Hotline


Социо-криминологические и правовые подходы к оценке деятельности организованных группировок криминальной направленности и меры борьбы с ними. 2003г.

 Версия для печати

 

book_5.rar (0 байт)  

ГЛАВА 4

УГОЛОВНО-ПРАВОВОЙ АНАЛИЗ ОРГАНИЗОВАННЫХ ГРУППИРОВОК И ИХ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ, А ТАКЖЕ ОРГАНИЗОВАННОГО УПРАВЛЕНИЯ ИМИ КРИМИНАЛЬНОЙ НАПРАВЛЕННОСТИ

4.1. Уголовно-правовой анализ организованных группировок криминальной направленности

На основе приведенного анализа института соучастия в отечественном уголовном праве видно, что многочисленными авторами делается вывод о возможности использования этого института для эффективной борьбы уголовно-правовыми мерами с ОП. Существующая практика этой борьбы вызывает сомнения в таком утверждении.
Современная научная мысль в социальных науках далеко продвинулась в своих познаниях о человеке и обществе, общностях и ассоциациях. Институт соучастия, на наш взгляд, недостаточно учитывает современные познания о коллективных образованиях, организационных формах поведения человека в них и особенностях функционирования организаций. Естественно, что традиционные представления об институте соучастия в уголовном праве должно быть расширено с учетом новейших достижений в криминологии и социологии. Методологической основой рассмотрения организованного коллективного поведения является системный подход и другие методологические подходы и методы, подробно изложенные нами выше.
Современное общество претерпевает серьезные изменения. Его предназначение к процессу воспроизводства, существования, развития человека и его различных объединений без должной их организации не осуществимо. В связи с этим всевозможные организованные социальные системы становятся практически единственными источниками воспроизводства, существования и развития человека. Это требует еще большей организации и самоорганизации как самого человека и его объединений, так и общества и общественных процессов. Современное общество характеризуется усложнением его структуры, в которой роль группы, организации, управления ими пронизывает все сферы общественной жизни, всей жизнедеятельности человека, любого типа его поведения, в том числе криминального.
Организация общества и общественных процессов коснулась и преступности. В ней возникло такое свойство как организованность. Проявление организованности в преступности привел к феномену ОП. Это реакция преступности на организацию и самоорганизацию человека в современном мире. Институт соучастия оказался не подготовленным в достаточной мере к изменениям в преступности, появлению новых форм организовывания преступников и их деятельности. Возникает вопрос, насколько институт соучастия применим к современным организационным формам преступной деятельности, введенным нами понятиям: ОГКН, ОДКН и ОУКН?
Прежде чем перейти непосредственно к такому вопросу о соучастии, в сжатой форме обратимся к некоторым фундаментальным понятиям в социологии об обществе, социальной группе, социальной организации и другим категориям и понятиям.
Общество представляет собой сложное, многогранное целостное явление со своей структурой, состоящее из социальных явлений и процессов. Благодаря своей структуре оно качественно отличается от произвольного, хаотичного скопления людей. Общество как структурированная система становится устойчивым и стабильным. С упорядочением общества социальные явления и процессы в нем становятся самостоятельными социальными системами, ее структурными элементами. Социальная система более широкое понятие, чем социальная структура. Если социальная система – это способ организации взаимодействия между собой ее элементов и обществом в целом, то социальная структура – совокупность относительно устойчивых элементов системы и их связей, образующая механизм обеспечения стабильности и функционирования социальной системы.
В социологии под обществом как социальной системой понимается большая упорядоченная совокупность социальных явлений и процессов, более или менее тесно взаимосвязанных и взаимодействующих друг с другом и образующих единое целое .
Важнейшими структурными элементами современного общества становятся социальные группы, социальные общности, социальные организации. В социологии понятие социальной группы имеет несколько значений: от человечества и общества в целом до немногочисленной группы людей, осуществляющих совместную деятельность.
Социальная группа – это совокупность людей, имеющих общий социальный признак и выполняющих социально необходимую функцию в общей структуре общественного разделения труда и деятельности .
В этом плане под понятие «социальная группа» подпадает и социальная общность, как многочисленное объединение людей, и собственно социальная группа с меньшим числом людей (сами социальные группы могут быть большими и малыми). В таком понимании под такие объединения подпадают и общественный класс, и нация, и семья. Поэтому социальная группа и социальная общность помимо количественного признака различаются в социологии и по качественным параметрам. Социальные группы отличаются от простого скопления людей большей устойчивостью и стабильностью, сравнительно высокой степенью однородности и сплоченности, а также вхождением в более широкие социальные объединения в качестве структурных единиц. Для социальных общностей подобно толпе, скоплению и т.п. характерны бесструктурность, организационная аморфность, неустойчивость, недостаточная определенность границ и расплывчатость состава; неспособность выступать в качестве структурных элементов более широких социальных систем. Отсюда видно, что не всякое объединение людей создает социальную группу как структурный элемент общества и общностей. По типу общественной связи социальная группа предстает первичной ячейкой социальной организации, как более высокоорганизованной формой объединения людей.
В основе человеческого объединения лежит объективный фактор - необходимость совместных действий для удовлетворения его насущных потребностей. В наиболее важных областях человеческой деятельности социальные объединения становятся внутренне организованными: появляется разделение труда, ставится общая цель, разрабатываются пути ее достижения, появляется властное воздействие управляющего органа, с помощью которого обеспечивается целенаправленность действий, функциональное единство. К субъективным обстоятельствам относится желание совместно участвовать в общем процессе и добровольно исполнять свои роли.
Эти обстоятельства присущи так называемым малым группам. Из всего множества признаков малой группы в социальной психологии выделяют две группы: социологические и психологические. К обязательным социологическим признакам социальной группы подобного типа относятся: взаимодействие друг с другом не менее двух человек; каждое лицо влияет и подвергается влиянию каждого другого лица; некоторая продолжительность существования; наличие общей цели и зачаточной групповой структуры. К обязательному психологическому признаку такой группы относится осознание входящих в нее индивидами себя как «мы» или своего членства в группе и осознание ее существования другими лицами, находящимися вне группы.
С точки зрения социологии и социальной психологии интересно решается вопрос о количественных параметрах малой группы. В социальной психологии принято говорить о нижнем и верхнем количественных пределах группы. В уголовном же праве подавляющее большинство ученых, рассматривая вопросы соучастия, считают, что группа начинается с объединения не менее двух человек. Возможно, для института соучастия это и есть нижний количественный предел. Но по признанию социологов и социальных психологов (Андреева Г.М. и др.) группа из двух человек (диада) не отражает весь комплекс взаимоотношений в малой группе . В диаде фиксируется лишь самая простейшая, генетически первичная форма общения – чисто эмоциональный контакт. Диада не может рассматриваться как подлинный субъект деятельности, поскольку в ней практически невозможно вычленить тот или иной тип общения, который опосредован совместной деятельностью: в диаде в принципе неразрешим межличностный конфликт, возникший по поводу деятельности. Только присутствие третьего лица создает новую позицию – наблюдателя, который своей деятельностью может разрешить этот конфликт. Возникает уже не межличностное отношение, а «деятельное» начало. Третий человек, будучи не участник конфликта, может совершать действия, направленные на разрешение конфликта. Появляется новый вид человеческой деятельности в общественном разделении труда – управленческая деятельность. Для ОП управленческая деятельность становится самостоятельным существенным признаком. Это значит, что в ОП нижний количественный предел групповой деятельности должен фигурировать не менее трех человек.
Верхний количественный предел малой группы определяется оптимумом управляемости группой, т.е. объемом группы являющегося оптимальным для успешного руководства ею. Иными словами верхний предел группы определяется в каждом конкретном случае, исходя из реальных потребностей той или иной социальной системы, социальной организации. В ОП верхний количественный предел определяется организационной структурой конкретной ОГКН.
Как уже отмечалось, отличительной чертой ОП от неорганизованной преступности является ее организованный характер, который проявляется в организации коллективных образований, совместной деятельности и управления. Следует подчеркнуть, что в организации социальные связи между людьми приобретают характер организационных, безличностных отношений. Поэтому в уголовном праве помимо института соучастия необходимо введение института организованности, раскрывающий особый, организационный характер и способ взаимодействия людей, управляющие методы воздействия на них, а в Общей части УК – специальных статей, устанавливающих дефиниции различных форм и уровней организованных преступных формирований, организованной преступной деятельности и организованного преступного управления. Тогда многие проблемы, которые связаны с уголовно-правовыми дефинициями для ОП будут решены. В частности, решится вопрос об основаниях уголовной ответственности коллективных образований, в том числе юридических лиц (по примеру зарубежных стран – КНР, Голландии и др.). Вопрос об установлении уголовной ответственности юридического лица как субъекта преступления уже все чаще ставится в диссертационных исследованиях . Попытки же применить к ОП только институт соучастия обрекает на провал всякую борьбу с ней.
Повышение эффективности борьбы с ОП уголовно-правовыми мерами не возможно без учета достижений социологических наук и научных теорий, которые дают нам научное представление о социальных группах и других социальных образованиях, поведении в них человека и самих этих образований, механизм взаимодействия в них людей, занимающих разные социальные позиции и исполняющих разные социальные роли. Познание особенностей поведения людей в различных типах социальных объединений позволяет нам определиться с границами применения института соучастия и необходимости введения нового института для оценки не просто преступного поведения физических лиц, а организационного поведения таких лиц в преступных организациях и иных образованиях, а также организационного поведения самих коллективных образований и их ответственности.
По нашему убеждению, институт соучастия в законодательном варианте применим только к группе лиц без предварительного сговора и группе лиц по предварительному сговору, а для ОГКН он не приемлем. Правда с социологических позиций выделение группы без предварительного сговора и группы с предварительным сговором вызывает сомнения. Но эта вопрос отдельного исследования. Нас же интересуют группы преступников по степени их организованности. Исходя из признака организованности, мы выделяем организованные и неорганизованные социальные образования. К последнему виду мы относим перечисленные выше группы.
Применительно к нашему вопросу мы будем использовать те социологические представления о различных категориях социальных образований, которые наиболее полно отвечают цели нашего исследования: показать, что в ОП существуют особый способ взаимодействия людей, чем в неорганизованной преступности. Для этого нами использовался организационно-управленческий подход, в основу которого положены разрабатываемые в социологии представления о социальной организации и управленческой деятельности.
В простой малой группе социальные связи основываются на личностных отношениях, т.е. связях между самими личностями (людьми) на основе эмоциональных предпочтений, либо вследствие предписаний социальной структуры. Это могут быть семейные, родственные, дружественные, досуговые, профессиональные, политические и т.п. группы. В основе многообразия классификации видов таких небольших объединений людей могут лежать различные основания, например, способ взаимодействия в какой-то совместной деятельности. К примеру, в уголовном праве такой способ взаимодействия как совершение преступления группой людей образует специфическую социальную группу – преступную группу. Для уголовного права, как и для криминологии, важно исследование группы не как множество людей, собравшихся вместе по какому-либо поводу, а как такое множество, в котором люди общаются между собой в связи с какой-то деятельностью, а именно преступной деятельностью. В современном обществе преступная деятельность как разновидность социальной деятельности также усложняется. Это требует применения организационных форм преступных действий и преступной деятельности.
Организационно-управленческий подход позволяет рассматривать ОГКН с позиций социальной организации. Не всякое множество индивидов может рассматриваться группой в социальном ее значении, т.е. с позиций ее места в обществе, общественного разделения труда. Толпа или скопление людей, случайно оказавшихся вместе, не является ни группой, ни организацией, до тех пор, пока она не начала сообща действовать по общей договоренности либо специально не организована для какой-то деятельности. В первом случае можем говорить о групповом действии индивидов, а втором – об организованной группе. Поэтому в группе всегда существует договоренность о совместных действиях. Отсюда группы без предварительного сговора не существует. Это будет множество людей, которые не находятся в общении между собой. Деятельность толпы может быть соответствующим образом организована, в результате чего можем получить то, что в уголовном праве квалифицируется, например, организацией массовых беспорядков. Социальная практика давно использует толпу для всевозможных актов протеста, в том числе проведения беспорядков, погромов и иных форм преступных проявлений. Но большую общественную опасность представляют те из них, которые проходят организованно, с сознательным управлением ее действий. Можно ли применить институт соучастия тогда, когда индивиды в толпе действуют не организованно, стихийно, под воздействием эмоций, т.е. неосознанно по отношению к совместности умышленного участия в совершении умышленного преступления? Нет, конечно. Однако на практике это делается. Не потому ли такой состав преступления как «Организация массовых беспорядков» (ст. 212 УК РФ), также как и другие подобные составы преступлений (удивительным исключением в последние несколько лет стали ст. ст. 209 – бандитизм и 210 – организация преступного сообщества (преступной организации), когда статистические показатели по ним стали расти в геометрической прогрессии), в уголовной статистике всегда отражены единичными фактами.
Естественно возникает вопрос: всякая ли социальная группа, даже если она является системой, будет организацией; любое ли воздействие в группе является организованным, тем более – управлением; что нужно выделить в ней такого существенного, чтобы отнести группу (а не собрание людей в виде толпы) к организованной преступности и включать в уголовную статистику действительно факты организованного проявления преступности, а не их подобие?
В новом научном направлении социология организации социальная организация рассматривается как целевая социальная группа с централизованным управлением. В социальной организации социальные отношения – это отношения между социальными статусами и социальными ролями, а не между людьми с позиций статуса и роли, которую личность выполняет в организации. Статус определяет место индивида в системе социальных связей, а роль – совокупность действий, которые необходимо выполнить индивиду в соответствии с занимаемым им социальным статусом.
Поэтому, когда в уголовном праве говорят о различных формах соучастия, называя среди них сложное соучастие с распределением ролей, то речь может идти как о не организованной преступной группе, так и об организованной преступной группе. Для того, чтобы подчеркнуть не организованный характер объединения преступников, правомерно употребление термина «группа с предварительным сговором», в котором возможно различное исполнение ролей. Это позволяет выделить виды соучастников: организаторов, исполнителей, пособников, подстрекателей и установить их дифференцированную ответственность. Но такая преступная группа даже с распределением ролей представляет собой меньшую общественную опасность по сравнению с организованной преступной группой. Системный анализ позволяет отграничить организованную группу от других видов групп, групповую деятельность от организованной деятельности, простое воздействие от управления и т.п. Общественная опасность ОП не только в наличии элементов организованности в ней, но и в образовании ее как системы.
В литературе давно обращено внимание на необходимость выделения групповых совместных действий вне соучастия, за ее рамками в самостоятельную форму преступной деятельности, применения для таких групп самостоятельного квалифицирующего признака . Таким признаком многими признается признак организованности. Он позволяет отделить соучастие от иных форм коллективного преступного поведения. Именно этот признак определяет то сущностное в организованном объединении преступников и их преступной деятельности, что помогает отличать их от подобий. Если, например, по справедливому замечанию А.П. Козлова, одним из оснований соучастия выступает функциональная связь как взаимная обусловленность поведения каждого в интересах других, то в организации функциональная связь заключается в точном исполнении каждым своих функций в соответствии с занимаемой позицией и выполняемой в ней ролью в интересах самой организации, а не ее членов. В организации интересы ее членов могут совпадать, а чаще всего не совпадают с интересами (целями) самого такого объединения. Чем выше уровень организации, тем меньше вероятность совпадения интересов организации и интересов ее членов. В организации в отличие от соучастия преследуется цель, понимаемая как единая для всех ее членов. Эта цель формулируется вышестоящей системой, которая образует для ее достижения данную организацию. При этом организация получает планируемый результат в соответствии с поставленной перед ней целью, а не общий результат как для членов группы при соучастии. Организация всегда действует в интересах вышестоящей организации. Если конечно она является элементом вышестоящей системы, либо структурным подразделением вышестоящей организации.
Следует отметить, что как только в социальной группе (участники которой собрались для совместной деятельности) возникает распределение ролей по видам операций, действий или деятельности, так практически одновременно появляется система отношений, которая основывается на взаимных связях участников общности, их ролевых требованиях и ожиданиях по отношению друг к другу. Каждый из них ожидает, что все члены группы обязательно выполнят свои ролевые требования. Это в свою очередь требует координации их усилий в этом направлении; повышает роль управления поведением членов группы. Такая группа приобретает свойство организованности. Но является ли она организованной группой? Думается, что да. Организованная группа как особая форма организации взаимодействия в ней людей может быть естественной и искусственной.
Естественная организованная группа возникает как не планируемая, спонтанная социальная общность, в которой нет жесткого закрепления индивидов за определенными ролями и основана на принципе добровольного участия . В такой группе люди участвуют с желанием в общем процессе и добровольно выполняют свои роли.
Искусственная организованная группа создается вышестоящей организацией для собственных нужд. Она является первичным неделимым элементом социальной организации. Для организации как более сложной организованной социальной группы присущи все признаки, характерные для организованной групп плюс собственные признаки только ей свойственные.
Социальная организация является самостоятельным элементом структуры общества (наряду с социальной группой, социальной общностью, социальным контролем и другими элементами). Как уже отмечалось выше нас интересует в названных и других социальных системах прежде всего тип социальных связей между людьми, по которому происходит разграничение их образований.
Существенными признаками любой организации (по данным современной социологии организации) являются: 1) структурно-функциональная самостоятельность; 2) организационное построение; 3) организованное управление.
Рассмотрим уголовно-правовые аспекты ОГКН с учетом возможной перспективы создания самостоятельного института организованности в уголовном праве. В данном случае речь пойдет об организованных группировках различного уровня организованности и степени управляемости криминального типа.
ОГКН можно рассматривать как некую обобщенную функционирующую обособленную организационную структуру социальной системы криминального типа. Она (они) порождена(ны), как это ни покажется странным, определенным потребностями общества, либо отдельных ее общностей, как вышестоящими системами, для обеспечения тех социально-экономических, политических и иных задач, которые государство как социальная организация и социальный институт не способно решить.
Естественно, что эти организационные структуры криминального типа могут иметь различные виды и подвиды, облекаться в различные формы в соответствии с теми социально-экономическими, политическими, географическими и иными потребностями общества, которые государство, его регионы, местные органы власти не способны решать в целях удовлетворения потребностей общества в целом, его социальных групп, слоев, общностей, организаций.
Отсюда следует, что институт соучастия применим тогда, когда речь идет о межличностных контактах внутри группы для совершения преступлений. Когда же речь идет об ОГКН, то подчеркивается организационный-управленческий характер взаимоотношений в ней, т.е. наличие иерархической структуры, властеотношений, уровней управления. Тогда к такому организованному объединению необходимо применять институт организованности.

4.2. Уголовно-правовой анализ организованной деятельности
криминальной направленности

Организованный характер деятельности криминальной направленности проявляется в организации самого процесса такой деятельности. Организационный процесс какой-либо деятельности - это самостоятельный вид человеческой деятельности. Именно организованный характер деятельности криминальной направленности определяет содержание той или иной формы ОГКН, в т.ч. ОПД. Организованная преступная деятельность характеризует организованность преступности, превращая ее в самостоятельное качество ОП.
В практике правоохранительных органов ОПД часто «превращается» в многоэпизодную преступную групповую деятельность и тем самым ОП «превращается» в групповую преступность. Либо наоборот, неоднократность или совокупность преступлений у таких групп автоматически превращает их в ОПГ.
По этому пути идут некоторые исследователи ОП, хотя они при этом справедливо предлагают признать признаком ОПГ организованность, но ее существенным выражением считают совершение преступления группой неоднократно – два и более раза . Такой подход к признаку организованности преступной деятельности несколько упрощает понимание сути организации какой-либо деятельности, в т.ч. преступной.
Другие исследователи считают, что ОПД характеризует связь участников устойчивого преступного формирования, а также связь эпизодов преступной деятельности. При этом, как им представляется, криминализировать следует не организованную преступную деятельность как таковую (деятельность объединения преступников), а конкретные функции ее участников (форма участия в ней) .
В данном случае нужно иметь в виду, что существуют различные типы социальных связей, которые определяют различные типы социальных систем. В социальных группах (как низшей форме организации взаимодействия людей) существуют различные виды связей, в т.ч. связи отношений, функциональные связи, причинно-следственные и др. Эти связи отражают различные формы, способы, типы взаимодействия людей. В свою очередь тип деятельности определяет тип связей между людьми. В этой связи ОПД определяет организационный тип связей между людьми в организационной структуре того или иного типа социального объединения. В этом смысле исследователи правильно ставят вопрос о криминализации организационных связей организованных преступных объединений. Но в таком случае речь идет о специфическом виде деятельности в организованном социальном объединении – управленческой деятельности, которую, по нашему мнению, и необходимо криминализировать. Такая деятельность осуществляется при организации самого объединения и процесса его деятельности для достижения цели (результата), ради которой оно создается и о которой речь пойдет в следующем параграфе.
Многие исследователи считают, что преступная деятельность как сумма двух и более преступлений является существенной характеристикой организованной преступной группы. Такая позиция требует некоторого уточнения. Действительно, деятельность представляет собой множественных действий. Но с системных позиций преступная деятельность предстает как совокупность действий, среди которых могут быть и общественно опасные, даже квалифицирующиеся в последующем как преступления. Но главное в том, чтобы преступная деятельность в целом приводила к преступному результату, а не была некоей суммой этих «отдельностей» в виде преступлений. Отдельные действия в составе единой деятельности как системные элементы могут и не носить преступного характера. Иначе незачем создавать некую преступную структуру, чтобы получить желаемый результат деятельности. В практике не редко имеют место факты, когда преступники в единственном лице в течение нескольких лет совершают до ста преступлений до первого их задержания, будь-то убийства, карманные или квартирные кражи и т.п. Если речь идет о преступной деятельности только как о сумме преступлений, то мы не можем говорить об ОПД. Деятельность осуществляется для достижения какой-то цели. Она имеет многоплановый характер (организационный, обеспечивающий, информационный и т.д.). ОПД осуществляется для получения сверхдоходов и других целей. Преступления же в ней – это средства, а не цель.
В ОП мы рассматриваем организацию процесса деятельности криминальной направленности. Структура такой деятельности будет состоять из цели, средств и результата, а не из суммы отдельных преступлений. В системном явлении эти элементы являются самостоятельными подсистемами. Это значит, что они могут иметь собственную структуру, состоящую из собственных системных элементов. Когда мы говорили о том, что в ОДКН все элементы носят криминальный характер, то имеется в виду, что любой системный элемент, или их группа, или все вместе могут иметь уголовно-правовую оценку. Организация деятельности криминальной направленности – это совокупность действий по решению организационных, технических, технологических, кадровых, финансовых и т.п. вопросов, многие из которых могут не носить криминальный характер. Но все они направлены на достижение общей конечной цели системы.
Если речь идет о ОПД, то в ней либо цель будет преступной, либо использоваться преступные средства, либо будет получен общественно опасный результат в виде преступления. Причем преступной может быть не конечная цель, а промежуточная для всего ОГКН либо для отдельного его структурного элемента как системы. Спектр используемых средств также достаточно широк, среди которых могут быть не все преступными. Аналогично обстоит дело с общим результатом. Он состоит из суммы результатов всех элементов системы или структурных подразделений организации. Если хоть один из них получил преступный результат, то общий результат становится преступным. Значит должен ставиться вопрос о криминализации использования, получения, изготовления, приобретения и т.п. средств, способов, методов реализации цели, либо конечный результат деятельности системы при наличии хотя бы одного факта причинения вреда законным интересам человека, государства, общества, являющегося ее элементом.
Как уже было нами показано, любая структура системы, особенно организационная, создается для достижения какой-либо цели. Для ОГКН целью является организация деятельности криминальной направленности, в результате чего получается какая-то определенная ОДКН. Конкретная организационная форма ОГКН создается для определенной организованной деятельности в зависимости от ее персонального состава, численности, контролируемой территории, природных, экономических, социальных и т.п. условий ее функционирования. Выше отмечалось, что каждый вид структурного образования ОГКН имеет свою цель, создается для выполнения определенных задач, ориентирована на достижение определенного результата.
Если речь идет об ОП, то каждый структурно-функциональный элемент ОДКН может получить, не только уголовно-правовую, но и иную правовую (административно-правовую, гражданско-правовую и т.п.) оценку, на основании которой может быть принято правовое решение.
Еще один существенный вопрос стоит в связи с ОП – это вопрос наличия причинно-следственных связей в действиях членов ОПГ. В соучастии этот вопрос закономерен, где важное значение имеет правильное установление причинной связи между действиями всех участников (физических лиц) преступления вместе и каждого участника в отдельности и наступившим результатом, который должен быть общим для всех участников. При этом действия каждого соучастника являются необходимой основой для осуществления своих действий другими участниками преступления и совершенное общественно опасное деяние является единым для всех, кто его совершал . Иными словами действия всех соучастников обусловлены и направлены на совершение конкретного преступления. Иное дело ОП, где функционируют организованные объединения криминальной направленности. В них помимо причинно-следственных связей существуют и другие (организационные, функциональные, коррупционные, связи состояний и т.п.) в соответствии законами диалектики. В рамках соучастия в соответствии с существующими доктринами и принципами уголовного права о других видах связи речь не может идти.
Системный подход и системный анализ закономерно ставит вопрос о наличии в ОП, кроме причинно-следственных связей, и иных видов связи. Предлагаемый институт организованности как бы узаконивает их. Организационные связи предполагают построение организационной структуры, функциональные – предусматривают выполнение типовых или конкретных функций по должности, коррупционые – связи с коррумпированными чиновниками, входящих в единую организованную систему, связи состояний – изменения, например, в социально-экономическом блоке влекут изменения в ОП и т.д.
Если ОГКН представляет собой систему, то отсутствие какого-либо ее элемента может не препятствовать достижению запланированной цели, т.к. либо этот элемент не нужен системе, либо ее функции выполняют другие элементы. Кроме того, ОГКН как элементы системы или структурные подразделения организации функционируют, как правило, разновременно и разнотерриториально. Так управленческие, кадровые, обеспечивающие и т.п. функции осуществляются в разное время, на разных территориях по отношению к результатам основной деятельности ОКГН, для осуществления которой создавалась данная организованная система. При этом современные ОКГН имеют множество направлений основной «производственной» деятельности, участие в которых чаще всего не создает феномена совместности в совершении конкретного общественно опасного деяния. Речь в данном случае идет об организованной деятельности определенной направленности, т.е. деятельности большого числа ее участников, разнохарактерного, разновременного и разнопространственного плана, требующего управляющего воздействия для достижения определенного результата.
Как видим, в ОДКН присутствуют иные, чем в соучастии, признаки, показывающие сущность ее как одного из необходимых элементов ОП.

4.3. Уголовно-правовой анализ организованного управления
криминальной направленности

Специалистами в области уголовного права правомерно ставится вопрос об уголовно-правовой оценке криминального управления как самостоятельного деятельностного фактора ОП . Поэтому в нем важно определиться с понятием «лидерство», «управление» и «руководство». К сожалению, в теории уголовного права и следственно-судебной практике эти понятия чаще всего отождествляются, в результате чего уголовная статистика об ОП «пополняется» все новыми и новыми статистическими данными об ОПФ, чаще всего организованных преступных группах, многие из которых только внешне напоминают различного вида ОПФ. В подавляющем числе случаев – это преступные группы, в которых проявляется социальный институт лидерства. Хотя в нем и проявляются элементы управления, но в целом оно не относится как к элементу организации, свойственной организационному структурному образованию. В криминалистических исследованиях некоторые авторы, рассматривая лидера как организатора преступной группы и совершаемых ею преступлений, отмечают, что понятие «лидер» шире, чем понятие «организатор» и более полно отражает фигуру руководителя группы . Лидер же – это несколько иная фигура, чем организатор и руководитель.
В этой связи следует напомнить, что управление представляет собой процесс, позволяющий стабилизировать управляющую систему, сохранить ее качественную определенность, поддержать ее динамическое равновесие со средой и обеспечить достижение того или иного полезного эффекта. «Процесс управления есть не что иное, как упорядочение системы» . Посмотрим, как названные понятия описываются некоторыми социальными науками.
Например, в социальной психологии эти понятия не тождественны, хотя и связаны между собой. Общим для них является то, что они обозначают координацию индивидуальных усилий, организацию их в единый коллективный процесс, направленные на достижение групповой цели. Однако лидерство – это управление групповым процессом на психологическом уровне, а руководство – социальном. Лидерство рассматривается как преимущественно психологический по своей природе феномен, спонтанно возникающийся в системе неформальных (неофициальных) отношений людей и вместе с тем выступающий средством психологической организации отношений этого типа, управления ими . В малой группе в основе лидерства лежит процесс межличностного влияния наиболее влиятельного члена группы на остальных членов в групповых интересах или целях. Такое влияние осуществляется на психологическом уровне, психологическими методами.
Лидер – член группы, добровольно принимающий на себя значительно большую меру ответственности в достижении групповых целей; наиболее полно в своем поведении отвечающий групповым ценностям и нормам, проявляющий при этом по сравнению с остальными членами более высокий уровень активности . Лидер не имеет формализованной власти над другими членами группы. Он путем убеждения изменяет их поведение на основе изменения установок, мотивации, эмоций, знаний, отдельных личностных черт и т.п., т.е. психологическими методами, а не административными, ориентирует людей на решение стоящих перед группой задач. Лидер получает в силу своих личностных особенностей и с согласия членов группы возможность влиять на них. Социальное влияние может быть принуждающим (основное средство давления – возможное наказание за отказ подчиниться); вознаграждающим (средство давления – вознаграждение за согласие подчиниться); легитимным (предписываемым законом); информационным и экспертным (основанным на убеждении в компетенции источника влияния); референтным (основанным на идентификации объекта влияния с ее субъектом) .
В отличие от лидера руководитель какого-либо объединения всегда выступает посредником социального контроля и административно-государственной власти. Руководство, осуществляемое им, рассматривается как преимущественно социальный по своей природе феномен, регламентировано функционирующий в системе формальных (официальных, служебных) отношений людей с целью упорядочения, организации этих отношений, управления ими для решения групповых задач . Основу руководства составляют полномочия власти, выраженные через отношения «руководитель-подчиненный». Психологически власть руководителя осуществляется посредством влияния, реализуемого с опорой на полномочия в соответствии с полученным статусом или выполняемой ролью.
В то же время не исключается трансформация лидерства в руководство и обратно, либо сочетания в официальной социальной группе или организации совпадения лидерства и руководства. Так, в преступной группе лидер может быть одновременно организатором преступления; в криминальной среде всегда имеются лидеры-вдохновители криминальной идеологии, одновременно являющиеся руководителями организованных преступных групп, преступной организации (преступного сообщества). Это особенно наглядно проявляется в традиционной уголовной среде. Лидер в группе в социально-психологическом смысле – это наиболее инициативный и активный член группы; в административном – руководитель по должности; управленческом – организатор какой-либо деятельности. Исполняемая роль зависит от степени и уровня организованности той или иной социальной общности.
Лидерство – это характеристика психологических, руководство – социальных, а управляемость – управленческих отношений в той или иной социальной группе.
В уголовно-правовом смысле лидер может исполнять различные роли (лидера, организатора, руководителя) порознь или одновременно. В зависимости от них его действия или деятельность по управлению должны квалифицироваться соответствующим образом. В простой группе он может выступать в качестве соисполнителя коллективного управления; в группе по предварительному сговору – организатора преступления; в организованной преступной группе – руководителя группы и/или организатора преступления; в преступной организации – организатора, руководителя организации и/или организатора (руководителя) преступной деятельности, в преступном сообществе – организатор (руководитель) сообщества и/или руководитель управленческой деятельности.
Поэтому необходимо также отличать влияние лидера на членов группы от организаторской и управленческой деятельности организатора (руководителя) внутри организованной группы или организации.
Лидерство в группе характеризуется эмоциональной потребностью в принятии решения и ответственности за его исполнение. Организаторская функция лидера проявляется прежде всего в вовлечении в группу новых членов, в выполнении властной роли против воли других членов группы.
В правоприменительной практике часто стоит вопрос об уголовно-правовой оценке понятия «преступный авторитет», пределах его власти, содержании этой власти, реализации воли преступного сообщества . В социальной психологии считается, что нельзя отождествлять понятие лидера и авторитета. Лидер может выступать как авторитет, но не всякий авторитет означает лидерские возможности его носителя. Лидер должен организовывать решение какой-то групповой задачи, авторитет такой функцией не выполняет, он просто может выступать как идеал .
В криминологической литературе дается представление о криминальной иерархии, к которой относятся многочисленные категории профессиональных преступников, под определенными названиями, принятыми в уголовной среде. Так, «воры в законе» - это лица, получающие такое название (чаще оно идентифицируется с криминальным званием, т.е. наличием определенных полномочий в криминальной среде) на специальной воровской сходке, как правило неоднократно судимые и глубоко усвоившие криминальную субкультуру. Они занимают высшую ступень в криминальной иерархии и должны обладать организаторскими способностями и преступным опытом; авторитетом среди профессиональных преступников и др. На ступеньку ниже в этой иерархии стоят «авторитеты» – это профессиональные преступники, занимающие определенное положение в уголовной среде, пользующиеся в силу разных причин и обстоятельств признанным авторитетом. Эта категория условно дифференцируется на две группы. Первую группу составляют приближенные к «ворам в законе», вторую – наиболее удачливые и материально обеспеченные профессиональные преступники разных мастей со своим окружением, принимаемых за группировку. Но они не осуществляют самостоятельно руководящие функции, а могут назначаться «ответственными», «смотрящими», «положенцами» и т.п., выполняя тем самым отдельные управленческие функции. Эти названия больше относятся к качественной характеристике криминальной личности, чем управленческой деятельности. Поэтому они не относятся к категории организаторов, руководителей или лидеров ОПФ с самостоятельными управленческими функциями в полном объеме.
Как отмечается в специальной литературе, основная функция руководителя в терминах теории организационного поведения формулируется так: выполнение поставленной задачи посредством других людей, т.е. через стимулирование и управление их действиями .
При рассмотрении ОУКН важно уяснить, что речь идет о специально организованном управлении как специфическом технологическом процессе управления присущем криминалитету. Это предполагает познание взаимосвязи процессов управления и организационных структур управления. При этом иерархия является неотъемлемой чертой организационного управления, т.е. управления посредством образования организационной структуры разного уровня управления (от двух до многоуровневой).
Процесс управления можно рассматривать с разных точек зрения: как набор или совокупность последовательных операций, как последовательность выполняемых работ, как процесс принятия управленческих решений, как процесс выполнения функций управления, как информационный процесс .
В зависимости от типов и видов организационных структур ОГКН, уровней управления и т.д. процесс управления будет представлять собой одно из перечисленных ее определений. В организованной преступной группе управление можно рассматривать как совокупность последовательных операций. Подобная совокупность будет наблюдаться при совершении организованного преступления. В преступной организации управление представляет собой как процесс принятия решения, в преступном сообществе – процесс выполнения самостоятельных функций управления, в транснациональных преступных корпорациях и им подобных преступных образованиях управление предстает в виде информационного процесса. В каждом конкретном случае управление предстает как самостоятельный социальный процесс, стоящий как бы в одном ряду с производственным процессом.
Можно ли считать, что при совершении преступления управление входит в объективную сторону состава преступления? Или это самостоятельное антиобщественное деяние, требующее самостоятельной уголовной ответственности? Ответив на эти и другие подобные вопросы, мы можем решить вопрос о привлечении руководителя (организатора, «управленца») ОГКН к уголовной ответственности за управленческую (руководящую, организаторскую) деятельность, т.е. особый вид преступного деяния (преступной деятельности) как самостоятельного явления (процесса) криминальной направленности.
Для этого напомним, что управление свойственно организованной системе и представляет собой управляющее воздействие вышестоящей организации, а также органов управления присущих самой системе. Поэтому процесс управления выступает как централизованное управление и как самоуправление. Централизованное управление осуществляется извне, а самоуправление – внутри организованной системы собственными органами управления. Как известно суть процесса управления состоит в достижение запланированной цели, запланированного результата. В связи с этим целенаправленное управление будет включать в себя два самостоятельных действия: определение целей и задач, а также разработку технологии достижения их результатов. Тем самым, процесс управления начинается с действий по постановки цели (целей) и выработки задач по их достижению. В сложных многоуровневых организованных системах в процессе управления выделяются самостоятельные функции как результат дифференциации целенаправленных управляющих воздействий, разделение и специализация труда в сфере управления .
Исходя из целей настоящего исследования, процесс управления можно представить как процесс проявления власти субъекта управления над объектом управления. Тогда уголовно-правовой проблемой становится механизм проявления власти. Что является основанием уголовной ответственности для участников управленческого процесса? В какой степени несут ответственность субъекты того или иного уровня и вида управленческого процесса? Подобных вопросов возникает множество, ответы на которые невозможно дать одномоментно. Обозначим только некоторые из них.
Важнейшим свойством ОП является криминально-властный характер управления, что отличает ее от групповой преступности, где управление как властное проявление лица, занимающего определенный статус в криминальной иерархической структуре, отсутствует.
Феномен власти является многоплановым явлением и пронизывает все сферы нашей жизни, поэтому изучается многими науками. В настоящем исследовании власть интересует нас с психологической точки зрения на уровне межличностного и организационного взаимоотношений. В самом общем виде власть предстает как способность влиять на поведение людей вопреки их воли. Иными словами, власть вязана с принудительным изменением поведения, выступая некой силой, вызывающей поведение, которое невозможно в ее отсутствии . Мы уже отмечали, что поведение человека связано с удовлетворением его потребностей. В межличностных отношениях двух и более лиц власть проявляется в способности изменить поведение другого лица путем контролирования его потребностей. Если человек может самостоятельно контролировать удовлетворение своих потребностей, то он свободен от власти других людей. В этом случае в межличностных отношениях власть одного лица над другим(и) отсутствует.
На чем же основано принуждение власти и почему индивид вынужден следовать нежелательному для себя акту поведения? Основанием власти принято считать те средства, с помощью которых субъекты власти воздействуют на объекты власти для решения поставленных задач. Наиболее распространенными из них являются: вознаграждение, насилие, формальное положение, использование знаний, регулирование информацией. Они являются основаниями для различных видов власти: власть поощрения, власть насилия, должностная власть, экспертная власть, референтная власть, информационная власть. По отношению ко всем остальным властным основаниям в организационном поведении базовым является должностная власть, которая автоматически обеспечивает субъекта власти другими видами власти. В использовании власти используют такие тактические приемы, как запугивание, лесть, референтность, самореклама, превосходство, услужливость, виновность, демонстрация и др. С психологической стороны большинство людей обладают потребностью к власти: от влияния, способности вызывать у людей сильные эмоции – страх, восхищение, гнев и т.д. до распоряжения ресурсами и руководства людьми, влияя на их чувства, отношения и поведение.
Вопрос власти напрямую связан с вопросом типа поведения или деятельности в криминальной среде: организованный или неорганизованный. Если они организованы, то власть в ней принадлежит «должностному» лицу, т.е. назначенному вышестоящей криминальной организацией, например преступной организацией (преступным сообществом). Такому лицу предоставляется право регулировать доступ к ресурсам остальных членов ОГКН. Чем больше масштаб, объем, география, ассортимент, сложность ресурсов, тем выше должность в криминальной иерархии, а значит и возможность направлять деятельность (действия, поведение) для решения стоящих перед ОГКН задач. Такое лицо обладает организационной властью, с помощью которой он организует организационное поведение.
В неорганизованной криминальной среде существуют групповые формирования, где лидер регулирует поведение остальных членов путем влияния своего авторитета на них. Такой лидер не является руководителем или организатором. Он обладает только ресурсом доверия к нему. Распределение лидером имущества, добытого преступным путем, основано на доверии, а не в связи с «должностью». Для уголовно-правовой оценки формы поведения (организационного или группового) важно определить наличие власти: организационной или авторитетной. Организационная власть – это признак организационного построения социума (организованной группы, организации). В рамках соучастия ее сложность хотя и проявляется в виде распределения ролей, но она не может быть в форме их организационного построения. Преступления, совершаемые с таким соучастием, представляют собой набор деяний свободных в выборе варианта поведения прествпников. В организационном преступном поведении такой свободы нет. Лицо исполняет свою роль под организационным принуждением, под страхом потерять свою «должность», на которой он получает определенный доход, а не просто уважение лидера и своей доли от имущества, полученного преступным путем. Поэтому в рамках сложного соучастия целесообразно ввести в уголовный закон понятие «лидера» взамен фигуры организатора и соответствующим образом квалифицировать его действия.
Управление в отличие от воздействия в виде влияния является специально организованным действием одного лица или коллектива людей. Оно существует только в организованных социальных системах, к которым мы относим разные формы ОГКН. Нас интересует прежде всего социально-психологический компоненты механизма управления, необходимые для субъективного вменения вины субъекту управления, которая сама относится к категории психологической. В социологическом аспекте управление – это прежде всего превращение индивидуальной цели в общую цель. В неструктурированной группе или даже в структурированной группе, например, группа лиц по предварительному сговору, коллективный характер общей цели возможен на стадии обсуждения основных направлений будущей деятельности. Однако трудно себе представить общую цель как сумму индивидуальных целей. Только индивидуальную цель можно превратить в главенствующую, а затем в общую цель, если она базируется на организационном процессе, которым является организационная власть, выступающим главным условием создания организации. Тем самым, создание ОГКН начинается с организации власти в ней.

4.4. Институт организованности в уголовном праве

Трудно согласиться с теми авторами, которые признают необходимым введения в уголовное право понятия «сорганизованность», хотя и в рамках соучастия как одну из его разновидностей. В соучастии речь идет о совершении преступления, т.е. совместном участии группы людей в каком-либо преступном деянии. Что же в таком случае у соучастия и сорганизованности будет родовым понятием? Группа? Деяние? Преступление? Конечно, нет.
Соучастие – это совместность участия в чем-либо равнозначном, однопорядковом действии (деятельности). Организовать же означает проведение разносторонних и разнохарактерных действий: объединить людей в одно целое, совершить разные действия как единый процесс, осуществить руководство ими как единым целым. В соучастии и организованности происходит взаимодействие группы людей по поводу чего-либо, но в разных формах и разными способами. Как самостоятельные явления соучастие и организация должны иметь разные формы и разное содержание. В институте организованности формой будет организация как родовое понятие для различных ее видов в зависимости от способов, характера, уровня организовывания социальной группы (организации), их деятельности и руководства ими. Содержанием же будет организация как явление, процесс или состояние. Формой соучастия будет группа людей, объединенная для совместного преступного деяния, содержанием – действия, направленные на объединение этих людей и получение общего для всех результата. Тем самым мы говорим о разных явлениях и процессах.
Организация представляет собой иную форму связей и отношений между людьми в процессе их взаимодействия, чем просто участие в общем для них деле. Организованность в преступности проявляется в организации преступления, преступных группировок, преступной деятельности и преступного управления (руководства).
Организованное преступление – это преступление запланированное, заранее продуманное, предумышленное . Организованное преступление – одна из форм проявления организовывания преступного деяния. Ее содержанием будут действия по организации процесса подготовки, совершения и сокрытия следов преступления. Как справедливо замечает А.И. Долгова, организованное преступление может совершаться как отдельным человеком, так и группой лиц. В криминологии группа лиц может выступать коллективным субъектом, который она назвала обобщенно как «организованное преступное формирование» .
Организованное преступление с рассматриваемых нами подходов (социологического, системного и др.) тесно связано с такими категориями как действие, поведение, деятельность. Они отражают взаимодействие человека с природой, в т.ч. социальной, и должны быть осознанными. Выше уже говорилось, что они соотносятся как единичное (действие), особенное (поведение), общее (деятельность). Единичность действия проявляется в его неповторимости, единичной характеристике, которая не распространяется на автора. Множество единичных действий содержит нечто особенное, что характеризует поведение.
Посредством действия человек вступает в контакт с окружающим миром с осознанием необходимости это сделать в целях удовлетворения своих потребностей в соответствии со своими способностями и внутренне усвоенными нормами. Потребности (нужда в чем-либо), способности (способ совершения действия, внутренние нормы (информация, правила, законы, предписания) в совокупности представляют собой структуру естественного сознания как системы. Потребности, способности, нормы могут находится в соответствии либо не в соответствии друг с другом. Последнее проявляется в зависимости от степени несоответствия в состояниях по нарастающей: противоречие, проблема, конфликт, столкновение, катастрофа. Осознание человеком окружающего мира приводит к изменению его естественного сознания, элементов структуры, т.е. потребностей, способностей, внутренних норм. Модель перехода от естественного сознания к осознанию – это переход от «хочу» (потребность), «могу» (способности), «должно быть» (норма) до «для чего?» (цель), «что?» (содержание), «как?» (методы).
Процесс осознания соединяет два состояния: внутреннее (идеи) и внешнее (реальность). Приведение их в соответствие в собственном сознании обеспечивает осознание собственных действий. Технология осознания своих действий человеком происходит следующим образом. Вначале формулируется цель как осознанная потребность и прогнозируется результат по ее удовлетворению. Для этого производится продукт в меру имеющихся способностей, который потребляется в меру имеющихся потребностей, затем производится равноценный обмен под контролем совести. При этом осознанные действия вначале обдумываются, затем обговариваются, потом совершаются. После этого достигается поставленная цель. В результате осознанного действия происходит изменение в сознании. Индивид обретает свойства личностные и занимает позицию личность. Такая последовательность обязательна при осознанном действии, проявляется как системное свойство организации процесса взаимодействия с природой, обществом.
Как видно, технология осознанного поведения состоит из формулирования цели, прогнозирования и достижения результата. Сам технологический процесс состоит из мысли, слова, действия .
Представленное выше подробное описание осознанного действия распространяется на поведение и деятельность. Действия бывают самые разнообразные. Вместе с тем, их объединяет нечто особенное, специфическое, которое замечается и становится поведением человека. Характеристика множества действий человека становиться характеристикой его поведения. Поведение, так же как и действие, обусловлено занимаемой личностью позицией, т.е. пониманием собственных функций, воздействием осознанных мотивов. В структуре поведения важным элементом являются способы, методы совершения действий, их соответствие окультуренным нормам.
Поведение соотносится с деятельностью как особенное с общим. Все, что характеризует деятельность, распространяется как общее на поведение, а поведение, будучи особенным, вносит в деятельность собственное разнообразие, влияя на ее результат.
Понятие «поведение» отличается от понятия «действие» повторяющейся особенностью и целостностью, которая предполагает единство духовного, социального и биологического в каждом субъекте (единичном и коллективном).
Таким образом, поведение – это совокупность действий, социально значимых, осознанных, обладающей характерной для их автора особенностью, повторяющей в разных действиях .
Действие, поведение и деятельность человека, группы людей, общества нас интересует в связи с объединением их в организацию в широком смысле слова. Объединение людей является организацией тогда, когда его жизнедеятельность организована по некоторым правилам, общим для всех. Отсюда мы рассматриваем действие, поведение, деятельность под воздействием организации. Организованное действие, организованное поведение, организованная деятельность – это те из них, которые заданы, созданы, учреждены организацией. К их рассмотрению мы подходили с позиций системного подхода, т.е. рассматривали организацию как систему со всеми присущими ей признаками.
Напомним, что целостность системы «организация» заключается в учете всех ее элементов. Если учтены не все элементы системы, то такая система не будет организацией. Единство системы «организация» состоит в ее предназначении, в котором каждый элемент функционально необходим, тем самым обеспечивает функционирование системы. Всякая организация – подсистема, элемент системы более высокого порядка. Ее место в такой системе определяется ее позицией, т.е. пониманием своего предназначения, из которого формируются функции. Функции обусловливают цели, содержание, методы деятельности, результатом которой является некий продукт. Функции определяют структуру, а структура обеспечивает реализацию функций. Позиция организации является устойчивой, если она рассматривается как система и как подсистема вышестоящей системы. Организация с устойчивой позицией является системой самостоятельной, самоорганизующей.
Поведение в организации будет называться организационным, т.е. специально организованным организацией. Организационное действие – это действие, заданное организацией. Если действие исходит от человека, состоящего вне организации, то оно не будет организационным. В случае, если лицо самоорганизует свое действие, поведение, деятельность, то о нем говорят как об организованном, целеустремленном человеке. Когда говорят об ОП, то имеют в виду организационное действие, поведение, деятельность, т.е. такие, которые совершаются от имени организационной структуры ОПФ как системы. Отдавая дань устоявшемуся термину «организованная», будем его использовать его в качестве прилагательного к различным организационным формами.
Интерпретируя изложенное, с точки зрения уголовного права можно сказать, что организованное преступление – это осознанное целенаправленное управляемое общественно опасное деяние, подпадающее под действие уголовного закона; организованное преступное поведение – это управляемая совокупность организованных преступлений и иных осознанных действий, создающих условия для их совершения; организованная преступная деятельность – это организация целенаправленного преступного поведения.
Субъектами организационного поведения является личность, группа и организация как субъект общности, общества и мирового сообщества.
Личность в ОП действует не сама по себе, а от имени организационной структуры некого объединения людей, которую мы обозначили аббревиатурой ОГКН. Как и в любой организации, личность в ней рассматривается как ее неделимый элемент. Она характеризуется занимаемой позицией, мотивацией своих действий, соблюдением норм организации, способами действий и личным вкладом в общий результат.
Применительно к институту организованности личность осознает свою причастность к организационной структуре, действует в рамках или от имени организации и своими действиями (а не бездействием) приумножает общий для организации результат, вместе с другими повышая ее результативность.
С субъективной стороны, личность организационного поведения как участник ОГКН осознает, что является ее членом, т.е. признает устав (или неписаные правила) и требования, которые предъявляются к нему; знает, что вместе с другими состоит в организации, для участия в деятельности которой добровольно дала согласие.
Такая личность предвидит возможность или неизбежность наступления от ее действий общих для ОГКН общественно опасных последствий в процессе ее функционирования. При этом как член ОГКН желает их наступления, а если даже не желает, то сознательно допускает эти последствия либо относится к ним безразлично.
С объективной стороны подобная личность вместе с другими членами ОГКН участвует в организованной преступной деятельности путем исполнения своих обязанностей в соответствии с позицией и ролью в ней, которые ему организационно предписаны.
В отличие от соучастия особенностью при организованности является исполнение лицом своих обязанностей в качестве члена ОГКН как организации, к которой он относится. Именно осознанные действия по исполнению своих обязанностей согласно занимаемой позиции в организационно оформленной структуре любого типа группировки криминальной направленности является важным обстоятельством для признания лица ее участником. Не может нести уголовную ответственность лицо, которое только числилось, например, в списке членов ОГКН, не совершая при этом никаких осознанных действий в ней или от ее имени.
Объектом посягательств криминальной направленности будут те общественные отношения, на которые посягает ОГКН в процессе своего создания, функционирования или прекращения своей деятельности и существования.
Личность как член ОГКН обладает всеми признаками субъекта преступления, предусмотренными Общей частью Уголовного кодекса.
Этими же признаками, обладает группа как субъект организационного поведения. Именно в группе как в первичном коллективном образовании проявляет себя личность. Любая организация, в т.ч. ОГКН, состоит из групп и подобных коллективных образований. Группа имеет внутреннюю структуру и может рассматриваться как организационная система со своими элементами и связями. Структурирование группы может осуществляться по разным основаниям в зависимости от структуры организации. Формальная структура определяется предназначением группы в организации и распределением функций между ее членами для наиболее полной реализации своего предназначения.
Группа, объединяющая людей для общего дела, содержит в своей деятельности осмысленное производство того или иного продукта. Группа объединяет в себе материальное, интеллектуальное и эмоциональное составляющие производимый продукт. Таким образом, складывается единое целое, в котором есть единая позиция, общие для всех членов группы цели, объединенное содержание и освоенные всеми способы деятельности. Группа как единое целое предполагает уровень осознанности действий, свойственному как единому организму.
Группа может рассматриваться как самостоятельная система, элементами которой являются субъекты какой-либо профессиональной деятельности с разнообразными связями. Характер этих связей определяет внутреннюю структуру группы и степень несвободы отдельной личности. Каждый индивид, вступая добровольно в такую группу, соглашается на определенные ограничения, в которых его свобода регламентируется требованиями определенной степени соответствия другим элементам группы (системы). Цель группы складывается из направленности интересов, потребностей, мотивов ее членов. Группе присущ коллективный тип мышления. Это значит, что хотя и отсутствует коллективный мозг, однако современный процесс социализации порождает различные способы коллективной мыследеятельности, который хотя и приводит к коллективному, но все же единому сознанию, осознанию себя как целого.
Группа в организационном отношении подчинена организации. Свои цели она формирует исходя из целей организации, в состав которой она входит. Она применяет методы, присущие организации в целом. Конечный результат деятельности группы является частью общего результата. Группа обладает некоторой степенью свободы деятельности, но в той мере, которая не угрожает целостности организации. В рамках этой свободы группа занимается самоорганизацией. Процесс самоорганизации происходит в рамках потребностей и интересов группы. Чрезмерная самоорганизация может привести к самоизоляции и в конечном итоге к отторжению от организации.
Все эти обстоятельства в отношении группы необходимо учитывать при оценке степени, типа и уровня организованности ОГКН. Это значит, что организованная преступная группа вместе с другими подобными коллективными образованиями может находиться в одном организационном пространстве некой организации, входить в какую-то форму ОГКН (банда, незаконное вооруженное формирование, террористическая организация и т.п.). Но такая же организованная преступная группа может действовать самостоятельно, иметь свое организационное поле. Это означает, что та же банда организационно может являться не только организованной преступной группой (как это предусмотрено УК РФ), но и преступной организацией, преступным сообществом. Банда отличается от других форм ОПФ только признаком вооруженности, а не самой формой организационного построения. Поэтому банда по признаку организованности может быть привлечена к уголовной ответственности как коллективный субъект преступления, в том числе как коллективный участник преступной организации или преступного сообщества (помимо нападений).
Введение законодателем такого базисного признака организованной преступной группы как устойчивость преступной организации (преступного сообщества) входит в явное противоречие с данными научными категориями, разработанных рядом социологических наук, дисциплин и теорий, в частности организационной психологией. В организационной психологии устойчивость рассматривается как один из признаков организации, а сплоченность – группы. К тому же близким к сплоченности состоянием группы является совместимость. При этом, для характеристики сплоченности используются два подхода: эмоциональный и деятельностный. Это дало некоторым исследователям связать процесс групповой сплоченности с формированием различных уровней ее структуры, среди которых выделяют: 1. Уровень совпадения эмоциональных привязанностей, на котором представлены непосредственные эмоциональные взаимоотношения индивидов в группе. 2. Уровень совпадения ценностных ориентаций, обусловленных процессом совместной деятельности, при которой отношения строятся не столько на основе привязанности ил антипатий, сколько на основе сходства ценностных приоритетов. 3. Уровень полной включенности в совместную деятельность, на котором индивиды разделяют цели групповой деятельности, а мотивы их поведения связаны с принятием ценностей более общего и высокого уровня объединения людей, чем группа.
Обозначенные уровни выступают как основные стадии развития группы и ее структурные компоненты. При этом основным фактором формирования сплоченности выступает не эмоциональные привязанности, не общение как таковое, а именно совместная групповая деятельность . Тем самым, сплоченность как групповая характеристика не может выступать в качестве ее системообразующего признака в уголовном праве ни для организованной преступной группы, ни для преступной организации (преступного сообщества). Для последних, наоборот, системообразующим признаком является устойчивость, тот признак, который законодатель приписал организованной преступной группе. К тому же, признаки устойчивости несколько иные, чем они даны в разъяснениях Верховного Суда РФ. Устойчивость так же, как и сплоченность, явление не постоянное. Устойчивость присуща только моменту равновесия системы, между ее образованием и отмиранием или реорганизацией. Первым и необходимым условием создания организации является не столько общая цель, сколько сила, способная придать какой-либо индивидуальной цели статус общей. Такой силой выступает организационная власть как процесс, обеспечивающий устойчивую приоритетность общей цели над индивидуальными целями использующий для этого широкий набор организационных средств, включая насилие. Закрепление право на организационное насилие в законодательстве придает ему легальность. Соответственно не закрепленное в нормативно-правовых актах такое насилие является не законным, за применение которого субъект такого насилия (индивидуальный или коллективный) подлежит юридической ответственности, в т.ч. и уголовно-правовой.
Коллективным субъектом организационного поведения выступает также организация какой-либо общности, объединенной по любому объединяющему людей признаку (партийному, профессиональному, территориальному, национальному и т.п.). Организация не существует изолировано от общества. Она часть общества, только организационно от деленная от него. Ее свобода ограничена внешними связями, наиболее тесные и значимые среди которых – связи с регионом, территорией, сферой деятельности, национальными традициями и т.д. Это внешние условия, влияющие на процесс и результат деятельности организации. В данном случае организационное поведение рассматривается как свойство организации по отношению к системам более высокого порядка – общности, общества, мирового сообщества, в которых организация является их элементом. Тогда ее создание, организационное построение, функционирование будет обусловлено перечисленными объединениями. Связи с ними будут выступать условиями для организации, в соответствии с которыми она строится и функционирует.
Общество как системное явление состоит из множества подсистем, в том числе общностей, объединенных по какому-нибудь из названных выше признаков. Сама организация одновременно может быть подсистемой многих общностей. В пределах этих общностей или какой-либо одной организация взаимодействует с подобными себе организациями. Тем самым, например, ОГКН в форме преступной организации взаимодействует с другими преступными организациями в городе, регионе или республике. Будучи чаще всего мимикрируемой в официальные структуры (юридические лица) преступная организация вынуждена взаимодействовать с органами власти, общественными объединениями, производственными структурами и т.д.
Регулятором взаимодействия различных организаций является жизнедеятельности, жизнеспособность общности. Для устойчивой жизнедеятельности ОГКН как организационный субъект вынуждена стремиться к бесконфликтному существованию среди других подсистем общности путем внутренней саморегуляции, приведения в соответствие потребностей, способностей и норм той или иной социосистемы. Основой взаимодействия организаций является равноценный обмен совокупным продуктом, под которым понимается интеграция материальной, интеллектуальной и эмоциональной составляющих.
Организация как коллективный субъект организационного поведения вбирает в себя все особенности территориального, национального, природного и т.п. компонентов внешней среды функционирования организации. Эти особенности накладывают отпечаток на цели, задачи, функции, методы функционирования организаций. К тому же цели, задачи, функции, методы организации выстраиваются в русле общих целей, задач, функций, методов вышестоящей системы – той или иной общности (профессиональной, территориальной, национальной и др.), не противоречат им, находятся в соответствии с ними как основы бесконфликтного существования. Критерии деятельности организации включают требования вышестоящей системы. Эти требования направлены на сохранение системы, укрепление внутренних связей, в конечном счете – сохранение целостности системы – общности, ее самоорганизацию, установление внутреннего порядка, преодоление хаоса.
Для ОГКН данные посылки в уголовно-правовом смысле означают, что цель организации (как и группы в организации) формулируются вышестоящей системой. Под эту цель и создается та или иная организационная форма ОГКН. Поэтому, если банда создается по типу самостоятельной группы, то цель нападения формулируется внутри группы, исходя из потребностей, интересов, в большей степени эмоционального состояния ее членов. Такая группа (банда) не может быть отнесена к организованному типу. Поэтому, например, ответственность членов такой группы за создание банды, как это сформулировано в ст. 208 УК РФ, наступать не может. Они привлекаются к уголовной ответственности за совершение организованного преступления в составе группы по предварительному сговору. Преступление считается совершенным организованно, если имеется цель совершения преступления, распределены роли между участниками общественно опасного деяния, в том числе выделена роль организатора (руководителя) этого деяния. Организатор такого преступления (им может быть и лидер этой группы) инициирует цель совершения преступления, подбирает участников, получает их согласие на участие в такой акции, распределяет между ними обязанности по исполнению задуманного, определяет объект преступления. Руководитель планирует совершение преступления; принимает решение на его совершение, назначая место, время, способ совершения каждого конкретного преступления, способы взаимодействия, обеспечивая орудиями преступления, определяя результаты действий каждого и конечный результат всей группы, создает условия безопасности для участников преступления, распределяет вознаграждение между ними, поддерживает дисциплину во время реализации общественно опасного деяния. Таковы необходимые перечни операций организатора и руководителя для признания их такими, в связи с привлечением к ответственности за выполнение названных ролей.
Банда (как и другая форма ОГКН) может выступать как структурный элемент какой-либо организованной системы. Тогда она может признаваться организованным формированием (любого уровня и формы управляемости), если она имеет заданную такой системой цель. В связи с нею банде определяются задачи и функции по их выполнению; создается структура с необходимым набором позиций и ролей, для наполнения которой определяется количественный и качественный состав исполнителей; вырабатываются нормы поведения; определяются критерии эффективности и показатели деятельности; разрабатывается система поощрений и наказаний. По уровню и форме управляемости такая организованная группировка (образование) может быть типа группы, организации, общности, общества.
Это означает, что организация помимо общности также является субъектом общества в целом. Каждая организация участвует в общественном производстве в той или иной форме и способе деятельности. Общество как система более высокого порядка может рассматриваться состоящим из элементов и связей между ними. Эти связи для каждого отдельного элемента внешние и являются требованием к их соблюдению. Все связи подчиняются главному требованию – соответствовать целям вышестоящей системы – общества. Рассматривая общество как его сознание (общественное) и бытие (жизнедеятельность), выделяют главные связи: взаимообусловленность, взаимодействие, взаимозависимость, которые регулируются стремлением к соответствию в сознании и бытие.
Общественное сознание как интегрированное отображение потребностей, норм и способностей в деятельности людей, групп, классов, слоев, общества в целом. Общественные потребности жестко регламентируют личностные. Определяя уровень жизни, они влияют на общественные нормы (законы, правила, критерии деятельности), сдерживают или развивают способности, способы взаимодействия с окружающим миром. В существующей атмосфере общественного сознания находится каждая организация. Ее потребности интегрально выстраиваются в общую систему потребностей, которая корректирует их. Ее внутренние нормы не должны противоречить общественным нормам, а способы деятельности должны соответствовать экологической культуре, не вредить окружающей среде и здоровью людей. Поведение организации в обществе определяется ее позицией, пониманием собственного предназначения, убеждениями. Из них складывается принятие решений (самоопределений), в конкретных ситуациях, они влияют на выбор правил, норм, критериев и способов деятельности, обусловливают результат. Любое общество формирует собственное общественное сознание. Организация, вступая в контакты с другими организациями, проявляет свое организационное поведение: производит обмен продуктом с другими организациями, вырабатывает общие нормы для общения, единые способы производства и т.д.
Сознание общества реализуется через его жизнедеятельность. Она есть интегральная совокупность жизнедеятельностей организаций. Ее составными частями являются состояние, культурный образ и деятельность. Организация как коллективный субъект осознает свою деятельность, соотносит ее с той культурой, в условиях которой функционирует. Зависимость организации от общества, от той субкультуры в которую она погружена, определяет степень ответственности общества, государства как механизма управления обществом.
Если организация находится в системном общественном пространстве, в котором тенденции предсказуемы, связи динамичны, взаимодействия нормированы, функционирование направлено на производство и потребление, развитие – на обмен (реализация произведенного продукта, приобретение востребованного), то ее жизнедеятельность устойчива. Внутренние системы организации работают по тем же принципам.
Современные организации все больше становятся субъектами мирового сообщества. Как уже отмечалось, система является устойчивой, если внутренние несоответствия не разрывают связи, если конфликты разрешаются, столкновения предотвращаются. Внутренние связи, допуская определенную степень свободы, устанавливает требования к подсистемам, нарушение которых приводит к изменению системы, угрожает ее устойчивости. В связи с этим требования мирового сообщества являются обязательными для выполнения, ибо обеспечивает безопасное существование всей планеты. Различный уровень развития цивилизаций планеты как подсистем общей системы – мировое сообщество, создает непонимание и даже конфликты. Проблемы мирового сообщества получили название глобальных проблем, которые требуют своего разрешения, для чего создаются многочисленные организации. Эти проблемные ситуации возникают во взаимодействии человек – общество, человек – природа, общество – природа.
Чтобы отдельные страны и организации могли участвовать в деятельности мирового сообщества в качестве подсистем, они должны соответствовать требованиям этого сообщества, не усугублять проблемные ситуации, разрешать уже возникшие, заботясь о сохранности природной среды, имидже организации (страны).
С целью регулирования отношений, выравнивания тенденций, обеспечения устойчивого развития мировое сообщество создает международные организации с разными уровнями полномочий и механизмами воздействия на характер развития событий в разных странах. Это воздействие еще не стало управлением, т.к. не разработаны общие принципы и механизмы управления на уровне мирового сообщества.
Как видно, субъектность организационного поведения осуществляется как на индивидуальном уровне, так и на уровне организации как элемента мирового сообщества.
Таким образом, субъектом организационного поведения может быть индивид, группа или организация, что является необходимым основанием в пользу создания института организованности в уголовном праве.

***
Подводя итог вышеизложенному, можно сказать, что применение новейших методологических подходов к исследованию организованной преступности убедительно показывает необходимость подхода к ней как к организованной системе, структурными элементами которой являются различные виды организационных явлений и процессов, а также в связи с этим введения в уголовное право и законодательство нового института организованности. Его использование наряду с существующим институтом соучастия к иным формам организованного деяния и иных мер правового воздействия сделает более эффективной практику борьбы с ней со стороны правоохранительных органов. Надеемся, что данная позиция найдет своих сторонников и явится продолжением более глубоких научных разработок по данной проблеме.

Страница: 1 2 3 4 5