использованы, чтобы затруднить расследование и отслеживание прохождения денежных сумм по международной банковской сети переводов. Группировкой было учтено даже то обстоятельство, что согласно законодательству США, о любой финансовой операции на сумму 10 000 долларов и больше, банки США незамедлительно информируют службу внутренних доходов и другие заинтересованные ведомства и поэтому Рахнаеву было дано указание снимать деньги со счета постепенно, частями, чтобы «не засветиться».
Приведенные примеры уголовных дел свидетельствуют о значительных проблемах, связанных со сбором доказательств и доведении дела до судебного разбирательства. В подавляющем большинстве случаев правоохранительные органы, а именно оперативно-розыскной и следственный аппарат, не могут противопоставить каких-либо существенных мер не только на этапе начала осуществления мошенничества, выявляя его оперативно-розыскными методами, но и при расследовании уголовного дела, если таковое удается возбудить.
Выделяется несколько причин, которые положительно влияют на организацию мошеннической операции и оказывают неблагоприятное воздействие на правоохранительные органы по недопущению возбуждения уголовного дела или проведению расследования в вялотекущей форме, ведущее, как правило, к его прекращению:
1. Противоречивость друг другу содержания различных российских законодательных актов, регламентирующих и регулирующих различные стороны коммерческой и финансовой деятельности. Данное обстоятельство с успехом используются группировками, которые имея в своем составе достаточно хорошо подготовленных юристов и специалистов в области экономики и финансов, могут довольно успешно противодействовать проверочным мероприятиям со стороны контролирующих государственных органов. Как правило, после обнаружения правонарушения указанными органами, коммерческая фирма или предприятие, за которым стоит преступная группа, обращается в вышестоящие инстанции или суд, опираясь на тот законодательный акт, который указывает на то, что проведенная коммерческая сделка или финансовая операция не является противозаконной. Этот же метод использования «нужного» закона с успехом используется также для легализации преступных доходов и отмыва денежных средств. Однако следует отметить определенные усилия федерального управления Генеральной Прокуратуры Дальневосточного региона и прокуратур субъектов Дальнего Востока по устранению противоречивости законодательных актов местных законодательных органов федеральным законам а также определенную активность прокуратур по опротестованию некоторых подзаконных актов, принятых исполнительными структурами региона.
2. Прямое и косвенное участие в коммерческих и финансовых операциях группировок чиновников местных органов власти. Группировки, как правило, поддерживают неформальные контакты с чиновниками, их родственниками или близкими знакомыми для решения своих проблем, взамен предоставляя широкий спектр взяток: от непосредственной передачи наличности, предпочтительно в валюте, и подарков ко дню рождения, до финансирования поездок на дорогие курорты за границу или трудоустройства родственников чиновника на необременительную и хорошо оплачиваемую работу в коммерческие фирмы. Следователи отмечают, что до 2001 года при анализе первичных материалов, собранных оперативно-розыскными подразделениями, они очень часто сталкивались с тем, что многие коммерческие фирмы, в отношении которых имелась оперативная информация об их тесной связи с криминалитетом, легко и без видимых усилий получали в местных органах власти различные разрешения, лицензии и пр. Причем получение подобных разрешительных документов зачастую происходило с нарушением действующего российского законодательства, как федерального, так и местного, по надуманным предлогам. Выявляемые контрольными государственными органами нарушения, например такие как невозвращение валютной выручки из-за рубежа, непредставление материалов в налоговые органы для проведения документальных проверок и т.д., не вели к применению санкций, предусмотренных законодательством, в отношении правонарушителей. Результаты оперативной работы позволили выявить массу прямых и косвенных коррупционных связей группировок с государственными чиновниками и личную заинтересованность последних в деятельности определенной фирмы. Вместе с тем отмечается, что с организацией Представительства Президента РФ по Дальневосточному региону и установления контроля над работой исполнительной власти субъектов региона, имеет место маскировка таких неофициальных отношений, перевод их в более завуалированную форму из-за боязни чиновников быть уличенным в связях с правонарушителями или криминальными группировками.
3. Воздействие на сотрудников оперативно-розыскного и следственного аппарата через руководителей правоохранительных органов для недопущения проведения предварительных проверок, выявления механизма преступной деятельности и сбора доказательств по возбужденному уголовному делу. При этом используются различные методы и способы воздействия, в том числе проверка оперативных материалов работниками прокуратуры под предлогом проведения надзора за оперативно-розыскной деятельностью, что ведет к утечке оперативно-значимой информации (и в некоторых случаях это происходит по заявке и в интересах группировки, использующей коррупционные связи в прокуратуре); предоставление различных обзорных справок в органы законодательной и исполнительной власти, где также происходит утечка информации; многократное предоставление возбужденного уголовного дела на проверку в прокуратуру (иногда по тем же причинам); «потеря или утрата» уголовного дела при его передаче на проверку или в суд; отстранение следователя вышестоящим начальством от ведения дела под надуманным предлогом о его некомпетентности;шантаж на следователей и оперативных работников со стороны группировки;
4. Значительная трудность в направлении запросов за границу в правоохранительные органы из-за сложной бюрократической процедуры, требующей направление таких запросов через центральные аппараты МВД, налоговой полиции и таможни, находящиеся в Москве. Следователями налоговой полиции по Дальневосточному округу и УВД Хабаровского края проведен анализ уголовных дел, по материалам которых выявлены криминальные связи с лицами, находящимися на территории Соединенных Штатов, за последние пять лет с целью выявления эффективности сотрудничества с правоохранительными службами США и использования полученных материалов в доказательственной базе. Выяснено, что в подавляющем большинстве случаев для расследования уголовного дела и сбора доказательств местным Дальневосточным управлениям было необходимо установление постоянно действующей линии связи с соответствующим офисом полиции, ФБР или прокуратуры в определенном штате или федеральном округе США для оперативно быстрого обмена информацией и принятия экстренных мер по задержанию преступников и предотвращению утраты доказательств, необходимых для расследования. Как правило, местные следственные и оперативные службы очень быстро направляют свои запросы в Москву и остаются в неведении о сроках их исполнения, что крайне негативно влияет на общий срок расследования уголовного дела, очень жестко регламентируемым УПК. Большинство получаемых из США ответов содержали частично-полезную информацию, что вызывало необходимость в направлении дополнительных запросов через Москву. Как правило, срок расследования подходил к концу и уголовное дело приостанавливалось, либо из обвинения исключались какие-то эпизоды. Необходимость направления запросов через центральные аппараты регламентируется внутренними инструкциями, запрещающими прямой непосредственный контакт и деловое сотрудничество между российскими и зарубежными правоохранительными органами, в том числе американскими. Данное обстоятельство весьма положительно влияет на деятельность группировок и позволяет им осуществлять международную преступную деятельность в состоянии относительной безопасности.
5. Рассогласованность в расследовании уголовных дел экономической направленности различными правоохранительными органами региона. Каждое ведомство, будь то МВД, налоговая полиция, таможня и пр., стараются собрать доказательства только по тем статьям УК, которые отнесены к компетенции соответствующих ведомств, практически не заботясь о комплексном анализе собранных материалов дела и создании межведомственных оперативно-следственных групп. Данное обстоятельство связано с тем, что ведомство старается выставить уголовно-учетную статистическую документацию, свидетельствующую о том, что именно это ведомство выявило и раскрыло преступление. Другие ведомства, зная, что документация не будет выставлена на их счет, особо не стараются проявить активность в работе по уголовному делу или сбору оперативной информации. Такая разобщенность приводит к утрате весьма важной информации и выявлении всей картины преступного механизма. В значительной степени взаимодействием со всеми правоохранительными органами региона занималось ДВ РУБОП, создавая общую картину деятельности преступных сообществ и группировок по всему региону. Но после ее ликвидации образовался своеобразный вакуум, который мог бы быть заполнен, по мнению многих специалистов оперативно-розыскной деятельности, созданием межведомственного подразделения в Представительстве Президента РФ по ДВФО, которое занималось бы информационно-аналитической региональной деятельностью по сбору оперативной информации, в том числе совместно с подразделениями финансового мониторинга Министерства финансов РФ. В незначительной степени вопросами анализа борьбы с преступностью в различных ее проявлениях занимается управление федеральной окружной прокуратуры, но только, к сожалению, в рамках надзора за оперативно-розыскной деятельностью.
Все изложенные причины в значительной степени повлияли на результаты расследования вышеприведенных уголовных дел, не позволившие довести их до обвинительного приговора в суде. Однако, сотрудники оперативных аппаратов собрали значительный объем информации о связях лиц, проходивших по делам, с преступными группировками региона и лицами, проживающими на территории США, выявили и изучили механизм преступных операций и приобрели определенный опыт в обмене информацией со своими коллегами за рубежом.

6. Влияние организованной преступности на лесоразработки в Дальневосточном регионе.

Лесные массивы региона, в особенности Приморского и Хабаровского краев давно стали притягательным объектом для организованной преступности не только Дальнего Востока, но группировок из других регионов России, дальнего и ближнего зарубежья.
Наряду с контролем за незаконной добычей рыбы, икры, нефти, за несколько последних лет организованными преступными группировками установлено значительное влияние в лесодобывающей и лесообрабатывающей отрасли региона.
Как весьма значимый фактор в незаконных вырубках следует отметить большой объем безработицы среди населения, проживающего в местах вырубок. В период существования СССР и функционирования леспромхозов в Хабаровском и Приморском краях было создано достаточное количество поселков с развитой инфраструктурой таежных грунтовых дорог, охватывающих наиболее продуктивные районы. Население поселков из поколения в поколение специализировалось только на заготовке и первичной обработке древесины по изготовлению брусьев, столбов и шпал. Приобретенные знания о наличии растущих деревьев ценных пород, путях вывоза и знакомство с местными условиями сыграли весьма значимую роль в организации порубок.
Незаконным вырубкам в основном подвергаются массивы, находящиеся в определенной близости от железной дороги с оборудованием мест складирования, сортировки и погрузки на железнодорожные платформы. Однако определенная часть леса вывозится из районов лесозаготовок специально оборудованными автомашинами-лесовозами. Изучение материалов уголовных дел позволяет сделать определенные выводы о влиянии преступных группировок на эту отрасль ресурсопользования, а именно :
-большинство вырубок осуществляется в зимний период года, так как для вывоза древесины используются зимники, не требующие больших затрат в эксплуатации;
-древесину заготавливают в основном бригады по 3-10 человек из числа жителей близлежащих поселков, деревень и сел, хорошо знакомых с местностью и имеющих знакомых и родственников в местных органах внутренних дел и лесоохраны. Для подавляющего большинства жителей такой незаконный вид деятельности является единственным источником существования. Однако отмечается ряд фактов, когда в район лесозаготовок завозились лица без определенного места жительства. С одной стороны использование такой категории лиц имеет определенные преимущества с точки зрения контроля за ними и оплаты труда, так как они по - существу бесправны, но с другой, практически каждый из них не имеет необходимого навыка в обращении с лесозаготовительной техникой, оборудованием и навыков обитания в суровых таежных условиях на протяжении 5-6 месяцев;
-зачастую для заготовки древесины используется похищенная техника и оборудование (тракторы, трелевщики, бензопилы). Техника расхищалась в период расформирования леспромхозов, когда основные производственные фонды лесозаготовительных предприятий приватизировались за бесценок, зачастую с грубыми нарушениями действующего законодательства и при отсутствии контроля со стороны местных органов власти и управления. Также подразделениями уголовного розыска выявлен ряд фактов, когда большегрузная техника для тяжелых работ зачастую просто похищается в строительно-дорожных организациях и вывозится в глубину тайги;
-для вывоза используется только средняя часть ствола дерева (6-8 метров), что обуславливается габаритами лесовозов и железнодорожных вагонов, а также требованиями покупателей, так как только эта часть максимально пригодна для дальнейшей обработки, а везти весь ствол дерева, даже распиленный на куски, крайне невыгодно, к тому же средняя часть дерева ценной породы хорошо маскируется, укладываясь в середине пакета перевозимой низкосортной древесины на лесовозах и железнодорожных платформах. В 2000-2001 гг. Хабаровской транспортной прокуратурой был расследован ряд уголовных дел в отношении коммерческих фирм, использующих этот типичный способ маскировки стволов ясеня, дуба и других пород деревьев на ж.д. платформах с целью сокрытия этой части груза от таможенного досмотра при попытках пересечения государственной границы и вывозе в Китай. Оставшаяся часть дерева оставляется на месте рубки, засоряя территорию, подвергаясь гниению и создавая экологическую опасность для леса.
-расчет с покупателями осуществляется наличными на месте рубки или по ходу транспортировки древесины к притрассовым железнодорожным складам;
-в среднем на одном гектаре леса производится вырубка до 100 стволов деревьев ценных пород диаметром 40 см. и более. Стоимость 1 кубического метра древесины может доходить до 100 долларов США и данное обстоятельство делают занятие незаконными вырубками весьма прибыльным делом. Специалистами лесоохраны считается, что потери государства от незаконных рубок в регионе сопоставимы с потерями от лесных пожаров;
-древесина в основном транспортируется к российско-китайской границе из районов Хабаровского и Приморского краев. Для транспортировки выработана определенная преступная технология, суть которой заключается в следующем. Транспортировка производится одним или несколькими лесовозами, в основном, в ночное время. Имеется машина сопровождения с мощной радиостанцией, способной связаться с крупными городами, где, как правило, группировка имеет адвокатов и консультантов, способных, при задержании этого груза сотрудниками милиции, незамедлительно выехать на место задержания и противодействовать этому. Имеют место многочисленные факты сопровождения лесовозов сотрудниками милиции, использующих свое служебное удостоверение для проезда через посты ГИБДД на дорогах.
-легально действующие предприятия, задействованные на заготовке древесины на законных основаниях, испытывают все большее давление со стороны группировок, старающихся либо организовать свое посредничество в реализации лесопродукции, либо поставить своих людей во главе таких предприятий. Усиливающееся влияние сопровождается заказными убийствами, подкупом и шантажом.
На приграничных пунктах пропуска с российской стороны китайскими фирмами организована деятельность по приемке и складированию леса для последующего его клеймения, погрузки в вагоны или лесовозы и отправки в Китай. Источники поступления леса на такие склады никем не проверяются и местные власти зачастую не придают значения этой стороне деятельности китайских фирм на своей территории. В этой связи сотрудники оперативных служб имеют вполне обоснованное мнение, что определенная часть чиновников администраций получает регулярную мзду от китайских фирм, обеспечивая свое покровительство и невмешательство.
В 2001 году Дальневосточное региональное управление по борьбе с организованной преступностью проводило специализированные оперативные мероприятия и установило, что в районе г. Бикин Хабаровского края граждане Китая организовали прижелезнодорожный склад по приему и скупке незаконно срубленной древесины. Через некоторое время древесина грузилась в железнодорожные вагоны и вывозилась в Китай. Склад функционировал под непосредственным контролем одной из преступных группировок. Проведенными мероприятиями отслежены поставщики леса из Хабаровского и Приморского краев, проведено процессуальное документирование незаконной деятельности и возбуждено уголовное дело. Однако, использовав коррумпированные связи в органах исполнительной власти, китайские граждане получили официальные документы о якобы законных закупках, и как результат, уголовное дело было прекращено.
Сотрудниками оперативных служб милиции отмечается, что группировками, действующими в сфере контрабанды леса за последние годы усложнен преступный механизм вывоза древесины за рубеж с целью усиления противодействия правоохранительным органам, а именно:
-используется способ, когда китайские фирмы организуют на российской территории предприятия с российскими гражданами в качестве учредителей, но финансовые средства являются китайскими. Ставка налогообложения на российское предприятие в этом случае гораздо ниже, нежели на подобное предприятие, но иностранное. Как правило, в качестве учредителей регистрируются лица без определенного места жительства или используются похищенные паспорта. При выявлении фактов незаконных рубок и проведения следственных действий, данное обстоятельство представляет определенную сложность, так как зарегистрированные учредители обладают минимумом информации, пригодной для расследования уголовного дела. Как пример, можно привести уголовное дело, расследуемое УВД Хабаровского края по факту незаконной вырубки и вывозу 241 куб. метров ясеня и 149 куб. метров древесины хвойных пород на общую сумму 960 тысяч рублей. В результате расследования выяснено, что рубками занималась коммерческая фирма, руководителями и учредителями которой являлись российские граждане, которые в различное время предоставили свои паспорта за небольшую плату незнакомым лицам. В дальнейшем, только комбинируя следственные и оперативно-розыскные мероприятия, удалось установить действительных организаторов преступной деятельности и предъявить им обвинение;
-на российской стороне границы похищенный лес распиливается на доски, брусья и другую длинномерную продукцию. В этом случае таможенные платежи значительно ниже, чем за вывоз круглого леса и в железнодорожный полувагон или платформу входит больший объем погружаемой древесины. Отходы в виде коры и опилок остаются на российской стороне, не используясь или утилизируясь;
-проводятся незаконные рубки деревьев ценных пород под прикрытиям наличия разрешения на рубку и заготовку кустарников, сухостоя и пород деревьев, не пользующихся широким спросом потребителя;
-нередко используется весьма изощренный способ незаконной добычи леса, когда специально устраиваются пожары на участках тайги, намеченной к вырубке. После пожаров фирма обращается за разрешением на рубку горельника, платя за полученные порубочные билеты незначительную сумму, которая значительно меньше той, которую пришлось бы платить за рубку здорового леса. Срубленный горельник ни в коей мере не теряет своих потребительских и товарных качеств, так как у деревьев обгорает только листва, хвоя и обугливается кора. Власти легко идут на выдачу таких разрешений, так как рубка горельника является одним из способов санитарной очистки леса;
Говоря о незаконном вывозе древесины в Китай, специалисты отмечают ряд вопросов, связанных со значительной трудностью во взаимодействии с правоохранительными органами КНР в получении информации в отношении китайских физических и юридических лиц. Китайская сторона крайне редко направляет ответы на направляемые российской прокуратурой международные следственные поручения или запросы российского Национального Бюро Интерпола. В подавляющем большинстве случаев Министерство общественной безопасности Китая или китайская прокуратура ограничивается ответами о том, что какого-то человека они найти не могут, так как таковой на территории Китая не значится или запрашиваемые документы юридического лица по определенной торговой сделке они прислать не могут, так как таких документов не существует. Как одно из средств установления более тесных связей между российскими и китайскими правоохранительными органами, в апреле 2002 года в Хабаровске было подписано соглашение о таком сотрудничестве между МВД России и Министерством общественной безопасности Китая, которое затрагивало вопросы обмена информацией о преступных связях между российскими и китайскими группировками, в том числе обмен процессуально значимой документацией. Однако работники прокуратуры и милиции скептически относятся к данному обстоятельству, считая что подписание названного соглашения имеет сугубо политическую окраску, связанную с дипломатическим упрочением российско-китайских отношений, а практическая польза для расследования преступлений, не только связанных с контрабандным вывозом природных ресурсов из России, будет невелика.
Говоря о связях преступных группировок Дальнего Востока России с другими странами мира, следует отметить, что ими активно используются морские порты Хабаровского и Приморского краев (п. Маго, Сов. Гавань, Находка) для складирования и вывоза леса морскими судами, в основном, в государства Азиатско-тихоокеанского региона. Преступные схемы сокрытия вывоза ценных пород древесины используются в основном те же, что и при вывозе железнодорожным транспортом (использование перевозочных документов на вывоз древесины малоценных пород, маскировка ценной древесины среди малоценной и пр.)
Для противодействия незаконным рубкам организуются специальные посты на дорогах с участием представителей лесоохраны, проверяющих документы на перевозимую древесину и фиксирующих данные о лесовозах и водителях. Однако водители лесовозов и сопровождающие лица игнорируют требования проверяющих и проезжают мимо, не останавливаясь. Для некоторого оздоровления обстановки специалисты высказывают пожелания об организации постов с участием сотрудников милиции, чьи требования были бы обязательными и законными.
В качестве одной из мер, предпринимаемых властями, является создание и функционирование специализированного отряда «Тигр» Министерства природопользования РФ, в чью обязанность входит пресечение правил природопользования, в том числе незаконная заготовка древесины. В Хабаровском крае этот отряд численностью всего лишь 8 человек обслуживает территорию площадью 78 миллионов квадратных километров, поэтому специалисты в области природоохраны считают, что деятельность такого отряда малоэффективна и носит сугубо демонстрационно - пропагандисткий характер.
Оценивая проблемы, связанные с контролем организованной преступности за заготовкой и вывозом древесины, специалисты контролирующих служб и правоохранительных органов считают, что в настоящее время на Дальнем Востоке не придается должного внимания растущей проблеме, в связи с чем федеральный и местные бюджеты терпят колоссальные финансовые потери, происходит наращивание и укрепление преступных связей как в пределах России, так и за ее пределами.
Оперативные и следственные материалы дают основания полагать и указывают на то, что незаконная вырубка леса является весьма прибыльным делом, приносящим огромные доходы, от которых криминалитету невозможно отказаться и имеется возможность продолжать ее продолжительное время, трансформируя внешнюю форму, т.е. перерегистрируя фирмы на разных лиц, чтобы избежать ответственности.
Исходя из притягательности данного вида незаконной деятельности для преступных группировок, специалисты считают, что следует разработать и принять целевую региональную Дальневосточную программу по защите леса от незаконных рубок и вывоза древесины, которая включала бы в себя законодательную и правоприменительную деятельность с целью ужесточения контроля и наказания не только в уголовном, но в административном порядке.
Не менее важен вопрос ужесточения контроля за вывозом леса из мест лесоразработок и при пересечении государственной границы. В этой связи большая роль за установлением такого контроля падает на оперативных сотрудников соответствующих правоохранительных органов и работников таможни. Хотя оперативными службами и ведется соответствующая работа по выявлению мест незаконных рубок, схемах вывоза и осуществляется сбор информации о лицах, организующих этот вид преступного промысла, однако сами практические работники признают ее крайнюю недостаточность. Легализация оперативных материалов также имеет определенные трудности, в основном связанные с противодействием чиновников различного ранга и различной ведомственной принадлежности, что приводит зачастую не только к невозможности направить уголовное дело в суд, но и просто к невозможности возбуждения дела.
В этой связи все больше специалистов склоняются к мысли, что наложение значительных штрафов на виновных в вырубках, конфискация лесовозов, перевозящих похищенный лес и другие меры, связанные с материальной ответственностью, имели бы гораздо больший эффект, чем многомесячное расследование по какому-либо уголовному делу. Конфискация без особых проволочек орудий и средств преступного промысла и самого леса позволила бы, во-первых, лишить преступную группировку источника своего финансирования и, во-вторых, обеспечить поступление средств, зачастую весьма значительных, в бюджеты всех уровней. Лишение источника финансирования, по мнению сотрудников подразделений по борьбе с организованной преступностью, является самым эффективным средством воздействия на группировку, приводящую ее к распаду и отказу продолжения преступной активности.
Для сокрытия преступных доходов группировками продолжительное время используется механизм открытия счетов в иностранных банках и накопления на них значительных средств, используемых не только для расширения своей деятельности, но и для перечисления на счета коррумпированных российских чиновников, в чьих услугах группировка нуждается для прикрытия своей деятельности. Выявление таких коррупционных фактов имеет значительные сложности, связанные с большим количеством бюрократических процедур по направлению запросов правоохранительными органами России и различными ограничениями, на которых имеет смысл остановиться несколько подробнее.
Получение оперативно значимой и процессуально значимой информации в рамках проверочных материалов, дел оперативного учета и уголовных дел, не только по материалам, связанным с преступлениями в лесной сфере, на настоящем этапе взаимодействия российских и зарубежных правоохранительных органов, может быть осуществлено несколькими путями:
- направление запроса в форме международного следственного поручения. Такой запрос возможно направить только по возбужденному уголовному делу и с запросом направляются копии необходимых документов, указывающих на причастность юридического или физического лица к преступной деятельности. Запрос направляется в Генеральную Прокуратуру России и позже поступает в правоохранительные органы искомой страны, где, исходя из особенностей законодательства, он исполняется в течение определенного времени и срок такого исполнения может быть от нескольких месяцев до года. За это время расследуемое уголовное дело может потерять свою судебную перспективу, так как утрачиваются многие доказательства, а преступная деятельность обычно прекращается, чтобы вновь возобновиться путем регистрации коммерческой фирмы под новым названием и с новыми подставными учредителями. При этом следует отметить, что для направления запроса необходимо возбудить уголовное дело, и весь парадокс заключается в том, что иногда для возбуждения уголовного дела как раз требуются материалы, которые возможно получить только от зарубежных правоохранительных органов. Зачастую такой замкнутый круг очень трудно разорвать и следователи иногда возбуждают уголовные дела на свой страх и риск, не имея на то достаточных оснований;
-направление запроса через отделение Интерпола, имеющееся в ряде УВД Российской Федерации. Отделение, в свою очередь, направляет запрос в российское Национальное Бюро Интерпола в Москву и через него запрос в конце - концов поступает в нужную страну. Однако использование возможностей Интерпола ограничено только такими мероприятиями, как розыск лица, поиски похищенного антиквариата, машин и т.д. Получение сведений о наличии счетов в зарубежных банках и движение средств по ним требует наличия международного следственного поручения, что крайне ограничивает эту форму международного сотрудничества правоохранительных органов;
-непосредственной сотрудничество в обмене оперативно-розыскной информацией между российскими органами и их зарубежными партнерами, что приносит наибольший эффект при получении значимых сведений. На территории Дальневосточного региона в пределах своей компетенции по противодействию организованным группировкам, имеющим международные связи, на протяжении ряда лет вопросами международного сотрудничества занималось Дальневосточное региональное управление по борьбе с организованной преступностью МВД России. Были установлены связи, развиваемые год от года, с различными правоохранительными органами США, такими как ФБР, ДЕА, иммиграционной службой и дипломатическими представительствами Соединенных Штатов на территории России, а также Национальным полицейским агентством Японии.
В результате такого сотрудничества имел место интенсивный обмен оперативно-розыскными материалами, позволившими использовать их для эффективной оперативной работы. Часть получаемых материалов использовалась непосредственно в уголовных делах, возбуждаемых не только по линии работы ДВ РУБОП, но и другими структурами, ведущими оперативную работу в отношении коррумпированных государственных чиновников, выявлении сокрытых доходов от налогообложения, незаконной утечки валютных средств за рубеж и т.д. Тем самым управление имело значительную информацию по различным направлениям международной деятельности и активности организованной преступности Дальневосточного региона.

2.3. Преступность граждан из стран СНГ в сфере компьютерных технологий

Предоставляемые сетью Internet перспективы и возможности преобразили многие законные формы деловой деятельности, сократив сроки, упростив процедуры заключения сделок и сократив расстояние между договаривающимися сторонами при одновременном увеличении целого ряда сопутствующих издержек. Но и незаконопослушные граждане также обнаружили, что Internet предоставляет новые возможности для ведения незаконной деятельности и многократно увеличивает ее прибыль. В последние годы в виртуальном пространстве все больше ощущается влияние незаконной деятельности граждан из стран СНГ на электронную коммерцию США. Подтверждением этого является предупреждение, опубликованное в марте 2001 года Национальной комиссией по защите инфраструктуры США (NIPC).
NIPС утверждает, что группы хакеров из Восточной Европы, в основном из России и Украины, взламывают компьютерные системы, связанные с электронной коммерцией и банковскими услугами и расположенные на территории США. Первоначально существовало около 20 различных уголовных дел, которые расследовали местные отделения ФБР и Секретной Службы США. Однако после того как стало ясно, что эти преступления совершены по одной схеме, все дела были объединены под контролем NIPC. Эти расследования проводятся совместными усилиями с правоохранительными органами России и Украины, а также частными компаниями.
В ходе расследований было установлено более 40 пострадавших компаний из 20 штатов. Представители NIPC полагают, что таких компаний значительно больше. NIPC хакерам удалось похитить более 1 млн. номеров кредитных карточек. Получив доступ к базам данных, хакеры связываются с ее руководством по телефону, факсу или электронной почте, сообщают о взломе и похищении информации, после чего требуют денег за защиту от других взломов. Если компания отказывается платить, хакеры угрожают опубликовать информацию о кредитных карточках и о «дырах» в компьютерной системе компании в Internet. По данным NIPC, хакеры продают номера кредитных карточек организованным преступным группам. В ряде случаев компании выполняли требования вымогателей: выплачивали деньги или принимали на работу в качестве консультантов по безопасности.
NIPC отмечает, что несмотря на неоднократные предупреждения, операторы некоторых компьютерных систем так и не устранили имеющиеся «дыры», хотя необходимое программное обеспечение бесплатно размещено на сайте корпорации Microsoft.
В предупреждении NIPC не называются ни компании, заплатившие выкуп, ни суммы их финансовых потерь. Однако один из представителей NIPC заявил, что ни одна группа хакеров из России или Украины не связана с организованной преступностью в США.
Однако не только граждане России и Украины настораживают США. В 1999 году BISNIS – служба деловой информации государств-членов СНГ Министерства торговли США, предупредил американские компании, занимающиеся онлайновой торговлей, о повышенной опасности при осуществлении сделок с гражданами республики Беларусь в связи с участившимися случаями мошенничеств. Эти данные подтверждает замначальника Управления СКМ МВД Белоруссии И. Черненко. По оценкам западных специалистов, более 50% виртуальных преступлений, совершаемых хакерами из СНГ, имеют «минский след».
Впервые ФБР столкнулось с кибервымогательством со стороны хакеров из бывшего СССР в декабре 1999 года. Тогда 19-летний российский хакер по кличке “Maxus” взломал базу данных онлайнового магазина CD Universe, посредством одной из «дыр» в использующемся на сайте магазина программном обеспечении, и похитил 300.000 номеров кредитных карточек клиентов. После отказа компании выплатить ему 100 тыс. долларов, хакер опубликовал 25.000 номеров кредитных карт в Internet.
В декабре 2000 года другой российский хакер похитил более 55.000 номеров кредитных карт у процессинговой компании Creditcards.com и опубликовал 25.000 из них в Internet, после того как компания отказалась выплатить ему 100 тыс. долларов.
В настоящее время расследование данных дел продолжается, однако ни один из хакеров так и не был арестован.
В 2000 году ФБР провело две результативные операции, позволившие пресечь деятельность вымогателей из Казахстана и России.
В августе в Лондоне были арестованы два гражданина Казахстана – Олег Зезов и Игорь Яримака по обвинению во взломе, незаконном проникновении в компьютерную систему известной американской службы финансовых новостей Bloomberg Manhattan, а также попытке вымогательства 200 000 долларов у ее основателя и главы - Майкла Блумберга. О. Зезов работал в алма-атинской компании Kazkommerts Securities, которая пользовалась услугами Open Bloomberg, информационной базы данных американской службы новостей.
Воспользовавшись своим клиентским доступом в компьютерную систему Bloomberg, Зезов проник в служебные базы данных компании и получил в свое распоряжение не только личный пароль доступа самого Блумберга и реквизиты его кредитных карт, пароли администраторов системы, но и конфиденциальные данные 90 тысяч пользователей информационных терминалов сети Bloomberg. После чего Зезов с помощью электронной почты связался с Майклом Блумбергом, представил все необходимые документальные доказательства компрометации защиты и потребовал у него 200 000 долларов в обмен на информацию о «дыре» в компьютерной системе компании. В противном случае Зезов пригрозил придать истории самую широкую огласку. Зезов потребовал, чтобы деньги были переведены на оффшорный счет в одном из банков Риги.
Уже на этом этапе казахская спецслужба вычислила шантажиста. Но Блумберг предпочел обратиться в ФБР. Так началась длившаяся пять месяцев операция по установлению вымогателя, непосредственную помощь в которой оказали правоохранительные органы Казахстана. По совету ФБР Блумберг действительно перевел 200 тысяч долларов, но не в Ригу, а в Лондон, на счет, открытый в Deutsche Bank. Зезов получил возможность убедиться, что деньги переведены, но снять их он не мог, поскольку Блумберг потребовал личной встречи в Лондоне. Из 200 тысяч в Deutsche Bank Зезову было выдано 7 500 на то, чтобы прилететь в Лондон и разместиться в отеле "Хилтон".
В Англию тот прибыл со своим партнером, бывшим работником казахской прокуратуры Игорем Яримакой. 10 августа в "Хилтон" прибыл лично Майкл Блумберг в сопровождении "помощника" и "переводчика", которые были представителями лондонской полиции. Как только казахские гости лично подтвердили, кто они и зачем прибыли, полиция их арестовала. Юридически образованный Яримака попытался опротестовать действия полиции, настаивая, что он и Зезов не совершили никакого преступления, а лишь пытались "получить плату за демонстрацию уязвимостей компьютерной системы Bloomberg".
В мае 2002 года Олег Зезов и Игорь Яримака были экстрадированы в США. В случае признания их виновными им грозит до 23 лет тюремного заключения и штраф в размере 250 000 долларов. В процессе освещения прессой этой истории так и осталось неясным, удалось ли компании Bloomberg самостоятельно найти и «залатать дыры» в защите. Тем не менее, официальный представитель компании категорически заверил, что "данные клиентов ни в коем случае не подвержены опасности".
В октябре 2001 года на заседании окружного суда штата Вашингтон российский хакер Василий Горшков был признан виновным в компьютерных преступлениях, сговоре и мошенничестве по всем 20 выдвинутым пунктам обвинения.
Вынесение приговора было намечено на 4 января 2002 года. По каждому из пунктов преступнику грозило до 5 лет тюрьмы, что по сумме может вылиться в 100 лет заключения.
26-летний Василий Горшков и 20-летний Алексей Иванов были арестованы ФБР в ноябре 2000 года в Сиэтле. Они обвинялись в незаконном проникновении в корпоративные компьютерные сети банков, интернет-провайдеров и других компаний, похищении конфиденциальной информации и шантаже. По данным предварительного следствия, Иванов и Горшков вместе с группой неустановленных сообщников взломали компьютерные системы около 40 компаний из 10 штатов. В процессе следствия вскрылись и другие их преступления - такие, как кражи номеров кредитных карт, в частности, из базы данных системы денежных переводов Western Union в сентябре 2001 года.
Хакеры сканировали Сеть и совершали взломы, используя дыры в системах защиты корпоративных сетей на базе Windows NT с помощью двух компьютеров, расположенных в Челябинске. Для того чтобы обезвредить преступников, ФБР организовало подставную фирму Invita, и от ее имени предложило россиянам взломать корпоративную систему безопасности. Иванов с успехом взломал систему, после чего ему было предложено трудоустройство в качестве консультанта по компьютерной безопасности.
Прибывших в Сиэтл Иванова и Горшкова агенты ФБР попросили продемонстрировать свои способности, т. е. взломать некую компьютерную систему. Россияне успешно ее взломали, после чего были арестованы. Во время демонстрационного взлома хакеры входили в компьютеры, размещенные на территории РФ. В целях обеспечения доказательственной базы агенты ФБР установили на предоставленных хакерам компьютерах программу, фиксировавшую все произведенные действия, с помощью которой агенты узнали пароли, и сами получили доступ к компьютерам россиян и их «аккаунтам» (цифровым персональным адресам – ред.) в Интернете. Дистанционно исследовав эти компьютеры, ФБР получило необходимые доказательства расследуемых преступлений, а также обнаружило следы новых.
После того, как информация была сохранена на компьютерах ФБР, его представители получили ордер на обыск и просмотрели имеющуюся информацию. Таким образом, в руках у ФБР оказались улики, полученные незаконным путем. Адвокат Горшкова утверждал, что подобные действия ФБР могло осуществлять либо с согласия его клиента, либо на основании ордера на обыск. На что ФБР заявило, что, если бы планы Бюро вышли на поверхность, данные на компьютерах были бы немедленно уничтожены.
Адвокаты пытались опротестовать доказательства, как полученные незаконным путем, так как несанкционированное проникновение в чужой компьютер противоречит российскому законодательству и Четвертой поправке американской конституции о защите частной жизни. Однако в мае 2001 года окружной судья Джон Когнур апелляцию отверг, аргументируя это тем, что американские законы не распространяются на граждан России и на компьютеры, расположенные в России. Суд признал действия ФБР правомочными, поскольку российские законы на территории США не действуют и не распространяются на действия агентов ФБР, а компьютер, подключенный к Сети, вообще нельзя считать объектом, который охраняется законом о защите частной жизни.
Калифорнийский юрист Томас Мэннинг считает, что это дело создает весьма важный прецедент, который позволит в будущем сотрудникам правоохранительных ведомств использовать хакерский инструментарий для сбора информации о преступных действиях взломщиков.

Американские юристы полагают, что, несмотря на множество обвинений, Горшков проведет в тюрьме не более 5-6 лет. Сообщник Горшкова, Алексей Иванов, сейчас ожидает суда в тюрьме штата Коннектикут.
В настоящее время ФБР США расследует действия группы российских хакеров, скрывающихся под псевдонимом "Zilterio". Хакеры длительное время занимаются тем, что взламывают сайты американских компаний, похищают важные данные и затем угрожают раскрыть информацию, если на их счет не будет переведена соответствующая важности украденных данных сумма.
ФБР не предоставило никакой информации по проводящемуся расследованию. Письма с угрозами от Zilterio получили сотни тысяч американских пользователей. В сообщениях приводилась личная информация о пользователе, его имя, адрес и номера кредитных карт, а также имя сайта, с которого были получены эти данные. Далее Zilterio обвинял компанию-владельца сайта в том, что она не заботится о своих клиентах, а "ей нужны только ваши деньги".
Впоследствии хакеры требовали перевести на их счет небольшую сумму, для того чтобы личная информация пользователя осталась в тайне. Целью шантажистов являются и крупные компании: четырем из них был "предъявлен счет" на 100 тысяч долларов. Ни одна компания требуемой суммы не заплатила.
Осенью 2001 года компания Webcertificate подверглась взлому, после чего письма "от Zilterio" были отправлены 350 тысячам ее клиентов. Позже аналогичные угрозы посыпались на пользователей TheNerds.net, LinkLine, Fahnestock и многих других. По заявлению Zilterio, хакеры украли информацию у 15 компаний, из которых девять выплатили деньги. За 2001 год хакеры получили около 120 тысяч долларов от разных компаний.
По заявлению Zilterio, они выявляют уязвимые сайты, сообщают их владельцам об этом, предлагая помощь в разрешении проблем с безопасностью", - говорится на сайте хакеров Zilterio.org, который в настоящее время удален. По некоторым данным, сайт был зарегистрирован на мистера Zilterio, проживающего в Нью-Йорке. Zilterio также сообщил, что шантаж пока не приносит больших доходов, больше всего денег хакеры зарабатывают на краже номеров кредитных карточек.
Zilterio утверждает, что он является представителем 8 русских хакеров. Трое из них живут в Москве, остальные - в других регионах России. ФБР пыталось поймать Zilterio и его партнеров, но безуспешно. Оно даже не удосужилось отследить наши банковские транзакции", - добавил Zilterio.
Марк Бернетт, ведущий независимое расследование "по заказу одной крупной финансовой компании", заявил, что ФБР, действительно, не слишком активно расследует дело о русских хакерах. Сам Бернетт, по его словам, обнаружил провайдера в Украине, с помощью которого хакеры получали доступ в сеть. Детектив передал всю информацию ФБР, но "они так ничего и не сделали".
Между тем, Zilterio утверждает, что у него есть информация о Home National Bank. Fahnestock – это компания, работающая с ценными бумагами, и имеющая несколько десятков отделений по всей территоррии США. На сайте компании хранится свыше 500 Мб личной информации о более чем 25-ти тысячах американцев и американских компаний.

1. Мошенничества

Десятки тысяч номеров украденных кредитных карт предлагаются для продажи каждую неделю в интернете на немногочисленных кибер-рынках, доступ к которым имеют только зарегистрированные пользователи. Управляют этими рынками резиденты стран бывшего СССР, которые являются ведущими участниками при воровстве кредитных карт и идентификационных номеров. Рынки, где стоимость кредитных карт колеблется в соответствии со спросом и предложением, как на "черном" фондовом рынке, открывают возможности для преступности, которая наносит ущерб финансовой системе в объеме свыше $1 млрд ежегодно.
Они также показывают, насколько легко украсть и продать персональную информацию во времена компьютерного века. Цены на карты колеблются от 0.4$ до 5$ за штуку, в зависимости от предоставляемой информации. Обычно карты продают большими партиями, по цене от $100 за 250 штук до $1000 за 5 тыс. карточек, при этом продавцы предоставляют гарантии возможность использования кредитных карт.
По данным экспертов, география покупателей включает весь мир, но наиболее широко представлены страны бывшего СССР, Восточной Европы, Азии и особенно Малайзия. Покупатели используют карты в различных видах мошенничества, включая приобретение товаров через интернет или снятие наличности со счетов.
Эксперты отмечают, что люди, проживающие в странах бывшего Советского Союза, в частности, в России и на Украине, обычно приобретают номера кредитных карты у хакеров, которые получают к ним доступ, взламывая компьютерные системы онлайн-магазинов.
“Это все происходит из-за отсутствия полной безопасности подобных серверов”, - отмечает Ричард Пауэр, директор Computer Security Institute. Вообще говоря, убытки от онлайн-сделок сильно превышают убытки от оффлайновых сделок (0.25% против 0.09% для VISA и 0.25% против 0.08% для MasterCard). В любом случае, сами владельцы карт не подвергаются издержкам, связанных с мошенничеством, поскольку их вины в потере денег практически нет, и убытки несут владельцы различных торговых точек. Ричард Пауэр заявил: "Убытки от мошенников измеряются в 9-значных цифрах".
Специализированных сайтов, которые стали прибежищем мошенников не так много, но на многих из них количество зарегистрированных пользователей превышает 2000. Администраторы таких сайтов вынуждены достаточно часто менять их адреса, чтобы избежать юридических проблем. Даже если на них и можно отследить совершаемые сделки, то выявить самих мошенников очень трудно. Они в основном используют вымышленные имена и практически всегда используют защищенные методы передачи данных.
5 ноября 1999 года вступил в силу приговор Головинского межмуниципального суда Москвы в отношении Ильи Гофмана. Студент Московской консерватории Илья Гофман, студенты Московского института потребительской кооперации Артем Фидельман и Владимир Вознесенский, а также студент Московского государственного института электронной техники Иван Демидов были задержаны 8 сентября 1998 года, а затем были признаны виновными по ст. 159 ч. 3 УК РФ ("мошенничество в крупном размере, совершенное организованной группой").
Илья Гофман в 1998 году вместе со своими виртуальными знакомыми организовал аферу, в результате которой участники получили около 100 тысяч долларов (большую часть, впрочем, они не успели обналичить). Суть аферы состояла в следующем: хакер в свое время взломал некий канадский виртуальный магазин, в результате чего имел доступ к его базам данных. Покупатели совершали в магазине покупку, оплачивали ее кредитной картой, номер карты становился известен хакеру. Зная номер карты, хакер переводил с нее деньги за покупку еще раз, затем от имени магазина якобы возвращал их на кредитную карту - но уже не покупателю, а на совершенно другие, указанные им самим счета.
После задержания Фидельман, Вознесенский и Демидов были отпущены под подписку о невыезде, Гофман же на протяжении десяти месяцев содержался под стражей.
Суд приговорил Гофмана и остальных обвиняемых к пяти годам лишения свободы условно. Как сообщает РИА "Новости", приговор был вынесен с учетом личности подсудимого, состояния его здоровья и того обстоятельства, что Гофман раскаялся.
В ноябре 1998 года Нагатинский межмуниципальный суд г. Москвы приговорил студента РГГУ Павла Шейко к пяти годам лишения свободы условно. В октябре 1997 г. Павел похитил из американских виртуальных магазинов года с помощью компьютерной сети Интернет товаров на сумму более 11 тысяч долларов. Используя программу генерации номеров кредитных карточек, он заказал в одной из фирм несколько партий модулей памяти для компьютеров, расплатившись деньгами с несуществующей кредитки. Шейко успел получить две посылки. В начале 1998 года представители виртуального магазина, которым так и не удалось обнаружить следы предназначавшихся им денег, обратились в платежную систему Visa, а те в свою очередь вышли на связь с созданным в начале года отделом УЭП по борьбе с преступлениями в компьютерной сфере. После чего хакера задержали.
Российский иммигрант Дмитрий Синильников, проживающий в США, был арестован 24 мая по обвинению во взломе компьютерных систем с целью получения номеров кредитных карт и других конфиденциальных данных. Информация об аресте хакера была опубликована только 25 июня. 48-летний Синильников был арестован в здании колледжа Пасадены, штат Калифорния, и отправлен в тюрьму.
Полиция начала розыск Синильникова, подозревая его в преднамеренной установке шпионского программного обеспечения на компьютеры учебного заведения. Троянская программа, которая отслеживала ввод с клавиатуры, была установлена русским хакером, скорее всего, для сбора паролей и номеров кредитных карт.
Пока Синильникову не предъявлено обвинение, однако, есть подозрение, что русский иммигрант занимался слежкой за пользователями компьютеров в Калифорнийском технологическом институте. Дмитрий был пойман с поличным во время установки шпионской программы на компьютер: его действия были зафиксированы с помощью программ слежения за действиями пользователя.
Как сообщили в полиции, попытка установки «трояна» на компьютеры Калифорнийского института не увенчалась успехом, но была зафиксирована службой безопасности учебного заведения. Не достигнув желаемого, Снильников покинул институт и отправился в колледж Пасадены, где и был пойман
В июне 2000 года Федеральная комиссия по ценным бумагам и биржевым операциям США подала иск в окружной суд штата Массачусетс против устроителей виртуальной биржи «Stock Generation Ltd.», в организации которой подозревают небезызвестных братьев Мавроди. Данная биржа была зарегистрирована на о. Доминика на имя двоюродной сестры С.Мавроди - О. Павлюченко. В иске Stockgeneration названа "классической финансовой пирамидой.
Данная биржа предлагала принять участие в торгах всем желающим. После регистрации на сайте, пользователь переводил в компанию деньги (от 50 долларов) и начинал покупать и продавать акции несуществующих компаний. Всего на сайте торговали акциями 11 компаний. Курс восьми из них формировался по результатам торгов. Акции девятой компании давали постоянный доход 10% в месяц (215% в год). Акции десятой компании стабильно росли на 50%, а одиннадцатой – на 100% в месяц. Акции девятой и десятой компании относились к «группе большого риска», цена их менялась дважды в неделю и могла, как взлететь в 2-3 раза, так и упасть. Для акций десятой копании предел падения был ограничен 50% от стоимости номинала, а цена акций одиннадцатой компании могла вести себя как угодно.
В марте 2000 г. биржа стала устраивать дефолты по «рисковым» акциям, возвращая их стоимость к номиналу. В июне 2000 года цена всех акций упала до 0, а в августе того же года сайт «Stock Generation Ltd.» перестал функционировать. По некоторым данным, в игре на бирже с апреля 1999 г. по август 2000 г. принимало участие более 200 тыс. человек, которые были обмануты на общую сумму 70 млн. долларов. Как показало расследование, все деньги, поступавшие в "StockGeneration", уходили по маршруту Доминиканская Республика - Белиз- Кипр - Эстония. В эстонских банках деньги обналичивали и увозили.
Окружной суд штата Массачусетс постановил заморозить все счета и авуары компании до окончания судебного разбирательства. Оксана Павлюченко разыскивается властями штата Массачусетс (США) и Интерполом.
К сведению, в июле 1999 года Конгресс США полностью запретил игры в Internet. Сейчас владельцу американского игрового сайта грозит пять лет тюрьмы и 20 тыс. долларов штрафа, а игрокам – шесть месяцев тюрьмы и 2,5 тыс. долларов штрафа. Однако эти меры не помогают. Сегодня в Internet работает около 400 виртуальных казино. По данным Минюста США ежегодный оборот игровых сайтов составляет около 2 млрд. долларов, а число постоянных игроков превышает 5 млн. человек .
В июне 2002 года Окружной суд штата Джорджия обвинил 17-летнего жителя Иркутска Александра Хамидулина в мошенничестве с помощью сети Internet и запретил ему деятельность на американской территории. В конце мая Федеральная комиссия по ценным бумагам и биржевым операциям США (SEC) обратилась в ФКЦБ России с запросом об оказании содействия в расследовании деятельности компании Gold-Ventures Club.
Через свой сайт компания активно рассылала рекламные сообщения, обещая, что за сделанный на ее счет взнос от 250-5000 долларов США вкладчики будут удваивать вложенные средства каждые две недели. Кроме того, им обещались бонусы за каждого нового клиента. В скором времени у компании набралось около 900 вкладчиков. Представители SEC решили, что имеют дело с мошенничеством. Затем они установили, что компанию и сайт создал А. Хамидулин. После чего SEC подали иск в суд с требованием заморозить счета Хамидулина, обязать его предоставить бухгалтерскую отчетность и прекратить мошенническую деятельность. При этом чиновники SEC указывают, что до сих пор компании удавалось связываться с А. Хамидулиным только посредством Интернета, однако с недавних пор доступ на сайт "Golden-Ventures" закрыт паролем.
По словам Хамидулина, речь идет о кредитной карточке PayCash, которой можно пользоваться без пин-кода. Данные такой кредитки можно использовать и для регистрации за границей компании, и получения через нее прибыли. После регистрации компании процесс получения незаконных доходов становится анонимным. По словам представителя ФКЦБ, все это нарушает законодательство США, а не России, где такие действия ненаказуемы .
Два 23-летних эмигранта из России, Стив Шкловский и Ян Шток, приговорены американским окружным судом к 27 месяцам тюремного заключения и штрафу в 104 тыс. долл. за крупномасштабное мошенничество, совершенное с применением электронной почты. Четыре российских эмигранта в декабре 1999 года признали себя виновными в сетевом мошенничестве. Находчивые молодые люди разослали 50 миллионов электронных писем, обманом выманив деньги у массы людей, ищущих работу и поставив под угрозу работу нескольких крупных Интернет-провайдеров.
По соглашению с обвинителями ответчики должны разъяснить пострадавшим компаниям, как работала использованная ими схема. Как сообщил помощник прокурора Кристофер Джонсон, представители всех пострадавших компаний жаждут поговорить с виновными.
Схема действий ответчиков подробно описана в судебных документах. Студенты колледжа Стив Шкловский, Ян Шток и Тимур Сафранский открыли ряд компаний и наняли Вадима Верника в качестве "зиц-председателя". Верник от имени компаний открывал счета в банке и регистрировал электронные адреса. 14 сентября ответчики разослали спам в количестве более 50 миллионов сообщений. В сообщениях ищущим работу предлагалось заплатить по 35 долларов за возможность работать дома.
Сначала мошенники планировали организовать вполне легитимное дело. Однако они отказались от этого плана, когда начали приходить деньги. В общей сложности, им послали чеки минимум 5 тысяч человек. С помощью разработанной в сентябре 1999 г. схемы мошенники обманом получили более 250.000 долларов, а также нанесли ущерб многим Интернет-провайдерам, включая AOL, AT&T, Mindspring и Mountain Communications: пользователи забросали их жалобами на спаммеров, а их системы были перегружены до предела.
Мошенники разослали с несуществующего адреса в домене, принадлежащем оператору Mountain Telecom, свыше 50 млн. сообщений, предлагавших получателю заплатить 35 долл. за информацию о прибыльной надомной работе. Более 12 тысяч американцев восприняли предложение серьезно и отправили мошенникам свои деньги. Mountain Telecom получила свыше 100 тыс. жалоб на «спам». Большая часть штрафа пойдет на возмещение ущерба, нанесенного оператору, а остаток - жертвам мошенничества, которых удалось идентифицировать.
Применение новых технологий значительно облегчило мошенникам их задачу: если бы они попытались сделать то же самое при помощи обычной почты, им понадобилось бы затратить 16,5 млн. долл. только на почтовые расходы .

Страница: 1 2 3 4