Hotline


Организованная преступность Дальнего Востока: общие и региональные черты. 1998г.

 Версия для печати

 

book_10.rar (0 байт)  

Глава 2. ОСОБЕННОСТИ ОРГАНИЗОВАННОЙ ПРЕСТУПНОСТИ В ДАЛЬНЕВОСТОЧНОМ РЕГИОНЕ.

§1. Становление и развитие организованной преступности Дальнего Востока.

Состояние организованной преступности в Дальневосточном регионе, как и прежде, остается тревожным. Наряду с общим снижением уровня преступности в регионе растет количество преступных формирований, численность активных членов преступных группировок продолжает возрастать. При снижении (в 1997 году) на 15,5 % уровня тяжких преступлений в регионе зарегистрировано увеличение на 22,2% преступлений, совершенных членами ОПФ.
Состояние общей криминальной обстановки в дальневосточном регионе неразрывно связано с преступной деятельностью организованных преступных формирований. Серьезное влияние на преступный мир Дальнего Востока оказывают 6 "воров в законе", свыше 270 лидеров и около 1000 активных участников организованных преступных формирований.
На Дальнем Востоке наиболее устойчивыми являются организованные преступные сообщества: "воровской общак", с численностью 1800 человек; группировки криминальных "спортсменов", с численностью до 200 человек; этнические группировки: чеченские, с численностью 140 человек; азербайджанские, с численностью 190 человек; корейские, состоящее из 160 человек.
Помимо расширения вышеуказанных преступных формирований, растет в регионе и преступность граждан КНР, однако с повестки дня необоснованно снят вопрос о возникновении на Дальнем Востоке китайского организованного преступного сообщества.
Заселение Дальнего Востока России китайцами приобретает стихийный характер и сродни "экспансии", только без боевых действий. Многие незаконные мигранты изначально имеют целью переезд через Россию в страны Европы, а безвизовый въезд китайцев только усугубил и без того сложную миграционную обстановку в регионе. Помимо переселения, эта "экспансия" грозит наводнить регион наркотиками, поставить под угрозу истребляемую флору и фауну Дальнего Востока, его морские и лесные ресурсы.
Процессы, происходящие в преступной среде, свидетельствуют о наличии у организованных преступных формирований устойчивых международных и межрегиональных связей. Так, по итогам 1997 года международными связями обладало 14 ОПФ, а межрегиональными 64 ОПГ.
Организованная преступность Дальнего Востока постоянно расширяет свои международные связи с организованной преступностью Японии, Южной и Северной Кореи, Китая (не только северных провинций, но и южных, имеющих оффшорные зоны), США.
Стало традиционным поддержание контактов дальневосточной региональной организованной преступности с преступностью в странах Европы, таких как Германия, Англия, Франция, Греция и др.
Не остаются неизменными формы проявления преступной деятельности организованных преступных формирований.
Наряду с дальнейшей вооружаемостью группировок и увеличением преступлений, связанных с распространением наркотиков, становятся более распространенными бандитские нападения на граждан, похищения людей и незаконные лишения свободы. Только подразделениями РУОП, УОП в 1997 году было раскрыто свыше 230 преступлений, связанных с незаконным оборотом оружия и боеприпасов, изъято около 90 гранат и взрывных устройств.
Помимо организованной преступности общеуголовной направленности, в регионе набирает обороты коррупция. В ходе прошедших выборов в местные администрации и законодательные органы был зафиксирован ряд попыток лиц, имеющих судимости, баллотироваться на выборные должности. К примеру, депутаты Хабаровской краевой и городской Думы, которые во время работы в органах власти были причастны к совершению преступлений, вновь выставляли свои кандидатуры и в ряде случаев были переизбраны в Думу на новый срок.
Таким образом, вхождение организованной преступности Дальнего Востока "во власть" состоялось вновь.
Развитие и состояние организованной преступности Дальнего Востока имеет свои особенности, обусловленные региональной спецификой. Наличие этих особенностей отражается на всех элементах организованной преступности. Удаленность от центра государственного управления отражается на развитии региона. В итоге происходят изменения в структуре, формах проявления и направленности действий организованных преступных группировок. Близость стран Азиатско-Тихоокеанского региона (АТР), наличие сухопутных путей сообщения и развитых морских сообщений обусловливает развитие международных связей. Географическое положение региона с традициями опиекурения, привнесенными из Китая и Кореи, развитая сеть организованных преступных групп способствовали тому, что Дальний Восток стал удобен в качестве перевалочной базы международной наркомафии. Общая система наркоснабжения не является сколь - либо сложной. В регионе имеются все виды наркотиков: опий изготавливается из взращиваемого в Приморье опийного мака; вещества, содержащие тетрагидроканнабинолы, из произрастающей повсеместно дикорастущей конопли (каннабиса); медицинские препараты, в основной своей массе, похищаются из медицинских учреждений или же завозятся из других стран и регионов России.
Социально-экономические, социально-демографические, культурные, геополитические и иные факторы обусловили специфику организованной преступности на Дальнем Востоке. В частности, складывалась ситуация, в которой Дальнему Востоку отводилась роль российских задворок, куда ссылались неугодные государственные деятели, недовольные и попросту преступники. “Культурный центр” России, беспокоясь о чистоте своих рядов, создал на периферии огромный регион с крайне высокими показателями криминальной зараженности населения. К примеру, в десятку городов с наиболее высокими показателями преступности входят города Владивосток, Находка, Хабаровск.
Порой скопление трудоспособного населения использовалось для достижения “великих целей”. Значительную роль в индустриализации Дальнего Востока сыграли многочисленные исправительно-трудовые колонии и спецкомендатуры.
Только в Хабаровском крае до последнего времени располагалось около шестидесяти спецкомендатур. До сих пор действуют свыше десятка исправительно-трудовых колоний с различными режимами содержания. Все это привело к концентрации на Дальнем Востоке лиц с “темным прошлым”, что сказывается на развитии как общеуголовной, так и организованной преступности в регионе, а также уровне ее латентности.
Большое влияние на современную организованную преступность Дальнего Востока оказывают те социальные процессы, которые ранее влияли на развитие профессиональной преступности. Так, заметный след оставил процесс криминальной зараженности населения. Еще в период империалистической войны и интервенции Дальний Восток наводнялся различным уголовным элементом. В поисках легкой добычи по региону гастролировали различного рода профессиональные преступники, в том числе международного масштаба. Во время гражданской войны на Дальний Восток были переведены тюрьмы из Тобольска, Омска, Челябинска, Троицка и других городов Урала и Сибири. Освобожденный из тюрем контингент высылался из Приморья в Приамурье, т.е. Хабаровский край. Многие преступники были амнистированы и освобождены из тюрем постановлением правительства Дальневосточной Республики (ДВР). В последующие годы также проводились мероприятия по разгрузке тюрем, что привело к более высоким показателям уровня рецидива и общей криминальной зараженности населения. На этом фоне возникали такие формы проявления организованной преступности, как бандитизм, контрабанда, наркомания и проституция.
Одним из определяющих этапов развития организованной преступности в целом является развитие теневого рынка.
Особенность развития теневой экономики Дальнего Востока напрямую связана с развитием легальной экономики региона. Дальневосточная экономика связана, прежде всего, с разработкой сырьевых ресурсов и с развитием военно-промышленного комплекса. В условиях жесткого государственного контроля и то, и другое направление наименее подвержено развитию теневой экономики. С другой стороны, слабое развитие социальной инфраструктуры способствовало развитию теневой экономики в сфере торговли и обслуживании населения. К примеру, одной из первых форм бизнеса на Дальнем Востоке, развиваемом и поддерживаемом организованными преступными формированиями “спортсменов” явился игровой бизнес: казино и игровые автоматы.
Следующим этапом развития организованной преступности Дальнего Востока является становление и закрепление организованных форм проявления преступности общеуголовной направленности. В 50-х годах преступная субкультура разрушалась, исчезали группировки “воров в законе”, воровские мафии, снижалась популярность воровской романтики, а в последующие годы и до настоящего времени преступность вновь сформировала свою “элиту”, создала свод “правил поведения”. Вновь лидирующее положение в преступном мире занимают “воры в законе”.
Исправительно-трудовые колонии явились школой формирования, как профессиональной уголовщины, так и выработки “правил поведения авторитетов уголовного мира”.
Зарождение современных организованных преступных формирований Дальнего Востока относится к 70-80 годам. В Приморском крае они начинают свою историю с появлением преступных групп, так называемой “третьей смены”.
С середины 80-х годов на Дальнем Востоке начали оформляться так называемые “воровские общаки”. В интервью газете один из криминальных авторитетов Податев В.П. (кличка «Пудель») пояснял, что “в то время на Дальнем Востоке “воров в законе” не было. Существовало огромное количество преступных группировок, деятельность которых отличалась беспредельностью, не считавшихся ни с кем и ни с чем” . Сам Податев, освободившись из мест лишения свободы, сначала смотрел за “общаком” по всему Хабаровскому краю, а чуть позже поднимал “воровские общаки” в Приморском крае, Сахалинской и Магаданской областях. В личной беседе Податев сообщил одному из авторов этой работы, что после освобождения из мест лишения свободы он столкнулся с крайними формами “беспредела”, творящегося на “воле”. По его мнению, сама идея “воровского братства”, имеющая опыт не одного десятилетия, позволяет установить общие правила поведения даже для разрозненных групп хулиганствующей молодежи, преступников - одиночек и “вообще блатных”.
Первым шагом Податева на “воле” было стремление установить “порядок” в Хабаровске с помощью “общака”. Затем последовали круизы в Приморский край, на Сахалин и далее по всему Дальнему Востоку. В дальнейшем Податев утвердится в своем убеждении о необходимости объединения всех судимых, бывших и настоящих, и создаст ассоциацию “Свобода”, а затем и “Единство”.
Развитие “дальневосточного воровского общака” также связано и с “сибирским воровским общаком”, имеющим центр в Иркутске.
Иркутская область также насыщена исправительно-трудовыми учреждениями, в которых с давних пор сильно влияние “воровского общака”. Уголовные авторитеты иркутян неоднократно наезжали с дружественными визитами на Дальний Восток. Для Москвы Иркутск, Хабаровск и Владивосток - одно целое, периферия.
В беседах с нами осужденные неоднократно рассказывали о всевозможных связях сибирских исправительно-трудовых учреждений с дальневосточными.
Существующая система исправительно-трудовых учреждений, режимы содержания, этапирования объективно позволяет устанавливать межрегиональные связи осужденных. После освобождения из мест лишения свободы остаются знакомства, долги, обязательства. Все это также способствует поддержанию крепких связей в преступном мире.
Следующим этапом развития организованной преступности Дальнего Востока явилась борьба группировок, обусловленная стремлением переподчинения себе региона с крупными природными богатствами.
После организации сети “общаков” Дальний Восток был втянут в проводившийся в конце 80-х и начале 90-х годов раздел сфер влияния “союзных воров в законе”, представителем которых является Иваньков (кличка “Япончик”) и “новых кавказских воров”. Конфликт между ними обострился в 1991 году, когда “кавказцы” пытались переподчинить себе Сибирь и Дальний Восток. В результате борьбы за власть в преступной среде были убиты многие “авторитеты” с обеих сторон. К примеру, в июне “кавказцы” устранили Моисеева (кличка “Мася”), который установил свой авторитет над значительной частью Сибири богатой, как известно, сырьевыми ресурсами и сулящей валютные поступления. Впоследствии в разных уголках СНГ были убиты “кавказские воры в законе”: “Лео”, “Анзор”, “Цао большой”, а с другой стороны Витя, по кличке “Калина”, близкий к «Япончику».
Первые попытки со стороны московских и сибирских воров заставить местных авторитетов платить в “российский воровской общак” были предприняты летом 1990 года. Тогда во Владивосток приехал грузинский вор “Ватулик”, но был убит . В 1991 году из Иркутска на жительство в Приморский край прибыл “вор в законе” Банин (кличка “Бандит”), который и вовлекает Приморье в “битву за общак” России.
В 1994 году в Приморском крае вновь активизировали свою деятельность представители “новых кавказских воров” из Москвы и Иркутска. Обострилась борьба внутри сообщества между лидерами группировок, охватывались новые территории, вовлекались все новые и новые организованные преступные формирования.
На фоне кровавых разборок приморчан в Хабаровском крае наблюдалось относительное спокойствие. Ответственный за Дальний Восток “вор в законе” Васин (“Джем”) поддерживал относительный порядок и обеспечивал спокойную обстановку в преступных кругах Хабаровского края. Являясь сторонником Иванькова, и будучи “коронованным” ворами “Кокой” и “Дато Ташкентским”, Васин, в то же время, встречался с представителями "кавказцев" и даже выступал по местному телевидению с призывом о “мире” и “сотрудничестве” преступных кланов, резко осуждая элементы национализма в среде лидеров организованных преступных формирований.
В прошлом Васиным были предприняты попытки создать дальневосточную группу “воров в законе” и собственный дальневосточный “воровской совет”. Для этого в 1990 - 1993 годах по инициативе Васина были объявлены “ворами в законе” семь человек. Летом 1996 года освободился Китаев (кличка “Китаец”) и пополнил ряды авторитетов в Хабаровске. Силами правоохранительных органов выведены из их числа Стрелков (кличка “Стрела”) и Сахнов (кличка “Сахно“), которые были арестованы в связи с совершением ими преступлений, а “воровской сходкой” “развенчаны”, т.е. лишены статуса “вора в законе” Турбин (кличка “Турбинка”) и Литвиненко (кличка “Литвин”) . Фактически “воровской общак” возглавляют “Джем”, “Доля” и “Ева”. В воровском “табеле о рангах” “Джем” последние годы входит в десятку наиболее авторитетных “воров в законе” России.
Тем не менее спокойная обстановка в структурах организованной преступности Хабаровского края к середине 1990-х годов постепенно переходила к конфликтному состоянию. Наиболее значимым из первых явился конфликт между Васиным (“Джемом”) и Податевым (“Пуделем”).
Податев в то время являлся “ответственным” за Хабаровский “воровской общак” и совместно с И. Риммером активно участвовал в общественной и благотворительной деятельности. В беседе с нами Податев отмечал, что деятельность приверженцев старой воровской идеи во многом носит справедливый характер. “Вор” не терпит и не допускает насилия, не отбирает последнего, никогда не убивает, в кражах участвует сам, за что и несет ответственность, помогает тем, кто находится в местах лишения свободы и их родственникам. Хабаровчанам запомнился “прогон” “Володи Пуделя”, по которому осуждались грабежи и разбои на улицах города, кражи у стариков и студентов. “Облагодетельствованные” таким образом пенсионеры благодарили Володю “Пуделя” на страницах местной печати . На вопрос, почему сам Податев не придерживается воровского кодекса, он ответил, что “вором в законе” никогда не являлся, но некоторые положения из оного приветствует. Конфликт с Джемом, по его мнению, у него возник в связи с отходом некоторых “авторитетов” от “воровского кодекса” под влиянием “новых людей” . В связи с этим событием Хабаровское телевидение даже прерывало местные передачи только для того, чтобы сообщить, что жизни Податева угрожает опасность.
После отхода Податева от воровских дел и перехода в легальный бизнес хабаровский “общак” перешел под “присмотр” лидера преступного мира Киселева известного под кличкой “Кисель”, но через некоторое время был заменен Васиным на Вадима Беляева, хотя держателем “воровской кассы” все же оставался “Кисель”.
Именно Беляев (кличка “Беляй”) явился в Хабаровск, чтобы засвидетельствовать отход Податева от “воровского общака” и занял место “ответственного”. Опасность этого места дала о себе знать менее чем через год. Беляев выехал в Москву на встречу с московскими “ворами” и был убит. На похороны Беляева летом 1995 года в Хабаровск съехались “авторитеты” со всего региона. “Ответственным" за “общаковскую кассу” становится “Кисель”, место "ответственного" за Хабаровск занял Сергей Меркумянцев (кличка “Сосед”), приехавший в Хабаровск следом за “Беляем” и являвшийся его другом. Спустя несколько месяцев на Камчатке был убит приехавший с визитом из “центра” вор в законе “Яша Бакинский”, но на этом разборки не закончились. К концу 1996 года у “Соседа” создалась напряженная ситуация с представителями организованных преступных формирований Хабаровска, а взорванный в 1996 году джип Меркумянцева - только предупреждение “общака” неисполнительному “ответственному за город”.
Анализируя деятельность "Киселя", можно сделать вывод, что быть убитым своей "воровской братвой" ему не хотелось, и тогда он предпринял более жесткие меры по сбору средств в "общак". За его ревностное служение "воровскому общаку" хабаровскими коммерсантами он характеризовался как "беспредельщик" и крохобор. Однако скоропостижной смерти ему избежать не удалось, а заказчиком его убийства явился, по официальной версии, Конкин Сергей - представитель второго по значимости на Дальнем Востоке преступного сообщества, состоящего из "криминальных спортсменов" .
Наиболее значимую роль в структуре организованной преступности Дальнего Востока играет “воровской общак”. В целом, он имеет ряд особенностей. К примеру, он поддерживает теснейшую связь со “святая святых” преступного мира - исправительно-трудовыми учреждениями.

Дальневосточный “Воровской Общак”

“Вольный воровской общак” “Общак в местах лишения свободы”

На свободе имеются “ответственные” от “общака” для наблюдения за ИТУ. Безусловно, они назначаются и снимаются при участии самого “Джема”.

“Воровской общак” мест лишения
свободы

Комсомольск-на-Амуре. Руководитель “"Джем"”

ИТК -1
отв.“Тупыч”, “Робик”
ИТК - 7
отв. “Зема”
ИТК - 5
отв. “Петлюра”
ИТК - 13
отв. “Сапог”
ИТК - 10
отв. “Сахно”

и т.д.
Структура организованных преступных организаций в ИТУ во многом повторяет внутреннюю структуру исправительных учреждений. Имеется институт “ответственных” за промышленную и жилую зоны, штрафной изолятор, помещение камерного типа и т.п. Налажена постоянная связь воли с зоной. Как правило, используются либо пересылочные пункты, либо следственные изоляторы, либо лечебные заведения. Последний канал, в частности, широко используется в Иркутской области. Обусловлено это тем, что “профессиональная болезнь” лиц, отбывающих наказание, - туберкулез легких не знает ни границ, ни специальных учреждений, ни режимов содержания.
Организованная преступность в местах лишения свободы Дальнего Востока является лишь частью, хотя весьма важной и специфичной, единой организованной преступности региона.
Другим характерным признаком Хабаровского преступного сообщества “общак” является его стремление к расширению межрегиональных и, что очень неблагоприятно, международных связей. Тактика, проводимая “Джемом” в этом направлении, показывает, что для слияния организованной преступности в мощную организованную структуру, независимо от государственных границ и национальной принадлежности, препятствий практически не существует. В одном из интервью хабаровскому телевидению он заявил, что будет беспощаден ко всяким проявлениям национализма. Все это находит подтверждение в преступных формированиях нижнего звена.
Анализ складывающейся обстановки показывает, что в последние годы продолжается процесс консолидации преступного элемента в организованные преступные сообщества, усиливается влияние лидеров “воровского общака”, происходит процесс сращивания организованных преступных группировок, входящих в “дальневосточный воровской общак”, с коммерческими структурами, спортивными, благотворительными и общественными организациями.
Аналогичные тенденции сохранятся и в будущем. Вместе с тем обострятся противоречия между организованными преступными формированиями, входящими в “общак”, этническими формированиями и формированиями “спортсменов”. Продолжится борьба внутри группировок за лидерство; возрастет контрабанда сырья и стратегических материалов; увеличится число хищений в сфере добычи драгоценных металлов и производства нефтепродуктов; возрастет число преступлений, связанных с банкротством коммерческих банков, акционерных обществ и предприятий. На этом фоне произойдет: рост должностных преступлений среди коррумпированных чиновников в органах власти и управления; увеличится число разбойных нападений на коммерческие структуры и квартиры состоятельных граждан; возрастет количество поступлений наркотических средств из-за рубежа, в первую очередь из Китая и Корейской Народной Демократической Республики (КНДР); оживится деятельность организованных преступных групп, действующих в сфере наркобизнеса.
В виду разрастающейся коррупции в системе правоохранительных органов, усилении убеждений граждан в бессилии милиции и развития кризиса доверия власти, при общем падении нравов увеличится латентность преступности, что скажется на регистрации совершенных преступлений.
Итак, организованная преступность Дальнего Востока имеет свои особенности. Хотя ее позиции и не столь влиятельны в России, как позиции организованной преступности центра, но для региона она является серьезным фактором, влияющим на социальную жизнь. Она выступает координатором преступной деятельности группировок уголовников, сказывается на воспитании молодежи, на легальной и нелегальной деятельности предпринимателей.
Организованная преступность Дальнего Востока стремится к установлению контроля над органами муниципальной власти, а авторитеты организованной преступности в равной мере делят контрольно-распорядительные полномочия с государственными структурами региона, являются негласными хозяевами краев и областей. Она установила собственную систему управления и регулирования общественных отношений.

Таким образом, организованная преступность Дальнего Востока прошла этап становления, развития и закрепления в обществе. На очереди - задача добиться постоянного функционирования, закрепления в органах власти, что частично реализовано, а также установление контроля над региональной экономикой.

§ 2 Организованные преступные формирования Дальневосточного региона.

1.Общее количество организованных преступных формирований Дальнего Востока постоянно увеличивается, растет число активных лидеров, расширяются их международные и межрегиональные связи, расширяется сфера их влияния, углубляется их проникновение в экономику региона.
Специализированными региональными подразделениями МВД ежегодно выявляется порядка 250 - 300 группировок и столько же ликвидируется.

“Количественные показатели ОП Дальнего Востока по данным РУОП МВД за 1994 - 1997 годы”

Дальневосточный регион 1994 1995 1996 1997
Выявлено ОПГ за текущий год 204 305 312 335
Ликв. ОПГ за текущий год 117 245 339 235
Состоит на учете орг.прест. групп 231 291 264 328
Состоит на учете участников ОПГ 1668 2152 1069 1388

Большая часть организованных преступных формирований расположена в Хабаровском и Приморском краях, наименьшее количество в Амурской и Магаданской областях .

РУОП повсеместно Хабаро-вский край . Примор-ский
край
Е А О Амур-ская обл. Саха-линская обл. Кам-чатская обл. Мага-данская
обл. По региону
Выявлено новых ОПГ в 1996/1997г. *
/
19 87
/
76 84
/
95 26
/
34 12
/
27 38
/
33 48
/
39 17
/
12 312
/
335
Ликвидиро-вано ОПГ в 1996/1997 г. *
/
10 96
/
41 97
/
67 23
/
31 9
/
17 48
/
31 26
/
23 40
/
15 339
/
235
Состоит на учете ОПГ по итогам 1996/1997г. *
/
21 73
/
88 60
/
88 19
/
21 13
/
20 35
/
22 48
/
53 16
/
15 264
/
328
Кол-во участников ОПГ по итогам года. *
/
120 360
/
352 144
/
332 117
/
78 54
/
83 165
/
180 178
/
197 51
/
46 1069
/
1388

Количество членов в организованных преступных группах различно и зависит от направленности деятельности группы. Анализ уголовных дел показал, что в 1994 году в среднем группы состояли из семи - восьми, в 1995 году пяти, а в 1996/1997 свыше восьми участников.

Наличие преступных сообществ в краях и областях
Дальнего Востока по итогам 1996 года
Хабаро-вский край . Примор-ский
край
Е А О Амур-ская обл. Сахалин-ская обл. Камчат-ская обл. Мага-данская
обл.
“Воровской общак” + + + + + + +
“Азербай-джанцы” + + + + + + -
“Чеченцы” + + + - - + -
“Корейцы” + + - - + + -
“Спорт-смены” + + + + - - -

Правоохранительными органами Дальневосточного региона ежегодно раскрывается порядка полутора тысяч преступлений, совершенных членами организованных преступных формирований. Так, в 1994 году ими было раскрыто 1271 преступление, в 1995, 1996 и 1997 годах 1581, 1802 и 1853 преступления соответственно. В их числе наибольшие тенденции роста имеют преступления , связанные с незаконным оборотом наркотиков и оружия, т.е. такие преступления, которые характерны организованной преступности не только России, но и организованной преступности зарубежных стран.
Организованные преступные формирования Дальневосточного региона представляют собой разветвленную систему, имеющую установившиеся связи друг с другом, иерархическое построение, основанное на принципе “главное - дочернее” формирование. Наиболее значимым из них является дальневосточный “воровской общак”, созданный “ворами в законе” и поддерживаемый ими .

Количество ОПФ
составляющих ДВ “воровской общак” Количество активных
членов ДВ
“воровского общака”
1995 1996 1997 1995 1996 1997
Хабаровский край 42 46 52 224 390 450
Приморский край 8 7 22 191 286 495
Амурская область 7 5 10 43 51 50
Еврейская авт. обл. 10 12 27 271 80 90
Сахалинская обл. 44 25 22 209 170 200
Камчатская область 23 30 33 103 128 180
Всего 134 125 166 1061 1105 1465

“Общак” представляет собой разветвленную структуру, связанную с “Сибирским общаком” (Иркутск) и “Московским центром”.

Москва.
Организованная преступность России

Ответственный от “московского воровского общака”
Тоточия О.Г. (кличка “Батя”), “вор в законе”.

Дальневосточный “воровской общак”

Чтобы проследить пространственный размах дальневосточного “воровского общака”, достаточно указать на наличие в каждом городе, населенном пункте и районах региона “ответственных”, у которых, в свою очередь, находятся в подчинении ответственные за районы, улицы, за определенный вид деятельности, за выполнение определенных функций, направленных на соорганизацию структуры, на поддержание ее жизнеспособности и т.д.
Так, к примеру, за Сахалинскую область "отвечает" "вор в законе" "Ева" (Семакин), за Приморье " вор в законе " "Волчек" (Волков А.А.), за Камчатку авторитеты Стрельцов Э.В. и Василенко Г.А., за Якутию Шохирев и "Лепёха" (Лепешкин С.А.) .
Анализ деятельности “воровского общака” позволяет сделать вывод о монопольном его управлении лидером - Васиным Е. (кличка “Джем”). Ближайшее окружение “Джема” выполняет ряд делегированных им функций. Так, “С” отвечал за подбор и вовлечение в преступную деятельность молодежи, поскольку сам в возрасте до 20 лет возводился в ранг “вора в законе”. Другой помощник “Джема” “Д” отвечает за доставку “общаковой кассы” в “Московский воровской центр”.
Как уже отмечалось ранее, На Дальнем Востоке сконцентрировано большое количество исправительно-трудовых учреждений, что также отражается на структуре организованных преступных формирований региональной организованной преступности. Это обусловило выделение в разряд приоритетных направлений деятельности поддержание четко отлаженной связи Дальневосточного “воровского общака” с местами лишения свободы. Именно наличие связей с исправительно-трудовыми учреждениями (ИТУ) обусловливает приоритетную роль “воровского общака” в структуре организованной преступности Дальневосточного региона.
В Хабаровском крае, являющемся вотчиной Дальневосточного “воровского общака”, действует свыше 50 организованных преступных групп, объединяющих более 450 “общаковцев”.
Николаевск-на-Амуре. В Николаевске-на-Амуре функционирует около 10 организованных преступных формирований от “воровского общака”. Лидерами являются “Карандаш”, “Джав”, “Крашня”, “Казак”, “Желудок”, “Романчик” и другие. В связи с наличием морского порта деятельность местных преступных формирований направлена на осуществление автобизнеса и связанных с ним вымогательств, грабежей, разбоев, краж и угонов автотранспорта.
Советская Гавань и Ванино. Лидерами организованных преступных формирований, действующих в этих населенных пунктах, являются “Петлюра”, “Белый”, “Пожар”, “Тупыч”, “Робик” и другие. Большое влияние на формы проявления преступной деятельности групп также оказывает международный морской порт. Основными направлениями их деятельности являются автобизнес, экспорт леса, морепродуктов и нефтепродуктов.
Изолированность этих населенных пунктов обусловила и дополнительное направление деятельности - контроль за перегоняемыми в Комсомольск-на-Амуре и Хабаровск автомобилями. В связи с этим имелся факт, когда некий покупатель автомобиля предъявлял письмо с просьбой не задерживать и оказывать предъявителю всяческое содействие, подписанное Податевым В.П., в тот период еще являвшимся криминальным авторитетом и “ответственным” от “воровского общака” за Хабаровск.
Сахалинская область. Представителем от Дальневосточного “воровского общака” является "вор в законе" "Ева" (Семакин).
В качестве основных форм проявления для сахалинских организованных преступных формирований является автобизнес, контрабанда, продажа морепродуктов, нефтепродуктов, а также совершение финансовых махинаций. Это обусловлено природным богатством острова и заинтересованностью иностранных фирм в их получении. "Ответственным" от общака за преступный бизнес является "Лопух" (Тюкавин А.Ю.), но за вторжение "общака" в нефтяную разработку Сахалинского шельфа "ответственен" непосредственно Семакин.
До 1992 года Сахалинский “общак” являлся самостоятельной структурой, имеющей межрегиональные связи, в частности с Хабаровским “общаком”, после чего наметилась тенденция усиления влияния на него со стороны “воров в законе” из Москвы . В результате постороннего (не Дальневосточного воздействия) в 1994 году в Сахалинской области возникло 4 обособленных друг от друга организованных преступных сообщества. В результате активных действий правоохранительных органов с Сахалина выехали все “воры в законе”, как ранее там проживавшие, так и приезжие: Семакин (“Ева”), Джеджия (“Вальтер”), Джиникашвили (“Мамука”) и Никогда (“Батя”). Привлечен к уголовной ответственности по ст. 224 ч. 3 Шония Чиро (“Чира”). Был арестован, бежал и вновь задержан в Москве.
В целом сеть Сахалинского “воровского общака” на начало 1996 года составляла 44 организованных преступных формирования, которые объединяли 209 активных членов. В последующие годы количество преступных формирований снизилось, но количество членов преступных группировок остается на высоком уровне.
Еврейская автономная область (ЕАО). Структуру Дальневосточного “воровского общака” в ЕАО составляло в 1995 году 10, в 1996 и 1997 годах 12 и 27 организованных преступных формирований соответственно. "Ответственным" за область являлся до последнего времени “Рыжий”. Большое влияние на формы проявления преступной деятельности оказывают северные районы Китая с развитым производством наркотических веществ. Спрос на сырьевые ресурсы и близость границ обусловливает наличие контрабандного вывоза цветных металлов. Развивающаяся финансовая система, направленная на обеспечение развития межгосударственной торговли, также попадает в сферу интересов организованных преступных групп, в результате чего ими совершаются финансовые махинации. Наименьшее развитие получает такая форма проявления преступной деятельности, как автобизнес.
Амурская область. Из территориальных единиц Дальнего востока Амурская область наименее подвержена воздействию Дальневосточного “воровского общака”, хотя и здесь имеется “ответственный”. В 1994 - 1995 годах таковым являлся “вор в законе” - “Ева”. В настоящее время “авторитеты” высказывают намерение создать прочный Амурский “воровской общак”.
В Амурской области действует порядка 10 преступных формирований общеуголовной направленности, входящих в структуру Дальневосточного “воровского общака”. Наиболее характерные для них формы проявления преступной деятельности - кражи и вымогательства. Большую роль в пополнении “общаковой кассы” играет и наркобизнес: продажа маковой соломки, гашиша и эфедрона, поставленного из северного Китая.
Магаданская область. ”Воровской общак” является основным преступным формированием Магаданской области. В начале 90-х годов им контролировалось около 20 коммерческих предприятий, как правило, торговли. Деньги, полученные с них, передавались на подкуп должностных лиц, использовались для освобождения членов организованных преступных формирований из под стражи под залог, вовлечения в преступную деятельность несовершеннолетних и “подогрева” ИТУ .
Региональной особенностью является направленность преступной деятельности на совершение преступлений, связанных с промышленным золотом, поскольку общее число горнодобывающих предприятий и старательских артелей в 1992 году достигло 125.
Подводя итог, следует еще раз отметить, что “воровской общак” Дальнего Востока является главенствующим в структуре организованной преступности региона, наиболее структурированным и, сохраняя бандитскую направленность, представляет наибольшую опасность для населения.
Второй по значимости в структуре организованной преступности Дальнего Востока после “воровского общака” является структура, в основе которой стоит “спортивная мафия”. Например, в Хабаровске наибольшее значение имеют организованные преступные формирования, производные от спортивных клубов Киокушинкай карате, Спортивного клуба армии и “Россич”. Деятельность этих формирований менее структурирована нежели "воровской общак", но их мощь, в том числе и физическая, гораздо выше.
Первоначально деятельность этих формирований была связана с “рэкетом” как в открытой форме (вымогательство), так и в “завуалированной” (оказание охранных услуг, создание “крыш”). В настоящее время в деятельности спортивных группировок прослеживается тенденция перехода в легальный бизнес. Например, у истоков игорного бизнеса стояли руководители организации Киокушинкай карате. Ими были приобретены первые игровые автоматы и установлены сначала в Хабаровском аэропорту, а затем и в других районах города. Спустя некоторое время игорный бизнес получил свое развитие в виде открывшихся казино, но уже членами “воровского общака”.
Создав стартовый капитал и постоянно взаимодействуя с различного рода коммерческими структурами, спортивные группировки начали активно внедряться в легальный бизнес путем включения в состав учредителей коммерческих структур своих людей. При этом следует отметить, что данный вид деятельности не вступает в противоречие с законом и во многих случаях способствует развитию частного предпринимательства. Коммерческим фирмам, в состав учредителей которых входят представители спортивных “группировок”, предлагается документ, являющийся неким гарантом от возможных посягательств вымогателей, за подписью президента восточно-российской организации Киокушинкай карате (далее ВРОКК).

“Для фирм, где ВРОКК выступает учредителем.
Чтобы прекратить ненужные разговоры о том, что Восточно-Российская Организация только берет деньги, заставляя работать на себя фирмы, еще раз хочу определиться в наших взаимоотношениях.
- Директор фирмы возглавляет ее, несет прямую ответственность /юридическую и моральную/ за деятельностью фирмы.
- Учредители имеют право осуществлять только контролирующие функции. Ни в коем случае, ни учредители, ни сотрудники ни под каким предлогом не должны вмешиваться в деятельность фирмы, тем более в кассу. Деньги могут получать только сотрудники и только в соответствии и объемом и качеством выполненной работы.
- Фирма заключает спонсорский договор с Организацией, в соответствии с которым фирма на развитие спорта перечисляет 1.000.000 рублей/мес.
- Один раз в квартал осуществляется распределение дивидендов. По желанию собрания учредителей дивиденды могут быть выплачены учредителям, либо вложены в развитие производства.
Никаких дополнительных платежей, “поборов” от лица Организации никто не имеет право требовать от Вас. Такие люди будут нами жестко наказаны.
Наша задача, так же как и Ваша, создать все условия для развития Вашей фирмы.
С уважением (подпись)
Президент ДВОКК .
В случае возникновения конфликтной ситуации или трудностей в Вашей деятельности, просьба обращаться напрямую ко мне .”

Помимо ДВОКК в Хабаровске существует множество различных спортивных клубов, как производных от последней, так и не входящих в нее. Если руководство ДВОКК прилагает все усилия, чтобы повысить свой авторитет и отойти от прежних форм деятельности, то проконтролировать законопослушность других членов крайне затруднительно. Кроме создания “крыши” коммерческим структурам, деятельность некоторых спортивных группировок направлена и на защиту сбытчиков “наркотиков” на так называемых “ямах”, т.е. квартирах, где сбывают наркотические вещества). Представителями спортклуба Киокушинкай карате и “Тайгер” в Хабаровске были зарегистрированы ряд фирм, основным видом деятельности которых является организованная проституция. В качестве сутенеров выступают члены организованных преступных формирований.
“Спортивное преступное сообщество” в Дальневосточном регионе в 1995 - 1997 годах составляло 15 - 16 организованных преступных групп, объединявших около 300 активных членов. Большая часть группировок располагалось в Хабаровском крае (10) и Амурской области (4).
Единства в руководстве преступным сообществом нет, как это наблюдается в “воровском общаке”, но группы объединяемы принадлежностью к спорту. Так, в конце 80-х и начале 90-х годов произошел раскол организации Киокушинкай карате из-за непоследовательной политики, проводимой некоторыми московскими руководителями данного стиля. Из некогда единой организации Киокушинкай вышло ряд тренеров, создавших свои группы и рассеявшихся по Дальнему Востоку . В результате ряд групп спортсменов являются приверженцами Японского каратэ и составляют ДВОКК, а часть являются приверженцами Московского филиала - стиль Киокусинкай, возглавляемый Танюшкиным А.
Следующими по значимости в структуре организованной преступности Дальнего востока являются организованные преступные формирования, объединенные по этническому признаку. Такие формирования составляют малую часть из числа зарегистрированных. Формы проявления преступной деятельности этнических формирований отличаются от деятельности неэтнических, прежде всего направленностью. Этнические группировки, состоящие из лиц кавказских национальностей, отличает жестокость и цинизм действий, бандитская направленность и вооруженность, как неотъемлемый элемент их характеристики. Примером тому может служить Хабаровская банда из лиц грузинской национальности, совершавшая налеты на квартиры .
Практика расследований преступлений в Магаданской области показывает, что основными скупщиками и организаторами перевозки промышленного золота за пределы области являются лица ингушской национальности. Данные формирования не только аккумулировали в себе особенности региона, но и привнесли с собой нравы и обычаи своих народов. Их отличает жесткая дисциплина, подчинение старшему, взаимовыручка и следование общей цели, зачастую связанной с интересами их родины.
В отличие от других регионов России правоохранительные органы Дальнего востока столкнулись с необходимостью противостоять организованным преступным формированиям зарубежных стран, прежде всего Северной Кореи и Китая. Обусловлено это и географическим положением и сложившейся в последние годы геополитической ситуацией. Еще в 1994 году из 8 выявленных в Хабаровске этнических организованных преступных групп 2 состояли из корейцев. К началу 1998 года их число выросло до 10 с общей численностью активных членов свыше 150 человек. Формированию иностранных организованных преступных группировок способствует такая форма проявления организованной преступности, как организованная незаконная миграция. Угрожающей становится тенденция проникновения китайских и корейских граждан на территорию Дальнего Востока России. Развитие туристического бизнеса способствует тому, что в регионе постоянно находится огромное количество иностранцев, часть из которых просто не возвращается в свои страны.
Этому бизнесу благоприятствует то, что в нем имеется слишком много заинтересованных лиц, как с зарубежной стороны, так и со стороны внутренней организованной преступности. Во-первых, прибыльность бизнеса обусловливает интерес к нему со стороны российских организованных преступных формирований, а во-вторых, внешняя политика стран АТР предполагает проведение миграции своего населения на Дальний Восток России и его закрепление. Используя изменение российской геополитики, иностранные спецслужбы проводят работу на территории России по закреплению своего положения, при этом используются связи с организованными преступными формированиями.
Направленность деятельности данных формирований - поставка наркотиков в Россию: из Северной Кореи опийной группы (сырьем является мак), из Китая эфедрона (сырьем является федр). Из России вывозятся драгоценные и цветные металлы, валюта (прежде всего доллары США), нефтепродукты, лес. Добываются, скупаются и вывозятся дальневосточные дикоросы: женьшень, элеутерокок и т.д. Промышляется и скупается желчь медведя, струя кабарги, вывозится морепродукция.
Кроме вывоза ресурсов, ввоза наркотиков и ширпотреба, организованные преступные формирования совершают и преступления, относимые к общеуголовным. Их жертвами становятся, как правило, иностранцы из числа туристов и нелегалов той же национальности .
В Приморье к концу 1996 года действовало несколько преступных китайских группировок, сформированных по территориальному принципу. В них состоят, в основном, выходцы из двух беднейших северных китайских провинций - Хэйлунцзян и Цзилинь. Известны “ванцинская” (г. Ванцинь) и “янбенская” (г. Янбень) группировки, а так же группировки с названием “Голова змеи” и “Рассерженная собака”.
Примером возникновения и функционирования таких формирований может служить группировка “Волки”, возглавляемая гражданином Китая Ли Дэ Цюань, он же Лян Цюань Нань (кличка “Лао Да”- “Пахан”). Ранее судим в Китае за разбойное нападение и связанный с организованной преступностью Китая, “Лао Да” является лидером группировки, состоящей из 15 человек, занимающейся разбойными нападениями на китайцев в Приморском крае. Жертвами разбойных нападений и вымогательств являются в основной массе китайские граждане - нелегалы из их числа, либо нарушающие правила проживания в России, т.е. те, кто нарушая закон не обратится в правоохранительные органы.
Таким образом, в первом полугодии 1996 года в Дальневосточном регионе структурно оформились преступные сообщества из лиц чеченской, азербайджанской, и корейской национальностей.
“Чеченское сообщество” объединяется чеченской диаспорой, возглавляемой Хатуевым ("Аслан") проживавшим в г. Находка. Группировкой Хатуева контролируется два коммерческих банка и ряд крупных коммерческих предприятий. Составляют “сообщество” 10 организованных преступных групп, объединяющих свыше 120 человек.
В 1997 году правоохранительными органами выделялись приоритеты преступной деятельность чеченцев. Таковыми являлись вымогательство и мошенничество в банковской системе. В частности, в марте 1997 года подразделениями УОП был задержан Бабарыкин, который в результате заранее спланированной операции, организовал сбыт поддельных векселей сбербанка России на сумму 7.1 млрд. рублей. Деньги, в сумме 6.2 млрд. рублей были перечислены в г. Москва на счета нескольких фирм. Данная преступая операция разрабатывалась и проводилась при участии чеченцев.
“Азербайджанское сообщество” в 1994 – 1995 годах состояло из 21 организованной преступной группы, объединявшей около 200 активных членов. В последующие годы, благодаря вливанию в них лиц иных национальностей, ряд группировок перестали представлять собой чисто этнические формирования. По итогам 1997 года выше означенное преступное сообщество состояло из 12 организованных преступных формирований, включавших в себя до 200 человек. Более половины из них находятся в Хабаровском крае.
Основными направлениями преступной деятельности членов азербайджанского преступного сообщества в последние годы являются незаконный оборот спиртного, наркотиков, незаконный экспорт (оборот) цветных металлов и промышленного золота.
“Корейское преступное сообщество” составляют меньшее количество преступных групп, но с большим количеством членов в группах. Из 14 организованных групп по одной находится в Приморском крае и Сахалинской области, четыре в Хабаровском крае и восемь на Камчатке. Общее количество активных членов “корейского преступного сообщества” равняется 160 человекам.
Основными направлениями преступной деятельности членов корейского преступного сообщества являются незаконный автобизнес (кражи, разукомплектование), мошенничество, наркобизнес, проституция.
Наглядным примером развития и функционирования “корейских преступных группировок” является сахалинская группировка, во главе которой стоял Ким Кен Чен (кличка “Камбала”). Ближайшее его окружение состояло из 12 человек, которые, в свою очередь, имели устойчивые связи еще с 7 участниками группировки. В качестве “рядовых солдат” безопасность “старших” обеспечивали еще 20 человек из числа молодежи 20-25 лет которыми руководил ответственный за безопасность Се Дон Киль (кличка “Груня”). Установленные межличностные связи не позволяли каждому участнику устанавливать контакты более чем с тремя членами группы. Руководители при выполнении своих задач также использовали помощь лиц не входящих в состав группы. Особенно подобную помощь использовал Синь Хен Юнь (кличка “Син”), старавшийся не допускать длительных контактов с кем либо и “работающий” в одиночку.
Формами проявления преступной деятельности группировки являлись квартирные кражи, иногда свыше 10 одновременно, грабежи и разбойные нападения на морские суда, откровенные вымогательства, сопряженные с грабежами, поставки и распространение наркотиков, автобизнес. Ближайший сподвижник руководителя группировки Синь Хен Юн, поставляющий наркотик, ежемесячно выезжает в Японию и Северную Корею1 . Действующие на территории Дальнего Востока этнические группировки создают благоприятную почву для установления и поддержания международного и межрегионального сотрудничества организованных преступных формирований.
Криминальный бизнес прочно связал Дальневосточную организованную преступность со всеми странами Азиатско-Тихоокеанского региона (АТР) и рядом стран Европы. Упрочены постоянные связи с регионами России и стран СНГ. Организованная преступность Дальнего Востока стала составным элементом общей международной преступности, влияющей на положение дел в регионе, в стране и оказывающей определенное влияние на расширение международных отношений. По мнению одного из бывших работников ФСБ, еще с конца 80-х годов лидеры преступного мира, деятельность которых отслеживалась первоначально группой Федеральной службы безопасности, регулярно вылетали в США, а после поселения там Иванькова визиты дальневосточников носили почти еженедельный характер.
Дальнейшее повсеместное проникновение будет зависеть от принимаемых в отношении ее мер позитивного контроля со стороны государственных органов, обеспечения слаженности действий силовых структур, установления единства целей их деятельности, разработки и внедрения действенного законодательства.
Таким образом, для Дальнего Востока России характерен общий драматический процесс, который продолжается в стране. Этот процесс достаточно точно был обозначен Л. Шелли, директором Центра транснациональной преступности при Американском университете, как «разворовывание российского государства»2 .
Масштабы данного процесса в дальневосточной периферии страны, пожалуй, еще более велики.

# 3. Особенности организованной преступности в Приморье

1. Экономика края и организованная преступность.
Специфика проявлений организованной преступности в Приморье определяется в значительной степени особенностями той социально-экономической роли, которую играет край на Дальнем Востоке и России в целом.
Так, удельный вес Приморского края, - по данным таможенных органов, в общем числе участников внешнеэкономической деятельности Дальнего Востока составил в 1997 году 41,8 %. Удельный вес (в том же году) стоимости экспорта составил 31,5 %, а импорта - 36,8 %. Необычайно велик в крае и объем бартерных сделок, удельный вес которых (по стоимости) среди всех краев и областей региона в 1996 году составил 49,3 %, а в 1997 году вырос на 57,9 %. Известно, что бартерные операции не дают прямой валютной выручки, а экономическая целесообразность их нередко вызывает сомнения.
Внешнеэкономическая деятельность относится к сферам, участие в которой сулит получение сверхдоходов. А возможность извлечения последних и служит объективной основой разрастания экономической и организованной преступности, включая их самую опасную разновидность - организованную преступность в экономической сфере.
Основные ресурсы края (рыба, лес, полезные ископаемые, объекты приватизации: суда, объекты военной конверсии и т.д.) последние годы активно вывозились (и, вероятно, вывозятся) за границу, продавались по низким ценам за вознаграждение, а теневые средства оседали в зарубежных банках. Этому способствовало, как считают специалисты, создание в крае в 1993 году ПАКТа (Приморская Акционерная Компания Товаропроизводителей). Создание данной компании повлекло приватизацию руководителями края немалой части богатств.
Создается впечатление, что этой проблемой в крае по настоящему и серьезно никто не занимается. В качестве одного из примеров можно привести публикации в прессе о «Дальпушнине», где речь идет о том, как сотни миллиардов рублей были приватизированы в пользу кучки 3-4 руководителей этой компании. Большая часть средств была перекачана на личные счета в банки либо в свои частные фирмы.1
Такая же ситуация была и с «Приморрыбпромом», это ожидает и рыбодобывающие отрасли и другие.
Поэтому напрашивается вывод: новые формы экономической организованной преступности не только не выявляются должным образом, но и правоохранительные органы переориентируются на борьбу лишь с общеуголовной преступностью.
Такая позиция выгодна для чиновников, т.к. довольно большая часть из них коррумпирована. Это положение выгодно и для правоохранительных органов, т.к. они переориентированы на «палочную» систему работы: чем больше ими регистрируется преступлений, независимо от их сложности, тем лучше. Доходит до того, что сотрудники управления по борьбе с организованной преступностью нередко занимаются работой, которую должны выполнять милиционер ППС или ГАИ. При таком положении ни о какой реальной борьбе с организованной преступность не может быть и речи.
Оценивая общую экономическую ситуацию «черного рынка», лидеры общеуголовной (спортивной и уголовной) преступности в настоящее время ведут борьбу с целью побольше «урвать» средств для обогащения.
Организованная преступность Приморья сегодня вышла за рамки отдельных групп. Она неодолимо сливается с государственными органами. В этой связи неизбежно широкое распространение коррупции, борьба с которой в крае почти не ведется. В результате все чаще сотрудники правоохранительных и контролирующих органов слышат упоминание о некоей «красной крыше».
Таким образом, современная организованная преступность Приморья - это не только проявление ее в традиционных общеуголовных преступлениях (разбои, вымогательства, похищение людей и т.д.), но в большей части она проявляется в различных формах распределения форм влияния в экономике, политике и других областях с целью получения сверхдоходов.

2. Развитие организованной преступности в крае. Современная организованная преступность (ОП) Приморского края имеет свою собственную историю становления и развития. Не вдаваясь в подробности далекого прошлого ОП Приморья,1 остановимся на её последних этапах, которая продолжается до сегодняшнего дня. Она основывается большей частью на материалах средств массовой информации, результатах личного наблюдения и из бесед с работниками правоохранительных органов.
Зарождение современных организованных преступных формирований (ОПФ) Приморья относится к 70-80 годам. Они начинают свою историю с появлением преступных групп так называемой “третьей смены”. По замыслу одного из основателей этой “смены” Анатолия Коваля (одна из версий), его сподвижники шли на грабежи и разбои как на работу в “третью смену” наравне с производственными трудовыми коллективами.
О ”третьей смене” в то время заговорили не только в преступной среде и правоохранительных органах, но и в местной печати.1 Народу явился новый тип преступника. Интеллектуал, широко образованный, с крепкими мускулами спортсмена, самодовольный, уверенный в себе, никого и ничего не боящийся. Будущий хозяин кооперативов, баров, ресторанов, казино, гостиниц, банков, всевозможных АО, ТОО, ООО и т.п. организаций. На примере некоторых из этих “интеллектуалов” преступного мира можно проследить их дальнейший жизненный путь со дня вступления на преступную стезю.
Некий Леонид Ивлев (кличка “Кабан”) пользовался непререкаемым авторитетом в “третьей смене”. Ещё с начала 70-х годов он находился в поле зрения оперативных работников, подозреваясь в совершении различных преступлений, но каждый раз уходил от ответственности.
Будучи спортсменом-штангистом и по совместительству “вышибалой” ресторанов города Владивостока, Леонид окончил эксплуатационный факультет Дальневосточного высшего инженерно-морского училища (ныне Дальневосточная морская академия). После стал работать стивидором в торговом порту. Платили мало и он бросил эту работу. Поступил в престижный в ту пору Дальневосточный институт советской торговли, который успешно окончил. После этого устроился на не менее престижную работу в Артемовскую артель “Россия” на должность инженера-снабженца, где требовалась его разворотливость, умение быстро находить нужных людей, знание ресторанной жизни и ее обитателей. В этот период своей жизни Леонид и знакомится с уже ранее судимым в ту пору Анатолием Ковалем
В то время преступные группы “третьей смены” действовали разрозненно, на свой страх и риск. Члены этих преступных групп путем шантажа, подкупа, уничтожения улик, использования коррумпированных связей уходили от уголовной ответственности, либо получали минимальные сроки наказания. Костяк ''третьей смены'' составляли бывшие довольно известные в городе спортсмены.
Леонид решил подчинить своему влиянию “третью смену” и объединить разрозненные группы в единую организационную систему. Сам Леонид делается как бы “мозговым центром’’, а объектами его преступного посягательства все чаще становятся контрабандисты, спекулянты, фарцовщики, то есть все те, кто обращаться в милицию не будет. Проявив профессиональную настойчивость (вопреки давлению коррупционеров), сотрудники правоохранительных органов сумели привлечь к уголовной ответственности некоторых “авторитетов” набравшей силы “третьей смены”, хотя и не к такой строгой, как им хотелось бы. Однако усилия оперативных работников не привели к ликвидации ОП. Она получила ещё больший размах.
Этому способствовало и заигрывание правоохранительных органов с авторитетами преступного мира в оперативных целях, прежде всего, для раскрытия преступлений. Возможно, тактически (для достижения ближайших целей) это и было оправданным, но стратегически являлось ошибочным. Движущими силами (мотивами) преступлений “авторитетов” были, конечно же, не борьба с преступниками, т.е. с самими собою, а личное обогащение, властолюбие, мщение, ложная романтика и т.п., что сводило на нет усилия правоохранительных органов в борьбе с этим новым видом преступности. “Авторитеты” использовали в своих целях это заигрывание с ними правоохранительных органов. Вели себя нагло, безнаказанно и презрительно к окружающим. Сколачивали преступный капитал, подкупали чиновников, скупали акции приватизируемых предприятий, организовывали всевозможные фирмы, распродавали природные богатства Приморья, продвигали нужных им людей во власть.
О масштабах ОП с её мощными коррумпированными связями, её криминогенных последствиях криминологи все больше и больше били тревогу перед соответствующими государственными органами власти, а потом и общественностью. Но, если первые их не слышали или делали вид, что не слышали, то вторые тоже стали бить тревогу по поводу безмолвия властей.
Мощные коррумпированные связи, начавшаяся “перестройка” с её гипертрофированным кооперативным движением и способом создания класса собственников, слияние с политикой, использование ею национального вопроса в собственных целях, усиливающаяся бедность населения – все это было взято организованной преступностью на вооружение в тех же корыстных и амбициозных целях.
Надо отдать должное журналистам, средствам массовой информации, которые, объективно находясь в оппозиции к государственной власти, доступными им средствами и методами сообщали о новом опасном явлении в преступности и надвигающейся криминализации общества. Страна объективно все больше и больше превращается в арену борьбы за сферы криминального влияния между ОПФ старого и нового типа, так называемыми “уголовниками” (“ворами в законе”), “кавказскими ворами” и “спортсменами” (“новыми ворами”). Конфликт между ними становился неизбежным и в Приморском крае.1
Об ОП в стране стали говорить не только ученые, журналисты, но и государственные деятели, правда, больше иронично отвлеченно, чем с практическими целями. Скептическое отношение к возможностям борьбы с ОП настойчиво культивируется среди населения. Становится очевидным, что борьба с преступностью, в том числе и с организованной, не может вестись без серьезных научных исследований как по стране в целом, так и в её регионах.
Об ОП Приморского края можно судить главным образом по публикациям в средствах массовой информации. Научных же работников руководство специализированных государственных учреждений пока особо не жалует. За 1997 год (напомним, что с 1 января 1997 года действует новый Уголовный Кодекс РФ) правоохранительными органами края не было возбуждено ни одного уголовного дела по ст. 210 УК РФ “Организация преступного сообщества (преступной организации”). Кому же это выгодно? Представители организованного преступного мира всячески обеляют себя с подачи некоторых средств массовой информации. Дать конкретный научный анализ проявлениям организованной преступности в Приморье, её размаху и причиняемым последствиям очень сложно.
Последние исследования криминологов указывают на такое свойство преступности, как её самодетерминация. При этом одной из сторон этого процесса является процесс самоорганизации. В организованной преступности процесс самоорганизации начинается с уровня групповой преступности. Это еще не организованная преступность. Но здесь преломляется один из законов диалектики, согласно которому количество перерастает в качество. То есть, количественно-качественные изменения групповой преступности влекут за собой количественно-качественные изменения в организованной преступности.
Рассмотрим динамику групповой преступности и процесс становления организованной преступности в Приморском крае за период 1970 – 1997 годы. Число преступлений, совершенных в группе, по данным УВД края, за этот период выросло с 1478 в 1970 году до 6650 в 1997 году, то есть в 4,5 раза.
Если исследуемый период разбить на десятилетия, то обнаруживается, что темп прироста групповой преступности составил: 1970 -1979 г.г. – 55,8%, 1980 – 1989 г.г. – 82,8%, 1990 – 1997 г.г. – 309,3%. Если за точку отсчета взять 1992 год (год так называемой либерализации цен), то указанный выше темп прироста групповой преступности за последние шесть лет составил 352,8 процента. Аналогичный темп прироста наблюдается и во всем объеме зарегистрированной преступности. Это совпадение не случайно. Автор придерживается той точки зрения, что одним из основных криминогенных (причинных) факторов, влияющим на рост преступности, является низкий уровень жизни населения. Постоянное снижение этого уровня за годы советской власти от уровня бедности до критически бедственного положения в настоящее время синхронно отражалось на росте преступности, в том числе и групповой.
В свою очередь, групповая преступность – это показатель группового способа, пусть и незаконного, выживания в современных условиях. Но если для одних людей групповое совершение преступлений – это способ выживания, то для других – способ обогащения. Вот тогда-то групповая преступность и самоорганизуется в организованную преступность, как более высокий уровень организации преступного обогащения. Групповая преступность – предвестник организованной преступности, еще более жестокой и коварной по своей сути. Она является для неё базой.
Групповая преступность в Приморском крае характеризуется ускорением темпов роста. Это было наглядно видно при анализе групповой преступности за последние 28 лет.
Аналогичная картина складывается и в отношений лиц, совершивших преступления в группе. Характерно, что доля преступлений, совершенных в группе, в общей массе преступлений за указанный период не изменилась. А вот доля выявленных лиц, совершивших преступления в группе, увеличилась в 20 раз. Например, в объеме всех зарегистрированных преступлений, совершенных группой лиц, наибольший удельный вес приходится на: тяжкие преступления - 64,3%; преступления против собственности - 30,4%, из них 76,7% составляют кражи. Еще более высокий удельный вес наблюдается по выявленным лицам, совершивших преступления группой: тяжкие преступления ими совершено - 71,1%; преступления против собственности – 81,9% (из них кражи – 81,2%).
Консолидация преступных групп Приморья (как и в целом по стране) привела к появлению организованных форм их преступной деятельности. По данным ИЦ УВД Приморского края, в 1994 году правоохранительными органами было зарегистрировано 7065 преступлений, совершенных группами. Из них на организованные преступные группы приходилось всего 17 преступлений (0,24%). В 1997 году организованными преступными группами и сообществами (организациями) совершено 252 преступления (3,8%), что почти в 15 раз больше, чем три года назад.
Как и в групповой преступности, организованная преступная деятельность большей частью имеет корыстную направленность (около половины преступлений приходится на кражи, грабежи, разбои, вымогательство). В то же время она проявляется в более опасных формах. Так, если в 1996 году было зарегистрировано 5 фактов бандитизма, то в 1997 году уже 13.
Традиционными сферами преступной деятельности ОПФ Приморья (также как и во всем мире) является организация проституции, использование игорного и иного бизнеса для отмывания “грязных” денег, незаконная торговля оружием, наркобизнес. В период проведения так называемых реформ наибольшее распространение получила незаконная приватизация, незаконные сделки в кредитно-финансовой сфере, контрабанда биоресурсов (особенно морских), браконьерство, уклонение от уплаты налогов и т.д.

3. Общая характеристика организованной преступности Приморья. Динамика становления ОП Приморского края выглядит следующим образом.
По данным Управления внутренних дел, в 1992 году в крае действовало 57 преступных формирований различной степени организованности с числом всех участников более 700 человек. Основным источником получения незаконных доходов в то время традиционно являлись незаконный авто- и наркобизнес, перекачка потребительских товаров их государственных предприятий в частные, перевалка сырья в Китай и другие страны АТР. Продолжались поборы с частных владельцев. В 1994 году действовали уже три организованных преступных сообщества и 30 организаций общей численностью более 600 человек активных участников, в том числе 50 лидеров. В первом квартале 1995 года таких сообществ было зарегистрировано уже четыре и 19 организованных преступных групп (всего 39). В этих группах было выявлено 170 активных членов, в том числе 30 лидеров.
При отсутствии в стране официального определения различных категорий ОПФ, статистические данные о них носили чаще субъективных характер, чем объективный, что не давало полной и достоверной криминологической картины организованной преступности, в том числе и в Приморье. С получением все новых теоретических знаний и приобретения практического опыта борьбы с ОП расширялась и статистическая база данных о ней, что дало определенный результат. Так, была введена временная оперативная отчетность (форма ББ) о ходе исполнения Указа Президента Российской Федерации “О неотложных мерах по защите населения от бандитизма и иных проявлений организованной преступности” от 14 июня 1994 г., которая выделяла уже такие категории организованных преступных формирований как “организованное преступное сообщество”, “организованная преступная организация” и “организованная преступная группа”.
Согласно одному из отчетов, в 1996 году в Приморском крае было выявлено 182 участника организованных сообществ, в том числе: лидеров - 11, активных участников – 172; 214 участников преступных организаций, в том числе: 4 лидера и 210 активных участников; 896 участников организованных преступных групп, в том числе: 69 лидеров и 825 активных участников. Всего было выявлено 1292 участника ОПФ, из них 84 лидера и 1207 активных участников, что практически вдвое превосходит данные 1994 года. При этом к уголовной ответственности было привлечено 284 участника ОПФ, из которых 51 - лидер.
На конец 1996 года на учете состояло 411 участников организованных преступных сообществ, в том числе 10 лидеров, 365 активных участников и 36 пособников; 447 участников организованных преступных организаций, в том числе 5 лидеров и 442 активных участника; 1452 участника организованных преступных групп, в том числе 87 лидеров и 1365 активных участников. Всего состояло на учете 2318 участников ОПФ, из них 102 лидера, 2172 активных участников и 36 пособников. Это довольно внушительные цифры. Но они, на наш взгляд, дают, скорее, искаженную криминологическую картину ОП. В ней отсутствуют правовые основания включения в статистику как выявленных членов ОПФ, так и тех или иных категорий преступных групп к относимых к последним. Возможно, эта статистика и обладает более достоверной информацией о масштабах организованной преступности, чем последующая. Но эта информация является больше оперативной (то есть субъективной), чем правовой (объективной). Достаточно сказать, что в 1996 году было выставлено только 70 статистических карточек (формы 2) на лицо, совершившее преступление в составе ОПФ, хотя на оперативном учете их значилось 1292 человека.
В новом Уголовном кодексе РФ уже дается уголовно-правовое понятие, правда, только по двум категориям ОПФ, организованного преступного сообщества (организации) и организованной преступной группы. Поэтому существующая в настоящее время статистика по ОПФ, хотя и рисует некоторую картину, но этого явно не достаточно для более полной оценки ОП. Сравнение же статистических данных 1997 года с предыдущими годами следует проводить весьма корректно.
Показатели 1997 года по ОП уже существенно отличаются от показателей предыдущих лет. Новая форма отчетности о результатах деятельности органов внутренних дел по борьбе с организованной преступностью основана только на карточках первичного учета уголовных дел по ОПФ. Предыдущая отчетность больше основывалась на субъективных данных специальных подразделений по борьбе с ОП (особенно, что касается сведений о составе организованных преступных формирований), чем на материалах уголовных дел, рассмотренных в суде.
За 1997 год в Приморском крае было выявлено всего 168 участников организованных преступных групп или преступных сообществ (организаций), что в 13,8 раза меньше, чем по данным 1996 года. В том числе было выявлено 114 исполнителей, 27 организаторов и 5 пособников. Участников же преступных сообществ (организаций) было выявлено всего 10, в том числе 8 исполнителей и 2 организатора. Эти данные ни в коей мере не свидетельствуют об уменьшении масштабов ОП. Они могут говорить, скорее, о высокой степени латентности ОП и об отсутствии практического опыта вменения новых составов УК РФ.
Сведения об ущербе, причиненном ОП только по уголовным делам за 1997 год в сравнении с 1996 годом показывают, что масштабы её общественной опасности не уменьшились.
Так, по возбужденным уголовным делам в 1996 году против членов организованных преступных групп было изъято: имущества, денег и ценностей на сумму 6270 тысяч рублей, иностранной валюты 12760 долларов США, 60 грамм золота, 63500 грамм серебра; 105 единиц огнестрельного оружия, в том числе 84 единицы нарезного оружия, а из них 15 – автоматического; 223 килограмма взрывчатых веществ.
В 1997 году только имущества было изъято на сумму 265 миллионов рублей, ювелирных изделий и лома из золота – 120 граммов, три единицы огнестрельного оружия, в том числе одна единица нарезного оружия, 55 единиц боеприпасов, две единицы холодного оружия.
О неуменьшающихся масштабах общественной опасности ОП может говорить и тот факт, что в 1997 году было выставлено 217 статистических карточек (формы 2) на членов ОПФ, что в 3,1 раза больше, чем в 1996 году.
Какова же сводная криминологическая характеристика лиц, совершивших преступления в составе ОПФ?
Обобщенные данные показывают, что свыше 90% составляют мужчины. По возрастному составу наибольшая криминальная активность приходится на возрастные группы 18-24 года (40,6%) и 25-29 лет (29,0%). По образовательному уровню это, в основном, лица, имеющие среднее общее (45,3%), начальное общее (23%) и среднее профессиональное (20,7%) образование.
Несмотря на бытующее мнение о засилье в Приморье организованных преступных формирований из числа преступников-иностранцев, их удельный вес в общей массе зарегистрированных лиц, совершивших преступления в этих формированиях, составил не более 1,4%. К тому же, по национальности 88,9% членов ОПФ составили русские, а по месту проживания – большинство (88,5%) были жителями Приморского края. Хотя о наличии чеченской, азербайджанской, корейской, китайской мафии в Приморье не раз сообщала местная печать.
Социальное положение лиц, совершивших преступления в составе ОПФ, характеризуется следующим образом: больше половины из них (64,1%) не имели постоянного источника дохода, 22,6% являлись наемными рабочими. Всего по 1,4% приходится на частных предпринимателей, учащихся, иждивенцев.
Для членов ОПФ присуще совершение тяжких и особо тяжких преступлений (87,6%); совершение преступлений сопряжено с причинением крупного и значительного ущерба (37,3%); чаще общеуголовной направленности (67,3%).
Что характерно, достаточно значительная часть членов ОПФ (69,1%) совершала преступное посягательство в отношении частной формы собственности и только 10,3% - государственной. Для них типично совершение преступлений неоднократно (34,6%); наличие судимости (43,4%); совершение преступлений в прошлом (42,9%).
Даже по этой краткой характеристике можно с большой долей уверенности предположить, что личность преступника-члена ОПФ явно относится к криминогенному типу.
4. Основные организованные преступные группировки края. Сведения об организованных преступных группировках большей частью основываются на материалах средств массовой информации (СМИ). Многие из них кажутся неправдоподобными. Однако ни один материал не был опровергнут в суде. Более того, опубликованные сведения об организованных преступных формированиях в Приморском крае были, с одной стороны, косвенно подтверждены в интервью самими уголовными авторитетами, а с другой – представителями правоохранительных органов. О наличии и преступной деятельности ОПФ также можно судить по многочисленным “заказным” убийствам тех же “авторитетов”, уголовным делам, рассматриваемым в настоящее время в судах либо с их участием, либо по факту их убийств, а также из официальных статистических отчетов правоохранительных органов. Оперативные сведения о конкретных преступных группировках, их персональном составе являются закрытыми и официальному опубликованию не подлежат.
Из полученных данных видно, что в Приморском крае действует целая система ОПФ разной степени организованности, численности и преступной направленности. На вершине пирамиды организованной преступности в крае в настоящее время действуют три вида преступных сообществ.
Один из них, традиционно существующий с далеких времен, “воровской общак” (“уголовники”). Он вырос в старой уголовной среде. Состоит из ранее судимых, живущих только за счет преступлений. Региональный центр современного “общака” находится в Хабаровском крае и возглавляется небезызвестным титулованным “вором в законе” по кличке “Джем”.1 Сторонники “общака“ имеются практически во всех городах и крупных населенных пунктах Приморского края. Как правило, они возглавляют крупные преступные группировки. Их позиции достаточно сильны в крае. Малочисленные преступные группировки действуют большей частью самостоятельно от “общака”.
Другое преступное сообщество - так называемые “спортсмены” (“новые воры”). В прошлом члены и лидеры организованных преступных группировок этого сообщества действительно были известными титулованными спортсменами в крае и за его пределами. Многие из них - выходцы всё из той же “третьей смены”. Лидеры преступных группировок данного сообщества стали известными бизнесменами, предпринимателями, учредителями всевозможных ведущих в крае компаний или государственными чиновниками. Они ведут респектабельный образ жизни “новых русских”. Имеют целый штат “бригадиров”, “шестерок” и “бойцов” в своих фирмах. Иногда “шестерки” и “бойцы” – это студенты, учащиеся, охранники и работники фирм. Многие из них догадываются о противоправном характере их работы, но быстрые и не такие уж большие деньги их устраивают. Они, как правило, не имеют судимости, либо судимы в несовершеннолетнем возрасте.2
К третьему виду преступного сообщества можно отнести “кавказских воров” (из тех же “новых воров”), имея ввиду преступные группировки по этническому признаку (чеченская, азербайджанская, грузинская). Хотя они и разобщены, но общее между ними то, что их нельзя отнести ни к “общаку”, ни к “спортсменам”. В то же время свою часть дохода в местный “общак” платят исправно. Причем, у них своя территория и сфера “обслуживания”, которые отвоеваны в прямом смысле этого слова у местной мафии (достаточно вспомнить войну чеченцев с местным криминалитетом в Находке).3
По имеющейся версии, изложенной в одной из публикаций, во Владивостоке к 1997 году сложилось пять основных преступных кланов, по числу остававшихся в живых на тот момент “авторитетов”, имеющих в преступном мире клички: “Михо”, “Алексей”, “Костен”, “Петрак” и “Трифон”, а также “чеченская мафия” и “москвичи”.1
“Семья Михо”. Так названа в данной публикации преступная группировка, возглавляемая до недавнего времени “Михо”, имела около десяти бригад по десять-двенадцать человек. Все бригады действуют самостоятельно, независимо друг от друга. В каждой бригаде имеется один-два коммерсанта, а остальные члены бригады обеспечивают их безопасность и следят за их сделками. Клан также предоставляет “крыши” десяткам коммерческим фирмам.
“Семья” в преступном мире по итальянскому образцу объединяет членов преступных группировок по их, прежде всего, многочисленным родственным связям, что в данном случае явно не наблюдается. Поэтому для обозначения преступной группировки “Михо” “семьей” оснований не имеется. Это подтверждают и практические работники правоохранительных органов.
“Михо” (Осипов М.Б.) родился в 1953 году. В молодости активно занимался спортивной борьбой. Учился в одном техническом вузе. В 23 года был осужден за спекуляцию. Одно время был держателем владивостокского “общака”. В постсоветское время активно занимался предпринимательской деятельностью, в том числе и поставкой различного вида топлива. 4 октября 1997 года около 22 часов у входа в отель “Хендэ” после высадки из автомашины “Ленд Круизер” тремя поджидавшими киллерами из трех видов оружия “Михо” был расстрелян в упор. О своей близкой смерти он неоднократно заявлял открыто. Особенно после убийства на его глазах другого “авторитета” - “Коваля “.2
17 февраля 1998 года около 6 часов утра возле казино “Рояль Парк” в собственной автомашине “Лэнд Крузер” из автоматического оружия был расстрелян, как утверждают газеты, наследник или “союзник“ “Михо” некий Вреж Бабакехян, тридцатилетний армянин, уроженец г. Еревана. В последнее время возглавлял фонд армянской диаспоры в крае “Арекс”.3
Группировка “Петрака” организован по тому же принципу, что и так называемая “семья Михо”. Сам “Петрак” являлся вице-президентом одного из филиалов московского банка. Клан занимается импортом продуктов питания. “Петрак”, как и все крупные “авторитеты” (они же известные предприниматели) начинал с автобизнеса и кооперативов. Был совладельцем ресторана на Светланской, где проходят сборы бригад.
Еще в апреле 1993 года в жилом доме № 19 по ул. Сахалинской прогремел сильный взрыв, в результате которого было разворочено несколько квартир. В одной из них проживал всего несколько месяцев до взрыва “Петрак” с семьей. От взрыва погибли и были ранены несколько человек. Главный объект теракта чудом остался жив.
В ноябре 1997 года последний задерживался сотрудниками управления по организованной преступности. Основанием задержания стало незаконное хранение холодного оружия – самурайского меча (подарок “Михо”). Поводом же для обыска в квартире стало расследование уголовного дела по факту обнаружения трупа гражданина М., которого ранее из хулиганских побуждений забили на смерть в ресторане, где праздновал в тот момент свой день рождения “Петрак”.
Клан “Алексея” состоит более чем из сотни человек. Каждая бригада самостоятельна и занимается своим бизнесом. Сам “Алексей” - из бывших спортсменов. Занимался борьбой. В настоящее время совладелец многих коммерческих структур города. Фактический владелец самого модного ночного клуба Владивостока. База и место сбора бригад – в офисе одной из фирм на Комсомольской. Более подробных сведений об “Алексее” в местной печати не дается.
Группировки “Костена” и “Трифона” (Юрия) организованы по тому же принципу, что и предыдущие группировки. Внешнюю активность по руководству группировкой их лидеры не проявляют. Тот же “Костен”, по сведениям местной печати, находился, на момент публикации, безвылазно в своем коттедже. Выезжал только на похороны “Коваля”.
“Чеченская мафия” наименее малочисленна, но является довольно сплоченной и непредсказуемой ни для местных “авторитетов”, ни для милиции. Поэтому она находится под постоянным контролем как тех, так и других. “Чеченская мафия” - собирательное понятие. Помимо чеченской диаспоры, в крае существует азербайджанская, грузинская, армянская. Лидеры чеченской диаспоры – люди с высшим образованием, умные, пользующиеся непререкаемым авторитетом. В период боевых действий в Чечне оттуда приезжали чеченцы с требованием поддержать их терактами во Владивостоке. Благодаря усилиям милиции и старейшин диаспоры, выступление “чеченской мафии” не состоялось.
Особенностью становления и развития организованных преступных группировок Приморья является постоянное вмешательство в их деятельность преступных группировок извне. Организованные преступные сообщества России, в том числе Сибири и Дальнего Востока, стремятся независимо друг от друга установить контроль над Приморьем и подчинить своему влиянию местные преступные группировки. К этому их подталкивают экономические возможности края в укреплении и дальнейшем развитии финансовой базы преступной элиты. К этому же стремится и местная мафия, особенно из числа “новых воров”. “Уголовники” также вынуждены заниматься коммерцией, предпринимательством (хотя это противоречит их правилам) для усиленного пополнения своей кассы. К тому же все они хотят стать респектабельными членами нового общества, выйти из тени, воспользоваться всеми благами цивилизации. Между старыми и новыми “ворами”, внутри самих сообществ и группировок постоянно происходит конкурентная борьба за возможность участвовать в большом бизнесе, иметь солидные доходы от “крыши” над крупными компаниями или стать их владельцами (совладельцами). Эта борьба часто заканчивается “заказными” убийствами “авторитетов” и предпринимателей различного калибра и масштаба.
В советское время экономика Приморского края была закрыта для его теневого сектора, находясь под особым государственным контролем. С развитием рыночных отношений Приморье (после снятия пограничного режима с большей части территории) интенсивно интегрируется в международную экономику, прежде всего Азиатско-Тихоокеанского региона. Научно-технический потенциал военно-промышленного комплекса края, возрождение транснациональных перевозок, торговля природными ресурсами и их переработка, а сейчас и прямая торговля оружием, таят в себе огромные барыши для дельцов ОП.
На фоне изменяющейся социально-экономической структуры общественной жизни происходят организационно-структурные изменения и в преступности Приморского края. В рыночных условия преступность Приморья стремительно приобретает признаки ОП. Укрепляется её финансовая база, растет численный состав. Мелкие группировки объединяются в более крупные, а крупные дробятся. Местные организованные преступные группировки устанавливают связи с международными преступными сообществами. Отдельные ее представители проникают во властные структуры.
Состояние борьбы преступных группировок Приморья и за ее пределами за место под солнцем выглядит следующим образом.

5. Борьба преступных группировок Приморья. В конце восьмидесятых годов “Дальневосточный воровской общак” во главе с “Джемом” стал проводить сходки, встречи, консультации с “воровским общаком” Приморья с целью выдвижения своих ставленников на роль “положенцев”, “ответственных”, но уже подчинявшихся бы непосредственно ему и, соответственно, с перечислением определенной доли барышей “Дальневосточному общаку”.
Уже в 1989 году “ответственным” по городу Владивостоку от этого “общака” становится местный “авторитет” по кличке “Свирид”. С согласия “Джема” он организовывает кооператив “Кристалл”, затем фирму “СТЭП”, а в последствии – ассоциацию “САБ” (“Свободная ассоциация бизнесменов”), сосредоточив в своих руках финансы “общака”. В 1990 году он оставляет свой пост “положенца” и выдвигает на это место другого “авторитета” по кличке “Билл”. Этим назначением остались недовольны ряд местных “авторитетов”, которые предпринимают ряд шагов по изменению ситуации. В 1991 году в Приморский край (г. Уссурийск) прибывает на постоянное место жительства представитель другого противоборствующего преступного сообщества -“Иркутского воровского общака” по кличке “Бандит”.
Иркутский представитель преступного мира прибыл в Приморье с целью переподчинить преступные формирования края “иркутскому общаку”, конкурирующему с “дальневосточным общаком”. Опираясь на поддержку “уголовников” г.г. Уссурийска, Дальнегорска и др., “Бандит” формирует “общак”, который подчинялся бы Иркутску, а не Хабаровску. Через один из кооперативов иркутский авторитет получает финансовую поддержку, узнает о финансовом положении других коммерческих структур, облагает их данью в “общак”, даже находящихся под “крышей” местных организованных преступных группировок (ОПГ). По его указанию находят и избивают “положенца” “Джема” “Билла”; отстраняют его от руководства “общаком”, а на его место назначают другого владивостокского “авторитета”, противостоящего “общаку” “Джема”, по кличке “Баул”. Последний открыто не конфликтовал с “Джемом.” Более того, “Баул” поддерживал тесные связи с бывшим владивостокским авторитетом по кличке “Самосвал” (тоже выходец из “третьей смены”), обитавшим в то время в Москве.
Примечательна “карьера” самого “Самосвала”. Он родился 15 марта 1951 года во Владивостоке. В 14 лет был осужден за кражи и разбои на четыре года лишения свободы. В 1970 году вновь был осужден на пять лет за разбой, затем в 1979 году - вновь на пять лет, но уже не только за разбой, но и вымогательство. За примерное поведение был освобожден условно-досрочно и вскоре уехал в Москву, где сблизился с так называемой солнцевской уголовной группировкой и занимался автобизнесом. Совсем недавно, как стало известно из местной печати, “Самосвал” был первым русским мафиози, ставшим полноправным гражданином Италии. Одновременно он стал и боссом русской мафии в Италии, наладив перекачку миллионов долларов из Москвы в Рим. На службе у “Самосвала” находились известные в военных кругах высокопоставленные лица, а также из высших эшелонов власти Италии. Обосновавшись в 50 километрах от Рима в курортном городке Санта-Маринелла, он приобрел скромную виллу, перестроив её в роскошный дворец. Для мэра городка, начальника муниципальной полиции и соседей новоявленный русский вел образ жизни приличного бизнесмена, “деятельность” которого в начале 1997 года была неожиданно прервана вторжением агентов Центральной оперативной службы Италии.1 Однако через пять месяцев он оказался на свободе. Собранные полицией против него доказательства суд не принял в качестве улик.2
Через такого именитого земляка “Баул” приобрел знакомство с не менее известным в России “вором в законе” по кличке “Кока”, что давало ему возможность быть несколько независимым от “Джема”. Кроме того, по данным печати, “Баул” в декабре 1994 года примерно месяц провел в Нью-Йорке, где встречался с небезызвестным “вором в законе” по кличке “Япончик” (в 1996 году осужденным американским судом за вымогательство).3 Такое положение вещей не устраивало “Джема”. Он неоднократно пытался связаться с “Бандитом”, но тот всячески уклонялся от встреч.
Действия “Бандита” вызвали недовольство не только “Джема”, но и владивостокских “авторитетов”: “Коваля”, “Михо” и других, которые, хотя и противостояли “Джему”, но вынуждены были объединиться с ним для борьбы с иркутским ставленником. 23 декабря 1991 года “Бандита” и двух его телохранителей убивают в помещении одного из кооперативов, а через несколько дней (30 декабря) его труп со множественными огнестрельными ранениями был обнаружен возле владивостокского мусоросжигательного завода. Трупы его сподручных так и не были идентифицированы.4 После этого авторитет названных лидеров ОПГ г. Владивостока резко поднялся в преступной среде, а “Свирида” и “Билла”, наоборот, упал.5 “Спортсмены” понимали, что “уголовники” будут пытаться захватить власть в “общаке” Приморья и в дальнейшем. Они решают поставить по пост “положенца” своего титулованного “вора в законе” по кличке “Монгол”. Последний хотя и был коронован “ворами” в Москве в начале 1992 года, но “Джемом” не признавался, а значит, не был официальным “авторитетом” для местного преступного мира. “Уголовники” высказались против выдвигаемой кандидатуры. Они даже связались с “Джемом”, чтобы разрешить назревающий конфликт.
Через некоторое время (в том же 1992 году) “Джем” со своими “авторитетами” из “дальневосточного общака” при поддержке двух других “воров в законе”, а также хабаровского авторитета по кличке “Пудель”, отбирают преступное звание у “Монгола” и отстраняют его от общаковских дел. Поводом послужило употребление им наркотиков, а также возбуждение в отношении него уголовного дела по данному факту. А главное, на наш взгляд, заключается в том, что “Джем” не мог простить “Монголу” его коронацию без согласования с ним. На его место вновь был назначен “положенцем” по Приморскому краю “Билл”.
Лидеры ОПГ “Коваль” и “Михо” ищут новую кандидатуру на место “положенца”, для чего заручаются поддержкой “Баула”. Однако без согласия “Джема” кандидаты на должность “положенца” от предложений “Коваля” и других отказывались. Сложившаяся ситуация вынудила явных противников “Джема” идти на сотрудничество с ним, поддерживать его ставленника -“Билла”, чтобы оградить Приморский край от притязаний “воров” Иркутска и Москвы, да и самим не потерять лидирующее положение в преступной среде. В 1993 году “Билла” окончательно утвердили “положенцем” по Приморскому краю. В августе того же года во время обыска у него на квартире находят незаконно хранящийся револьвер “Смит и Ветсон” и пять патронов к нему. По данному факту в отношении него возбуждают уголовное дело, по результатам расследования которого народным судом Первореченского района г. Владивостока “Билл” был приговорен к трем годам лишения свободы условно.
По некоторым сведениям, в середине февраля 1994 года в Приморский край приезжал другой “авторитет” из Иркутска по кличке “Тюльпан”, который хорошо знал “Бандита” и имел поддержку от “воров” не только Иркутска, но и Москвы. Он встречался с местными “авторитетами” городов Владивостока, Уссурийска, Находка, которые находились в оппозиции к “Джему”. Миссия у “Тюльпана” была та же, что и у “Бандита”: “создать общак”, который подчинялся бы Иркутску.
Одновременно в конце февраля того же года по приглашению двух сторонников “Баула” из Москвы приезжал уже грузинский “вор в законе” К., который проводил свои “сходки” с местными “авторитетами” в Уссурийске, не скрывая своего недовольства деятельностью "дальневосточного общака”. Гость даже встречался “Биллом”, но никакого соглашения между ними не получилось. За самовольное приглашение грузинского “вора” в Приморье “Джем” вызывал к себе местных “авторитетов” и учинил над ними свой суд, который чуть не закончился для них плачевно. Этого гостя вместе с “ответственным” по Уссурийску по кличке “Банзай” “Джем” также пригласил к себе в г. Комсомольск-на-Амуре. Гость встречался не только с “Джемом”, но и другими авторитетами Хабаровского края, убеждая всех в неэффективности правления “Билла” и в необходимости коренной перестройки деятельности “общака” с целью повышения её “доходности”. Упор им делался на объединение мелких преступных группировок и “курирование” крупных коммерческих структур.
По результатам этой встречи гостю разрешили обосноваться в Уссурийске. Но его действия вызвали недовольство “Коваля”, “Михо”, “Свирида”, того же “Банзая”. Над ним стали сгущаться тучи. Последний вынужден был скрываться. На помощь к нему из Москвы во Владивосток приехал другой эмиссар преступного мира по кличке “Мираб”, который, опираясь на поддержку “Баула”, “Алексея” и других, пытался создать мощную оппозицию в противовес “Джему” и установить собственный контроль над коммерческими структурами. Этого гостя уже с “Баулом” “Джем” также настойчиво приглашал к себе, но последние его просто игнорировали. Оба гостя начинают вмешиваться в действия некоторых местных “авторитетов”. Своими поступками они не столько противостояли “Джему”, сколько вызвали возмущение местных “авторитетов” как из числа “уголовников”, так и “спортсменов”.
В связи с этим в апреле 1994 года во Владивостоке происходит встреча с представителями преступного мира России и Дальнего Востока: Новосибирской, Ростовской и Сахалинской областей, а также Хабаровского и Приморского краев. От Приморского края присутствовали “Билл”, “Михо”, “Свирид” и другие “авторитеты”. На встрече вырабатывалась единая тактика поведения в отношении непрошеных “гостей”. Сошлись на необходимости объединения против них и их сторонников. После этой встречи “Билл” выезжал к “Джему” и его подручным в г. Комсомольск-на-Амуре, от которых получил письменное предписание вместе с другими “авторитетами” Владивостока сломить оппозицию, поддерживающую грузинских “воров”. Однако 20 апреля 1994 года (через два дня после возвращения от “Джема”) “Билл” был похищен в неизвестное место из собственного дома вместе с документами хабаровских “воров” и большей частью денег из “общака”. Приморье внезапно осталось без официального “положенца” от “Дальневосточного общака”, что внесло сумятицу в преступный мир края. До настоящего времени он официально считается пропавшим без вести.
После случившегося лидер ОПГ “Михо” стал активно агитировать “ответственного” от “Дальневосточного общака” в Уссурийске по кличке “Севостьян” (ставленник “Билла”) занять место “положенца” вместо пропавшего “Билла”. Данное решение было согласовано с “Джемом”, но оно не могло быть осуществлено. Через некоторое время (в начале мая 1994 года) не установленные лица зашли в квартиру “Севостьяна” и убили его. В тот же день те же неизвестные лица (приметы их совпадали по обоим преступлениям) пытались убить другого уссурийского “авторитета” – упомянутого выше “Банзая”, которому при этом были причинены три огнестрельные раны. По неофициальным данным в тот же день также пытались проникнуть в квартиру другого уссурийского лидера ОПГ, знакомого “Михо”.
Данные события местные “авторитеты” преступного мира восприняли как войну грузинских “гостей” за власть в Приморье. В ходе серии ответных убийств возникла серьезная угроза жизни приезжих “воров”, которые тут же выехали из края в Москву.
О войне между преступными группировками Приморья ранее подробно писалось в печати.1 События последних лет подтвердили прогнозы о продолжении борьбы между преступными кланами Приморья. Гибли не только “авторитеты”, но и бизнесмены, предприниматели, их телохранители, попутчики и попутчицы, и просто случайные люди.
В 1995 году в печати сообщалось о весьма загадочных обстоятельствах гибели “Баула”. По информации газеты2 в сентябре к последнему во Владивосток прибыли представители “Джема”. Вместе с ними “Баул” вышел на яхте в Японское море, где во время нахождения с аквалангом под водой его нашли на морском дне с якобы перерезанным шлангом. По данным пресс-центра прокуратуры, последний погиб 18 августа 1995 года в результате пренебрежения правилами безопасности при плавании с аквалангом, так как находился в состоянии алкогольного опьянения. Смерть наступила от утопления. Каких-либо повреждений при исследовании трупа обнаружено не было, аппарат подводного дыхания АВМ-5, согласно акту технической проверки, был исправен и пригоден к использованию.3
27 сентября 1995 года в полдень в помещении ночного клуба “Леон”, расположенного в здании Центра народной культуры (на улице Светланской), двумя неизвестными лицами в масках из пистолетов в спину был расстрелян владивостокский авторитет по кличке “Макар Стреляный”. По сведениям печати убитый “авторитет” появился в спортивных кругах Владивостока чуть боле 10 лет назад, создав группу по занятию карате, что в то время наказывалось в уголовном порядке. В девяностых годах был судим за хулиганство и вымогательство. Была также попытка привлечь его к уголовной ответственности за бандитизм.4
Позднее, в конце июня 1997 года около 1.15 ночи у казино “Рояль Парк” был смертельно ранен “Коваль”, ранее упомянутый нами как один из основателей современной ОП Приморья. В большом бизнесе он был учредителем ряда крупных компаний и президентом российско-американо-австралийской компании. Сам он характеризовал себя честным предпринимателем и не имевшим отношения к преступному миру.1 По мнению журналиста, убийство “Коваля” могло произойти и как результат мести со стороны преступных группировок из-за пределов края. С его слов эту версию выдвигали “Костен”, “Михо”, “Алексей”.2
4 октября 1997 года около 22 часов у входа в недавно выстроенный отель “Хендэ” в г. Владивостоке был убит “Михо”,3 а три месяца спустя был убит его “наследник-союзник” В. Бабакехян.4
Нужно отметить, что начало 1998 года ознаменовалось в Приморском крае резким всплеском заказных убийств. Так, в Уссурийске в апреле был застрелен М. Рудь, генеральный директор ТОО «Руно». Он был убит двумя выстрелами, включая контрольный в голову. Предполагают, что событие как-то связано с убийством генерального директора ТОО «Тор» Кима, которое произошло в марте.5
Беспрецедентный случай произошел также весной. 7 апреля был убит Артур Алтынов (он же - Евгений Стакин). Убитый оказался киллером «общероссийского» масштаба, на счету которого не менее 18 заказных убийств, совершенных в разных регионах страны. Утверждают, что он прибыл из Санкт-Петербурга с двумя коллегами - киллерами. А их всех «купил» один из авторитетов Владивостока якобы для «выдергивания куска наследства» «Михо».6
18 августа 1995 года, как мы уже писали выше, в одной из бухт Русского острова во время погружения с аквалангом погиб лидер одной из спортивных организованных преступных группировок Приморья Сергей Бауло (кличка «Баул»). Через несколько дней в помещении театра имени М. Горького состоялась пышная гражданская панихида, на которой побывало около 4 тысяч человек. Тело погибшего было предано земле на Морском кладбище. Это были первые за несколько лет похороны такого масштаба. Сотрудники правоохранительных органов впервые столкнулись с подобным размахом и практически ничего не могли поделать с громадным кортежем из легковых автомобилей и автобусов, парализовавшим на время город. Газеты, особенно, «Владивосток» и «Новости»» не обошли похороны своим вниманием.
Чем же был известен этот «предприниматель и спортсмен»? До начала 90-х годов он имел обычную биографию. Родился в январе 1958 года в Дальнегорске. Проходил действительную службу в Тихоокеанском флоте, в Ракушке. Активно занимался спортом –боксом, увлекался мотогонками. В конце 80-х годов перебрался во Владивосток, где стал промышлять автомобильным рэкетом, а затем заниматься легальным и нелегальным бизнесом, имея под рукой несколько фирм и стоянок, а кроме этого был «крышевой» структурой для некоторых предпринимателей. Его группировка имела в своем составе несколько десятков человек во главе с бригадирами. «Стрелки» проводились практически ежедневно в 11 часов утра на контролируемой группой автостоянке у театра Горького, оттуда «бригадиры», сдав текущую информацию и получив очередное задание разъезжались по своим «бригадам». Кроме того, Бауло контролировал ряд крупных предприятий, среди которых была Владивостокская база тралового и рефрижераторного флота (ВБТРФ). Во главе службы безопасности базы был поставлен родственник И.И. Бауло, бывший подполковник внутренних войск, принимавший участие в известных вильнюсских событиях. Насаждение своих людей на ключевые посты предоставляло ОПГ дополнительные возможности для получения денег. Под ее контролем находился набирающий в то время силу автобизнес, в частности, автоперевозки из Японии челноков» и туристов на судах «Владимир Чивилихин» и «Сириус».
Следует сказать, что с «Баулом» считались лидеры других преступных группировок края, такие, как «Макар-Стреляный», Коптев, «Михо» и ряд других. При возникающих конфликтах «Баул» всегда умел находить компромиссные варианты и практически никогда не обострял отношения с другими. Он умел чувствовать опасность, был достаточно изворотлив и умен, никогда не занимался торговлей наркотиками и не поддерживал контактов с людьми из наркобизнеса, презирая их.
Но стал он знаменит, как писали и продолжают писать журналисты местных и центральных СМИ, благодаря своему «влиятельному земляку» – губернатору Приморского края Е. Наздратенко. Два неизвестных ранее жителям Приморья дальнегорца – спортсмен С.Бауло и руководитель золотодобывающей артели «Восток» Наздратенко, несомненно, знали друг о друге не только из газет. Они были знакомы и неоднократно встречались во Владивостоке в бытность Е. Наздратенко губернатором Приморья. О характере их встреч и возможной «деловой» связи между ними практически нет никакой информации, но то, что писали журналисты центральных и местных СМИ, особенно корреспондент «Известий» И. Корольков в серии материалов «Вирус», не соответствует действительности. Как не соответствует действительности и то, что на похоронах присутствовал тогдашний мэр Владивостока К. Толстошеин. Как показывают данные, тот в то время находился в одной из командировок.
Вокруг смерти «Баула» сразу же возникло несколько версий. Об этом, как мы уже отмечали, писали журналисты газеты «КоммерсантЪ», высказывая предположение, что это была насильственная смерть. Вновь к причинам и обстоятельствам его смерти наблюдатели вернулись в этом году, правда, не специально в отношении его, а в связи с обвинениями предъявленными несколько лет назад Наздратенко комиссией контрольного управления администрации Президента России. В одном из апрельских номеров газеты «Владивосток» в 1998 году был опубликован материал А. Холенко о результатах проверки прокуратурой края выдвинутых в адрес Приморского губернатора обвинений.1
Один из разделов посвящен «Баулу». Но то, что содержится в нем, - увы, искажения фактов. Там говорится, что обследован аппарат подводного дыхания АВМ-5, в котором Бауло совершал в тот день роковое для него погружение.
Следует отметить, что следствие не располагало этим вещественным доказательством... Практически сразу же после гибели группа, в которую входили ряд членов бауловской группировки, и человек, который находился на катере в момент гибели «Баула» и хорошо запомнивший место его последнего погружения, предприняли попытку поднять акваланг. Но, увы… Акваланга они при тщательном поиске не нашли, хотя глубина в том месте достигала всего 5-6 метров. Он был кем-то поднят и, по нашим данным, в прокуратуру он не попал. Для чего необходим был аппарат бауловцам? Ими отрабатывалась версия, что в акваланге была не воздушная смесь, а якобы смесь кислорода с газом, который и привел к гибели Сергея Бауло. Аппарат заряжался в мастерской бригады торпедных катеров ТОФ в Улиссе, где там же стоял постоянно катер «Баула». Узнать были ли в баллонах примеси газа, так и не удалось… Существовала и другая версия, что к его гибели причастно морское подразделение спецназа ГРУ, расквартированное рядом.
В момент гибели Сергей Бауло не был, как писала об этом пресса, в состоянии алкогольного опьянения. Он, активно продолжавший заниматься спортом, не позволял себе напиваться. От силы, что он мог себе позволить – это выпить одну-две рюмки спиртного, но не более того, и то редко. Был ли он насильственно устранен? Вряд ли. Заключение судмедэксперта свидетельствует о вполне обычных, а не насильственных причинах смерти. Простое трагическое и нелепое стечение обстоятельств.
После смерти «Баула» произошел раскол в его группировке. Часть приближенных, бригадиров и бойцов перешли к близкому к «Баулу» человеку - Игорю Карпову, имевшему ранее с ним «деловые» отношения и попытавшемуся унаследовать весь «бизнес» покойного. Но «Карпу» это не совсем удалось. Из близких людей к нему перешел А. Харьковский (кличка «Гребец») и чуть позже А. Чантуридзе (кличка «Коко»), последний позже ушел к «Михо».
Другая часть вошла в группу «молодежи» - Дмитрия Глотова – Владимира Николаева (кем-то названных «Винни-Пухами»), которые при жизни С. Бауло стали выдвигаться из «бригадиров» на более видный план и с которыми тот считался.
Между «Карпом» и данной группой практически сразу же возникла определенная вражда, усилившаяся после покушения в сентябре 1997 года на Глотова у спорткомплекса «Олимпиец». Потерпевшая сторона посчитала, что стрельбу по ним организовал «Карп», пытавшийся таким образом устранить конкурентов. После этого дороги их разошлись и практически нигде не пересекались: каждая из сторон избегала контактов с другой. Натянутые отношения между ОПГ «Карпа» и ОПГ «Винни-Пухов» продолжались вплоть до смерти И. Карпова.
Карпов был убит 1 мая 1998 года около 9 часов вечера , выходя из своего бара «Престиж» на Светланской, 1, напротив гостиницы «Версаль», владельцем которого был. Он был убит тремя выстрелами, предположительно, из снайперской винтовки с глушителем с крыши дома, четвертая пуля ушла мимо.
Свидетели слышали только слабые хлопки. Скончался он практически сразу же на месте. Убийца покинул место преступления по крышам. По данному факту ведется следствие. Карпов был весьма осторожным человеком и своими финансовыми планами и иными проблемами не делился ни с кем из своего окружения. Можно не сомневаться, что это было очередное заказное убийство и имя убийцы и его заказчика вряд ли будут установлены, но ясно одно, что смерть «Карпа» связана с его бизнесом.1
Попытку прибрать так называемое «наследство» Баула предпринял из далекой Италии и бывший владивостокский рецидивист, ныне крупный «бизнесмен» «Самосвал».
В сентябре 1995 года – марте 1996 года правоохранительные органы Приморья активно занимались поисками от 1 до 1,5 миллионов долларов, полученных якобы Бауло от «Самосвала» для совместного бизнеса. Но следов этих денег никто не нашел, так как из достоверных источников известно, что этих денег просто вообще никогда не было.
«Самосвал» (Ю. Есин) уполномочил для ведения переговоров по всем вопросам оставшегося «наследства» и закрепления во Владивостоке своих позиций двух эмиссаров «Ворона» и «Песта». Но «итальянцу» «Самосвалу» ничего сделать не удалось. Он получил достойный отпор от одного из бауловских преемников – (Д. Глотова) - и вынужден был ретироваться.
«Карп» практически ушел в легальный бизнес: создал разветвленную сеть собственных магазинов, а вот о В. Николаеве хорошо известно и всем местным обывателям, интересующихся криминальной темой. Родился он в октябре 1973 года. Окончил экономический факультет Дальрыбвтуза. Занимался боксом и рукопашным боем. Попал в ряды бауловцев, там выделился как беспредельщик. После смерти Бауло завоевывал себе имя, как человек, не признающий никаких авторитетов, в том числе и криминальных. Стал широко известен в правоохранительных органах и криминальной среде по «разборкам» с «Башкиром», а затем и с самим «Михо» с применением огнестрельного оружия против членов ОПГ последнего у Матросского клуба и на площади Луговой в 1997 году, а также со стрельбой во дворе офиса владивостокского филиала «Тернейлессторой» на Чуркине с одним из лидеров ОПГ, контролирующим лесную отрасль, неким Леонидом Ивлевым (кличка «Кабан») в январе 1998 года,1 а также по серии информационных материалов в газете «Новости» в 1997 году и большой апрельской публикации Н. Ветерковой.2 У специалистов, прочитавших данный материал, складывается впечатление, что это заказная статья, инициированная либо самим Николаевым либо его ближайшим окружением с использованием фотографий из его личного архива.
В настоящее время ОПГ Глотова - Николаева насчитывает в своих рядах, по газетным данным, до 220 человек. Можно предположить, что эти цифры преувеличены почти в четыре раза. Но необходимо сказать, что с данной группировкой считаются оставшиеся в живых авторитеты.
Все бывшие бауловские «бригадиры» и бойцы сегодня предпочитают заниматься легальным бизнесом, особенно связанным с рыбой или алкоголем. В последнем преуспевал ныне тоже покойный К. Мочулко (кличка «Костя Московский»).

§ 4. Организованная преступность Дальнего Востока в средствах массовой информации.

Дальневосточный регион в плане пораженностью крими-нальной сферой вообще и устойчивыми преступными группами, в частности, является одним из наиболее неблагополучных в Рос-сии.
Основными целями деятельности региональных преступных сообществ являются максимальное извлечение прибыли, сохра-нение преступной организации и расширение сферы своего влия-ния на все стороны жизни региона.
Названные обстоятельства находят определенное отраже-ние в средствах массовой информации.
Обобщение информации, добытой журналистами, предо-ставленной правоохранительными органами, учеными позволяет выявить: 1) реально существующие криминальные проявления, их масштабы, тенденции ; 2) их оценку журналистами, правоохранительными ор-ганами и учеными-юристами; 3) степень активности правоохранительных органов в противодействии организованной преступности; 4) проблемы законодательного регулирования ; 5) общественное мнение и его формирование средствами массовой информации.
С криминологической точки зрения обобщение печати позво-ляет получить определенный эмпирический материал, полезный для оценки криминологической ситуации и формирования про-грамм борьбы с преступностью в регионе.
Были изучены доступные нам материалы газет краев и областей региона за 1997 год. В результате изучения названных изданий можно сделать вывод, что проблемы организованной преступности были объек-том освещения, в основном, в средствах массовой информации Приморского края. Единичные статьи в периодической печати других краев и областей ДВ региона по данной проблеме не позволя-ют осветить эту проблему в полной мере.
В Амурской области, на Сахалине, Камчатке, в Магадан-ской области печатные издания публикуют информацию ,практически не ка-сающуюся этой темы. Из криминальных сообщений преобладают сведения пресс-центров УВД о единичных преступлениях, кражах, убийствах, изнасилованиях и т.д. На такие темы, как заказные убийства, криминальные разборки, наркобизнес не обращается должного внимания. По крайней мере ,таких публикаций найти не удалось. Однако надо отметить, что журналисты центральных газет, неоднократно в своих статьях ставили проблемы организованной преступности в Приморье, Амур-ской области, в Хабаровском крае и на Сахалине. Например, Борис Резник в статье «Разбой на большой реке» описывает как отечественная и американская мафия совместно грабят Амур .В статье «Криминальный шлейф сахалинского шельфа» он пишет , что тихий провинциально-патриархальный Сахалин теперь вполне может потягаться с криминальным Приморьем по количеству уголовников на душу населения . Бандитские кланы , преступные группировки столь обильно заполнили островную область , что редкий день здесь обходится без шумных разборок со стрельбой и взрывами . Им же проведено журналистское расследование "Мафия и море", ка-сающееся экономических преступлений в сфере рыбодобывающей промышленности всего региона.1
В одной из публикаций «Известий» он поднимает острейшую проблему вовлечения подростков и молодежи в ряды членов преступных организаций .
Речь идет о некоем молодежном лагере на речном острове Малайкин близ Комсомольска-на-Амуре . В этом городе, как известно, проживает самый авторитетный вор в законе, лидер преступного воровского сообщества Дальнего Востока Е.Васин по кличке Джем . В летнее время до 50 подростков собираются на «острове Джема» , где с ними проводят «занятия» такие «воспитатели» как В.Давыденко, С.Кривов , дважды судимые , П.Есин , пять раз судимый и др.
Во время милицейского рейда в лагере на кухне вместо компота и молока были обнаружены двадцать ящиков с водкой , шампанским , коньяком . Сам Е.Васин называет свои владения «наше маленькое Палермо»2.
Надо сказать , что и десять и двадцать лет назад Е.Васин был известен своим активным участием в вербовке и подготовке «юной смены» . Сейчас во время распада официальных молодежных организаций и фактического ухода государственных институтов из сферы организации здорового молодежного досуга , акции воровского «братства» резко выросли.
Необходимо отметить, что пресс-центры УВД в средствах массовой информации нашего региона ,как правило, ограничивают-ся представлением скупых статистических сведений либо сообщают сведения о конкретных собы-тиях и фактах преступной деятельности без комментариев. Ста-тей, в которых бы названные центры анализировали складывающуюся криминологическую ситуацию, в частности, проблемы, касающиеся организованной преступности , в периодической печати ДВ региона найти не удалось.
Анализ печатных изданий Приморского края позволяет сде-лать вывод, что именно здесь журналистами наиболее активно обсуждается проблема организованной преступности. В частности, обращается внимание на торговлю оружием, наркобизнес, рынок интимных услуг, преступления, связанные с рыбодобывающей деятельностью, а также организованные преступные группы и сообщества Приморского края.
1. Торговля оружием.
На основании сведений , опубликованных в печати , можно говорить, что основными каналами на рынке сбыта оружия служат дислоцированные на территории Приморского края многочисленные воинские формирования, корабли и склады хранения вооружения и боеприпасов Тихоокеанского флота и сухопутных войск.
По информации, опубликованной в газете "Владивосток"1 , оружие поступает к нам также контрабандным путем из Новой Зеландии, Филиппин, Аргентины, Анголы и Китая.
Не отстают и хабаровчане .Вновь обращаемся к публикациям Б.Резника . Так, командир одной из воинских частей Дальневосточного военного округа подполковник А.Хомченков похитил из вверенной ему части более 9,5 тысячи мин и 11275 кг тротила , затем незаконно сбыл их золотодобывающей артели . За совершенное корыстное преступление он приговорен военным судом к 6 годам лишения свободы.
Правда , через два с половиной месяца военный суд ДВО рассмотрел кассационные жалобы осужденных и Хомченкова снова возвел в подполковники , вернул конфискованное имущество и снизил наказание до трех лет условно.2
2.Наркобизнес.
Очевидно, большую прибыль для организованной преступности приносит и наркобизнес. В местной печати не раз обращалось внимание на это явление. Здесь следует отметить , что в Приморский край и ДВ регион в целом наркотики поставляются из бывших республик Советского Союза: Узбекистана, Таджикистана, Казахстана.1 Из Китая наши сограждане везут эфедрин. Северная Корея переправляет через Приморский край в Хабаровск опий и героин, где наркотик сбывается местным этническим корейцем для собственного потребления. Но публикуется и другая информация о КНДР.2 Переживающая тяжелый экономический кризис КНДР для пополнения валютных запасов широко использует торговлю опиумом. Опиумный мак выращивается на более чем 10 крупных плантациях, разбросанных по территории Северной Кореи. Собранный опиум направляется на фармацевтическую фабрику в город Чхонджин, оттуда после переработки идет на экспорт в виде лекарственного препарата под безобидным названием "Корни белого колокольчика". За производство зелья отвечает специальный отдел ЦК Трудовой партии, который имеет своих представителей на всех плантациях и в каждой провинции. Существование подобной программы в КНДР на государственном уровне подтверждает контрразведка Тихоокеанского флота, вплотную занимающаяся этим вопросом, поскольку значительную часть произведенных наркотиков северокорейцы пытаются транспортировать через ближайшую Российскую территорию — Приморский край. Для переброски наркотиков через границу КНДР широко использовала дипломатический канал.
По информации газеты "Утро России", наши российские моряки вносят свою лепту в распространение наркотиков на Дальнем Востоке. Так, в порту Находка у российского моряка обнаружено и изъято таможенной службой 480 грамм марихуаны, в ходе проведенного следствия выяснилось, что наркотик он привез из Таиланда. Также вывезенный из Таиланда был обнаружен один килограмм гашиша у некоего Усольцева, работника ДСУ "АСФа".
По статистике, которую публикует "Владивосток", в Приморье каждый восьмой житель является потребителем наркотиков . Причем, если раньше органы внутренних дел сталкивались с традиционными для Приморского края коноплей и маком, то теперь широчайшее распространение получила эфедриновая наркомания. Появляются экзотические препараты — героин, кокаин, "экстези".3
Как сообщает газета "Владивосток", только в 1996 году управление по незаконному обороту наркотиков изъяло почти 2 тонны готовой продукции и 3 312 килограммов сырья для изготовления. Отмечается, что в Приморье под посевы конопли занято 460 гектаров земли.
В печати обращается также внимание на морально-этические проблемы наркомании, что служит хорошей профилактикой распространения этого явления.
3. Рынок интимных услуг.
С развитием рыночных отношений, которые привели к открытию массы ночных клубов, ресторанов, казино в Приморском крае сформировался рынок интимных услуг. В местной печати обращается внимание лишь на часть этой проблемы — это так называемые фирмы "досуга", которые прикрываются услугами массажа, сауны и т.д. Все эти фирмы по своей сути являются публичными домами. Конспирация здесь соблюдается по всем законам криминального мира. Многоступенчатая система — от хозяина до рядовой проститутки - делает поиски весьма затруднительным ,да и опасным делом. Исполнительный директор такой фирмы, как правило, подставное лицо. Каждая фирма досуга, прежде чем дать объявление, обязана предоставить лицензию на услуги. На бумаге, казалось бы, все законно — есть разрешение на тот же массаж, другие виды обслуживания. Но главное, для чего собственно открывается фирма, не указывается1. Практически все фирмы находятся под контролем криминальных группировок. Содержание притонов — самый доходный бизнес после наркотиков и торговли оружием. За каждый месяц работы фирма-притон обязана заплатить своей "крыше" от 500 до 4 000 долларов. Учитывается категория фирмы, число проституток, популярность такого заведения2 .
Деятельность фирм досуга относится к сфере социального обслуживания населения, поэтому облагается государственным налогом. Скрывая свои доходы, фирмы досуга тем самым нарушают уголовный кодекс и экономически поддерживают криминальные группировки.
По факту работы некоторых полулегальных публичных домов заведены уголовные дела, но пока ни одно не доведено до конца. Во Владивостоке известен единственный случай, когда хозяйка фирмы досуга понесла наказание за содержание притона ("Чио-Чио-Сан").
Другая же сторона проституции, представляющая опасность не только для клиентов, но и для самих девушек, как-то упускается из виду. Речь идет о незаконной миграции женщин, когда девушек вывозят за границу под предлогом того, что они там будут работать официантками или танцовщицами в шикарных ресторанах. На самом деле девушки, оказавшись без документов и без денег попадают, если можно так сказать , в рабство к хозяину какого-либо притона. Не имея возможности обратиться за помощью, получить свои документы обратно, девушки иногда годами находятся в такой кабале.
Владивосток завоевал себе репутацию города , где процветает секс-торговля женщинами . Об этом говорили участники солидной международной конференции по проблемам вывоза женщин из стран СНГ , проходившей в Москве в начале ноября 1997года . Авторитетная организация из Вашингтона «Всемирная сеть за выживание» (ГСН) представила на конференции результаты двухлетнего исследования этой проблемы в России.
Для того чтобы проникнуть в мир организованной секс-торговли, ГСН учредила в Америке фиктивную компанию , якобы занимающуюся импортом женщин из других стран для эскорта и развлечения.
ГСН провела интервью с Владимиром (это, естественно, псевдоним), вербовщиком из Владивостока , использующим школу манекенщиц в качестве прикрытия для секс-торговли. Владимир объяснил , что обучение в его школе стоит более 4000 долларов для каждого человека . Сотрудники ГСН подозревали , что студентки Владимира не будут иметь возможности вернуть кредит в 4000 долларов иначе , чем занимаясь проституцией .
Гилиэн Колдуэлл , представитель ГСН , рассказала на конференции : «Во Владивостоке и Москве , к примеру, нам предлагали за 400 и за 800 долларов устроить паспорта на выезд из России девочкам до 16 лет и отправить их через определенные турфирмы».
До сих пор в Приморье не было ни одного громкого дела в отношении секс- торговцев женщинами .1
Как сообщает Российская газета, в качестве сексуальных рабынь ежегодно в мире продается около 500 тысяч женщин. Причем две трети из них составляют гражданки Восточной Европы. До 1991 года поставщиками живого товара были страны Юго-Восточной Азии, Африки и Латинской Америки, а сейчас «рынок сбыта» пополняется не только из западных регионов России, но и из Сибири, Дальнего Востока. Основными направлениями вывоза являлись Турция, Эстония, Финляндия, Китай.2


Не публикуются также материалы, в которых говорилось бы, что проститутки иногда являются "наводчицами" для воров, а при удобном случае и сами не прочь взять то, что "плохо лежит". В публичных домах (о которых говорилось выше) имеет место также продажа наркотиков.
4.Контрабанда рыбопродукции.
В последние годы при крупных рыбодобывающих предприятиях появились многочисленные коммерческие структуры, не имеющие достаточного опыта в этой сфере деятельности. Как правило, их бизнес сопровождается нарушениями квот на вылов, продажей товаров по демпинговым ценам, хищениями, контрабандой. В погоне за быстрой наживой они наносят вред не только крупным отечественным и зарубежным компаниям, но в первую очередь ущемляют интересы России.
Причем, воруют не столько иностранцы, сколько свои капитаны. Многие из них, не проходя таможенного и пограничного контроля, уходят с неучтенной продукцией в иностранные порты прямо из района промысла.
На такого рода преступную деятельность обращают внимание не только местные печатные издания, но и центральные газеты. Например , в газете "Известия" опубликовано большое журналистское расследование о разграблении биоресурсов моря на Дальнем Востоке.1 Из публикаций видно, что механизм левой добычи и доставки морепродуктов отточен до мелочей. Большое количество российских судов, промышляющих в знаменитом, богатом крабами треугольнике к югу от Курильского острова Кунашир, подолгу вообще не заходят в российские порты, а полностью работают на Японию. В январе — ноябре 1996 года в Южно-Курильске на Кунашире, где оформляют документы на большинство наших траулеров в этой зоне, было зарегистрировано 119 выходов в море. Однако одновременно в гавань Немуро Российские суда заходили 934 раза. Столь существенную разницу можно объяснить только одним: единожды выйдя из российского порта, наши траулеры подолгу в него не возвращаются, а обслуживают исключительно Японию, куда полностью везут всех крабов и прочую живность.
Японские перекупщики и российские рыбаки создали великолепно отлаженное совместное предприятие — самое эффективное в экономических отношениях двух стран, только оно носит совершенно нелегальный характер. В газете "Золотой Рог" публикуется статья, которая ранее была напечатана в еженедельной газете "Свободный Сахалин" под названием "Японские рыбопромышленники прикармливают российских браконьеров". Здесь сообщается, что 80% добываемого на Сахалине краба уходит в Японию и лишь 10% контрабандистов и нарушителей удается задержать с поличным.1
Японская полиция , судя по всему , наконец-то села на хвост собственным и российским преступным группировкам , которые общими усилиями ведут «левый» морской промысел в 200-мильной экономической зоне РФ. В следственном изоляторе города Саппоро на Хокайдо начались допросы двух арестованных бизнесменов , имевших непосредственное отношение к пиратской добыче русского лосося.
Президенту рыболовной фирмы с Хокайдо «Кэй-эс» Киити Канэде и главе базирующейся в Токио промысловой компании «Син Нихон глоубал» Кацуми Ягути предъявлено обвинение в нарушении действующих в стране правил найма рыбаков .
Выяснилось , что «Син Нихон глоубал» через свое представительство на Сахалине установила там связь с не названной пока российской фирмой (или фирмами), договорившись с нею об аренде . Эта фирма служила лишь прикрытием для операций , к которым , как уверены в Токио , имеет прямое отношение российская организованная преступность .
Сахалинцы предоставляли суда , трехцветный флаг и разрешение на лов в наших водах . «Кэй-эс» нелегально нанимала безработных японских моряков и направляла их на эти траулеры . «Син Нихон глоубал» осуществляла связь и участвовала в сбыте «левого» лосося.
Имеются , в частности , существенные подозрения , что преступный российско-японский консорциум использовал не менее 15 судов , которые выгребали дорогостоящего лосося из экономической зоны РФ. 2
Также сообщается, что на фоне расхищения морских ре-сурсов наблюдается тесное вза-имодействие японских и россий-ских криминальных структур. Появились новые виды контра-банды (не только морепродуктов). По дешевке, например, сбы-ваются старые суда, а японские криминальные структуры, в свою очередь, поставляют нашим во-рованные "крутые" джипы. Вче-рашние рэкетиры открыли со-лидные фирмы и "отмывают" ог-ромные суммы денег в рыбной отрасли.
Сегодня они составляют почти четверть всех рыболовных коммерческих, орга-низаций, но доказать криминаль-ность фирмы довольно сложно: часто во главе ее стоят люди, которые, казалось бы, не имеют никакого отношения к уголовно-му миру, нередко они являются специалистами в рыбной отрасли. Часть таких фирм входит в состав ассоциации рыбопромышленников Сахалина", - сообщает "Свободный Сахалин".
Газета пишет, что правоохра-нительные органы не могут бо-роться с рыбным пиратством в полную силу. Нет средств, нет горючего для кораблей, нет со-ответствующих законов.
5.Нелегальный автобизнес.
Что касается ворованных автомашин , в последнее время в печати появилась более конкретная информация.
Очередной крупный международный скандал разгорелся в конце октября 1997года на Дальнем Востоке : официальный представитель японской полиции заявил о разгроме организованной преступной группировки , промышлявшей кражей автомашин престижных моделей по заказу русских бизнесменов.
Банда орудовала в 9 крупных префектурах. По данным газеты «Токио симбун» , предъявлено обвинение 30 японским гражданам : детективы утверждают , что за время деятельности этой группы было похищено около 600 транспортных средств общей стоимостью более 25 миллионов долларов .
В результате проведенного расследования определился и главарь банды . Им оказался некто Омоэда - 61-летний уроженец префектуры Фукуока , бывший глава крупнейшей преступной группировки Японии «Ямагучи» . В сентябре он был арестован . В газете «Завтра России» имя главаря звучит как Сигээди .1
Омоэда , главный офис которого находился в Тояме , получал подробный заказ от владивостокских бизнесменов . Глава преступного сообщества передавал эту информацию своим доверенным лицам в портах. Те , в свою очередь , размещали «заказы» среди непосредственных исполнителей .
Группа , непосредственно занимавшаяся кражами автомашин , делилась на подгруппы . Подгруппы возглавляли члены мафиозной организации «Ямагучи».В газете «Владивосток» приводится схема преступного промысла.1
Схема преступного промысла.

Русская мафия . Русские покупатели.

заказ предполагаемый контроль
Русский брокер.
заказ
Омоэда . Глава преступного синдиката.

распоряжения распоряжения

Заместители Омоэды в портах .
заказанные
автомобили заказы


Группа , занимавшаяся хранением и доставкой украденных автомобилей .

заказанные автомобили заказы

Многочисленные воры.

Наши правоохранительные органы не имеют, из-за отсутствия обмена информацией с японскими коллегами , возможности контролировать ввоз краденных машин и устанавливать причастных к этому бизнесу россиян.
Вопрос о более тесном сотрудничестве и обмене информацией необходимо решать на межгосударственном уровне .
Заместитель начальника уголовного розыска УВД края Владимир Скулкин заявил, что ему сложно говорить о российских корнях японского преступного автобизнеса: «У нас в Приморье ни разу не задерживались преступные группы , которые занимались бы незаконным ввозом иномарок из-за рубежа».
6.Экономическая преступность.
Любая мафия рано или поздно стремится к легализации, а это может привести к росту экономических преступлений, в частности, к активизации теневого бизнеса в кредитно-финансовой деятельности, инвестиционных и благотворительных фондах. Могут получить более широкое распространение нецелевое использование льготных кредитов, ссуд, дотаций, а также увеличение финансовых афер. Международные криминальные структуры активизируют свою деятельность по вывозу из России леса, металла, морепродуктов и т.д., а из-за рубежа - по контрабандному ввозу потребительских товаров, подлежащих обложению акцизами и таможенными пошлинами.
В связи с тем , что пик приватизации в Приморье пришелся на 1993-1994 годы , многочисленные криминальные разборки тех лет из сферы борьбы за собственность перешли в другие области . Тем не менее , до сих пор продолжаются скандалы и конфликты вокруг приватизации «Приморрыбпрома».1 Напомним , что в этом процессе активно участвовала банда братьев Ларионовых , которая сейчас ожидает суда . Был убит А.Захаренко , генеральный директор «Приморрыбпрома». В начале 1996 года совершено покушение на председателя совета директоров «Приморрыбпрома» О.Тена . Бывший же председатель совета директоров А.Брехов был арестован по обвинению в организации этих преступлений и ожидает суда.
Б. Резник публикует материал, освещающий грандиозную финансовую аферу с подложными векселями Сбербанка России на сотни миллиардов рублей.2
Масштабы аферы , по оценкам специалистов , превосходят нашумевшие в свое время дела по сотворенным чеченской мафией фальшивым авизо . Это видно из справки, подготовленной сотрудниками Дальневосточного регионального управления по борьбе с организованной преступностью : «В январе 1997 года нами была получена оперативная информация о намерении криминальных структур Хабаровского края запустить в финансовое обращение фальшивые ценные бумаги для расчета за сделки купли-продажи. По полученной информации было известно . что одной из форм расчета выбраны поддельные векселя Сберегательного банка РФ и Финансово-энергетического союза. Общая сумма спланированной акции должна составлять порядка 250 миллиардов рублей. Установлено , что данная акция спланирована с участием чеченских преступных группировок , отдельных высших должностных лиц Министерства обороны , Главного разведуправления (ГРУ) , Сбербанка РФ , Альфа-банка и международных преступных групп Германии , США, прибалтийских республик».
Недавно сотрудники Дальневосточного регионального управления по борьбе с организованной преступностью закончили расследование уголовного дела по факту получения 7,16 миллиарда рублей по поддельным векселям Сбербанка , предъявленным к погашению Хабаровским представительством коммерческого банка «Дзёмги» из Комсомольска-на-Амуре . Методы организации аферы , использование коррумпированных связей во властных , банковских , коммерческих структурах , смычка с криминальными лидерами и многочисленные нити , тянущиеся с берегов Амура в столицу , Чечню - все это создает весьма наглядную картину глобально организованного преступления .
В Хабаровске главным исполнителем сбыта поддельных векселей стал предприниматель В.Бабарыкин - хозяин индивидуального частного предприятия «Коралл».
«Коралл» находится под одной крышей с офисом некоего депутата краевой Думы, известного еще и тем , что он возглавляет мощную спортивно-криминальную группировку.
Следствие установило , что на московскую мафию , занимающуюся изготовлением и сбытом поддельных векселей , Бабарыкин вышел через своего приятеля Глеба Гракова . Тому , в свою очередь , дал «наводку»на некоего Мусу Эльдиева директор Владивостокского рыбного рынка Назаренко.
Оперативники выяснили , что деятельность преступных группировок по аферам с ценными бумагами координируется из офиса, расположенного на Зубовском бульваре в Москве . Нетрудно было установить тесные связи руководителей этого офиса с рядом депутатов Государственной Думы , ответственными сотрудниками Генпрокуратуры , ФСБ , МВД, ГУВД г. Москвы . Вхож туда некто Джамал (контролирует «общак» солнцевской преступной группировки), вор в законе Яша-Грек , преступный авторитет по кличке Фуртан... В офисе принимаются заказы на пакеты поддельных векселей .
Одной из сфер деятельности организованной преступности средства массовой информации считают заготовку и реализацию леса. Здесь, кроме легальной лесозаготовительной деятельности, отмечается существование незаконных браконьерских рубок, истинных масштабов которых никто не знает. Считается, что их никак не меньше законных. Лес, как рыба и бензин - товар, на котором делаются большие деньги. Не случайно в крае уже три года идет операция "Лес".
В 1997 году в Приморье заготовкой , переработкой и реализацией леса занимались 459 предприятий различных форм собственности . Только за 9 месяцев через таможенные посты края вывезено около миллиона кубометров деловой древесины . Государству был причинен ущерб от незаконной торговли лесом в размере 12 миллиардов рублей (в старых ценах) . Органами внутренних дел было возбуждено 42 уголовных дела .1
Думается, в операции "Лес" пока мало побед потому, что существуют очень влиятельные силы и в крае и на местах, которым выгоден беспредел в тайге.
7.Преступные группировки.
Сравнительно редко в печати публикуются материалы обобщающего характера «Золотой Рог» в статье «Семья, или мафия по-приморски» делает попытку восполнить этот пробел.2 Здесь приводится журналистская версия истории развития организованной преступности в Приморье , начиная с небезызвестной «Третьей смены» с ее лидерами «Коваль» и «Кабан».
Правда , неясно по какой причине, газета утверждает о слабости позиций в крае воровского «общака» во главе с Е. Васиным («Джем»). Последний являясь не только «вором в законе», но и лидером «Дальневосточного воровского общака», все же контролирует основные события в преступном мире региона. Не случайно, во время ареста в 1995 году в США наиболее влиятельного российского «вора» В.Иванькова («Япончик») была изъята фотография Е.Васина с дарственной надписью «... от дальневосточной братвы».
Так же не случайно в Приморье, особенно в Находку, порт Восточный и Владивосток, зачастили в 1997 году посланцы Джема, воры в законе Сахно, Турбинка, Волчок и Стрела.1
Представители крестного отца пытались также и участвовать в похоронах Михо. Поэтому слухи о том, что Джем сейчас - скорее символ, чем реальная власть, вероятно, выдают желаемое за действительное.
В 1991-1992 гг. основным промыслом владивостокских группировок было вымогательство автомашин у моряков загранплавания (Владивосток, Находка, Врангель, Ольга). Прибыль доходила до 1000% .
В дальнейшем во Владивостоке организуется масса коммерческих структур, которые активно продавали морепродукты, занимались перепродажей на местном рынке нефтепродуктов с Ангарского и Комсомольского нефтеперерабатывающих заводов. Далее «братва» двинулась в серьезный бизнес. Группировка «Лариона» приобрела крупный пакет акций АО «Востоктрансфлот», группировка «Баула» взяла под контроль АО «Приморрыбпром».
В период противостояния «спортсменов» и «уголовников» среди первых выделялись такие авторитеты как «Костен» , «Коваль» (убит) , «Михо» (убит) , «Алексей» , «Петрак» , «Баул» (погиб), «Макар стрелянный» (убит), «Паша С.» и «Ларион» (убит). Среди вторых лидерами были «Свирид» (убит) , «Дьяк» , «Ким», «Юра Трифон» и «Рыбак».
На сегодня во Владивостоке действуют свыше двадцати группировок общей численностью 600-800 человек. К наиболее крупным относят формирование «Михо», «Петрака», «Сергея Трифона», «Костена» и «Алексея».
Некоторые из авторитетов входят в число учредителей ряда известных в городе фирм , ночных клубов и ресторанов и считаются крупными бизнесменами . Один из них (Петрак) - вице-президент банка , другой - фактический хозяин другого банка .
Опять-таки, по неясной причине, автор статьи уверяет , «Семья» возглавлявшаяся «Михо» , не входит в структуру «Дальневосточного воровского общака». Положенцем (представителем «Джема») по Приморью является «Малыш» , ранее неоднократно судимый . По другим сведениям , с 1994 года эту функцию выполнял как раз «Михо».
Интересные данные о преступных кланах Приморья опубликованы в газете "Новости". Здесь дан перечень основных преступных группировок: "семья Михо", клан Петрака, бригада Алексея, Костен и Сергей Трифон, чеченская диаспора и группировка москвичей. Жесткого территориального деления у группировок нет. Приморские авторитеты держат под контролем бизнес, а не конкретные территории. Нет у них и четкого разграничения сфер приложения сил. Авторитеты делают деньги на всем, что может их принести. От расстановки коммерческих киосков по Владивостоку, до экспорта-импорта нефти, леса, рыбы, металла. Сферы влияния уже поделены и у местных полукриминальных предпринимателей могут возникнуть разборки только на экономической почве: из-за срыва сделок, «подстав», перебивания клиентов, недоплаты долгов. Произошедшие в текущем году убийства по мнению местных, а также центральных печатных изданий, могут привести к дестабилизации криминальной обстановки в городе Владивостоке и крае.1 Высказываются различные точки зрения по поводу совершенных убийств, описывается фактическая сторона событий. По имеющимся данным , убийство Ковалева (Коваля) и Осипова (Михо) главной причиной имело борьбу за установление контроля над немалой долей приморского бизнеса . Возможно , обе эти фигуры стали лишними при дележе огромных денег.2
По утверждению газеты «Золотой Рог», на сегодняшний день, после убийства Коваля и Михо, число наиболее влиятельных авторитетов во Владивостоке сократилось до 6 : Костен, Петрак, Сергей Трифон, Алексей и Винни-Пухи.3
8.Организованная преступность за рубежом.
Все чаще отечественная печать посвящает свои материалы и проблеме организованной преступности за рубежом , в том числе в Азиатско-Тихоокеанском регионе, особенно его части, примыкающей к российскому Дальнему Востоку . По сообщению «Известий», от Японии до Макао редеют ряды тайных сообществ , сжимаются и рушатся зоны их владений , меркнет грозная слава . Такой черной полосы еще не было за всю давнюю историю гонконгских триад , японских якудза и китайских братств.
Карательные акции и профилактические зачистки ведутся на территории континентального Китая , Тайваня , Гонконга , Макао и Японии . Не сговариваясь , но все больше координируя свои действия, специальные подразделения по борьбе с организованной преступностью пытаются одолеть спрута.
Мафия в Азии крепка не меньше сицилийской . Но пока она застигнута врасплох и несет ощутимые потери.
Китайская полиция развернула беспрецедентную по масштабам кампанию борьбы с преступностью, число арестов перевалило за несколько сотен тысяч , публичным казням подвергнуто более двух тысяч.
Руководство ведущих триад - Чаочжоуской, 14К, Во Хоп То и других - тайно посовещалось и решило готовить отходные пути на экстренный случай .
Якудза прошли через междоусобицу и карающие удары местных полицейских органов и теперь готовы выбросить белый флаг. Повесился на мосту через реку Тадаеши Кащи - босс некогда могущественной группировки Матсуда. Застрелился Мориюки Хадани - главарь клана Хадани, попытался свести счеты с жизнью предводитель группировки Ичива . Мафиози пытаются уберечь от унизительного крушения и финансовых долгов свои структуры. Судя по всему , их ждет печальный конец . Их поглотит группировка Ямагучи-гуми. Ей единственной удалось выйти сухой из перипетий , и теперь она претендует на монопольное положение среди империи якудза.1
Представляет интерес материал, опубликованный в газете «Мегаполис-Экспресс», в котором освещаются новые процессы, происходящие в рядах организованной преступности Японии. Со ссылкой на «Санди Таймс» показывается ее структура. В Японии сейчас несколько десятков тысяч якудза входят в бандитские группы, которые, в свою очередь, объединены в преступные синдикаты . Крупнейшим остается «Ямагучи-гуми», включающая 400 групп по сотне «бойцов» . Следом идут синдикаты «Иногава-Кай» (140 групп), «Сумиеси-ренго» (112 групп), «Мото Когуто Айо» (105 групп). Всего в стране насчитывается семь ганстерских кланов, контролирующих проституцию , шоу- и наркобизнес, строительство, профсоюзы докеров, занимающихся рэкетом и контрабандой .
Примечательно, что до самого лета 1997 года якудза при разборках не использовали огнестрельное оружие. Сейчас нравы изменились. В конце августа 1997 года в Кобе был расстрелян Масару Такуми - один из лидеров клана «Ямагучи-гуми». В сентябре в Ниигате совершена попытка убийства лидера синдиката «Иногава-Кай». В октябре в префектуре Фукуока застрелен один из главарей синдиката «Тайсю-Кай» . Всего с августа по октябрь произошло десять перестрелок между гангстерскими группами.
Якудза имеет традиционно сильные позиции в странах Юго-Восточной Азии, которые находились в зоне японской оккупации во время второй мировой войны. Это Бирма, Малайзия, Сингапур, Таиланд. Действуют они открыто. Проявляются чаще всего в торговле «живым товаром» - во время перевозки тысяч девушек из Азии в Японию под предлогом найма рабочей силы на заводы фирм «Сони» и «Ниссан». На самом деле обманутые девушки попадают в публичные дома Токио и других городов. Якудза получают огромную прибыль от этого.
Сегодня якудза все активнее стремятся войти в героиновый бизнес, где уже давно действуют китайские триады и американско-итальянские Коза ностра.1
Любопытная информация опубликована об известной банде Ларионовых , участники которой ожидают суда . Выяснилось, что в определенной степени к ее деятельности был причастен японский гражданин Хиратакэ Идзуми. В 1991 году на базе судоходной компании «Восток-трансфлот», которую контролировали Ларионовы, была создана совместная компания «Кэйавто». Одним из ее соучредителей был названный иностранный гражданин. В течение нескольких лет компания занималась поставками автомобилей в Россию из Японии. При этом составлялись двойные контракты . Только в 1993 году разница в стоимости составила 750 тысяч долларов. Хиратакэ занимался переводом денег Ларионовых на зарубежные банковские счета.2
У мафии есть и успехи. Так наркодельцы открыли в Китае «золотую жилу», наладив сотрудничество с местными производителями эфедрина. Препарат контрабандными каналами переправляют в Россию для изготовления одного из самых сильнодействующих наркотиков. По оценкам наших экспертов, он вышел на первое место в нелегальном обороте наркотических веществ в дальневосточном регионе, угрожая захлестнуть всю страну.
Исходя из средней цены эксперты оценили оборот за прошлый год в размерах, превышающих 120 миллионов долларов.
Эфедриновый бизнес вплотную свел интересы криминальных группировок двух стран, до последнего времени державшихся в стороне друг от друга. Смычка наркомафий вступила в активную фазу.1
Местная газета «Утро России» в небольшой заметке поднимает острую тему преступности иностранцев в Приморье. Так, в 1995 году из всех преступлений, совершенных иностранными гражданами в крае (всего 1100), 80 % приходятся на китайцев. С 1996 года прослеживается тенденция возникновения китайского преступного сообщества. В городе Уссурийске орудует группировка «Волки» . Ее лидер Ли Дэ Цюань (он же - Лян Цюань Нань), по кличке Лао Да («Пахан»), сравнительно молод (ему 34 года). Был судим за разбой . В группировке примерно 15 человек. Во крае дейстуют две группировки китайцев «Ванцинская» и «Янбенская» (выходцы из городов Ванцин и Янбень). Основной объект посягательств - богатые соотечественники торговцы.2
9.Коррупция.
Изучение материалов газет свидетельствует о больших неиспользованных резервах в деле освещения проблемы организованной преступности и противодействия ей. Так, региональная печать совершенно обошла проблему коррупции. Отдельные факты не являются основой для аналитического рассмотрения системы коррумпированных связей. Правда, газета «Золотой Рог» делает попытку обрисовать картину борьбы со взяточничеством в Приморье. В 1997 году в суды края направлено 16 уголовных дел о взяточничестве (всего же за 9 месяцев было выявлено 46 фактов). За этот же период в крае выявлено 11 случаев нового вида преступления, связанного с подкупом недолжностных лиц (коммерческий подкуп). Примечательно, что все они связаны с работниками рыбной промышленности.
На страницах газеты нашло отражение и «милицейское дело» (связанное с фальсификацией обвинения против В. Черепкова.3
Впрочем, тема коррупции для журналистов представляет особую сложность. Это явление в наибольшей степени скрыто от чьих-то глаз или ушей . Но дело не только в этом . В Приморье, например, ни для кого не секрет, что средства массовой информации едва ли не полностью находятся под неусыпным и жестким контролем администрации края. Сам губернатор, как только появились первые критические публикации в его адрес, заявил об их «заказном» характере. Примечателен факт обнаружения и изъятия органами ФСБ материалов , подготовленных чиновниками краевой администрации, в которых содержались планы действий по дискредитации неугодного мэра Черепкова.1
Прессой широко освещались события , связанные с фабрикацией уголовного дела по обвинению В.Черепкова в получении взятки.2
Прекращение данного дела Генеральной прокуратурой РФ повлекло возникновение нового - т.н. «милицейского» дела , по которому уже обвинялись бывший начальник УВД края Ипатов и начальник налоговой полиции Бондаренко. Это дело сейчас рассматривается Приморским краевым судом.
Как заявил Е.Севостьянов, зам главы Администрации Президента РФ, « людям, которые с этим делом знакомы, очень трудно избавиться от ощущения, что Наздратенко был прямым заказчиком этой провокации, не зря он выделил 50 миллионов рублей, которые переданы в УВД для дачи т.н. взятки, и не зря после этого, как комбинация была реализована, были повышены в должностях и званиях ее участники».3
С возвращением В.И. Черепкова в кресло городского мэра активизировалась и печать , которая пыталась поддерживать его («Арсеньевские вести», «Далекая окраина»). Появилась новая газета «Приморье», которая фактически стала рупором городской мэрии.
В одном из выпусков «Приморья» опубликовано обобщение материалов проверок администрации края Контрольным управлением администрации Президента РФ и журналистских расследований за целый ряд лет.4
Так, баллотируясь кандидатом в депутаты Верховного Совета РСФСР, Е.И. Наздратенко привлек в качестве доверенного лица ранее дважды судимого Клигера . В 1992 году была создана «Приморская акционерная компания товаропроизводителей» («ПАКТ»). Ее учредителями выступили 32 предприятия и 213 физических лиц, в том числе депутат Наздратенко. Местная печать обвиняет ПАКТ и фонд имущества края в коррупционном характере идущей приватизации, в ходе которой самые лучшие предприятия за бесценок скупались начальством . За короткое время «ПАКТ» установил контроль над 200 предприятиями из 360 наиболее крупных.
В числе сомнительных операций, совершенных администрацией края - продажа лесоматериалов по демпинговым ценам за границу (1993г.); поставки продукции Китаю в счет оплаты оборудования и рабочей силы для строительства Уссурийской ТЭЦ(1993г.); выделение кредита 1,4 миллиона долларов частной фирме «Интерфлот» на поставку продуктов питания, которые так и не потупили в край . Почти полтора миллиона долларов в итоге были обменены на акции «Дальневосточной базы флота» (1994 г.). Это также злоупотребления, связанные с выделением кредита АО «Приморхлебопродукт» (с реальной поставкой лишь 6% продукции) , выделением кредита СП «Канросс» (для возведения мостов , которые так и не были построены), выделением целевого кредита ЦБ РФ в сумме 2 миллиарда рублей (на развитие регионального Центра морской славы - с нулевым результатом) (1994 г.).
Комиссия контрольного управления рекомендовала провести глобальную проверку движения товарно-денежных потоков по нефтепродуктам в Приморье . Так , закупки нефтепродуктов для края были переориентированы с заводов Восточной Сибири на завод в г.Комсомольск-на-Амуре, у которого отпускные цены на 30% выше сибирских. Директор АО «Приморнефтепродукт» скрылся за границей. М. Чечельницкий, начальник управления по топливным ресурсам края скоропостижно скончался (1995 г.).
По контракту с китайской фирмой в край поставлен уголь по сильно завышенной цене в пользу АО «Транзит» (1995 г.) .
В мае 1997 года во Владивостоке побывал заместитель главы администрации Президента Е. Севостьянов, который в последствии обвинил краевые власти в разбазаривании и нецелевом использовании бюджетных средств, в беспорядках в сфере использования морепродуктов и леса: «... При том административном произволе, при той криминальной обстановке деньги в Приморье никто (из бизнесменов - В.Н.) вкладывать не будет».1
По результатам проверок Президентом РФ в июне 1997 года были приняты беспрецедентные решения. Во 1-х, назначить своим полномочным представителем начальника управления ФСБ по Приморскому краю, а во 2-х, наделить последнего дополнительными полномочиями. В их числе - контроль за обстановкой в топливно-энергетическом комплексе, организация расширения финансовых структур из федерального бюджета, согласование выдачи квот на промысел рыбы, морепродуктов и леса.1
Новый полномочный представитель Президента РФ генерал-лейтенант В.Е. Кондратов заявил в интервью ИТАР-ТАСС о том , что коррупция местных властей, силовых и коммерческих структур в Приморье приобрели «значительный размах». По его мнению , ситуация здесь по своей сложности не имеет прецедентов в стране . В этой связи он упомянул ,в частности , историю со строительством Уссурийской ТЭЦ. Деньги выделенные на строительство , использованы на другое строительство - дорогостоящих коттеджей в Подмосковье.2
По оценкам «Российской газеты», организованная преступность в Приморье пронизала все стороны жизни . Именно ее называют в качестве одной из причин жесткого энергокризиса. Так, закупки топлива краевой администрацией делались через ненужных посредников , имеющих большой «навар» от казенных денег.
Сотрудники ФСБ привели газете также данные о демпинговой политике рыбных магнатов . В Японию из Приморья было продано морепродуктов почти на миллиард долларов , в то время как, по оценкам японцев, все это должно было стоить пять миллиардов . От такой дешевой распродажи даров океана за последние семь лет край потерял от 17 до 25 миллиардов долларов.3
Примечательно , что В.Черепков сразу после восстановления осенью 1996 года в должности мэра заключил прямые договоры с производителями топлива на его поставки. По его оценкам , примерно 90% из всех снабжающих топливом организаций находятся под контролем мафиозных структур. Он же обратил внимание на автостоянки и рынки, которые кормят бандитов, ничего не давая городу .4
Центральная печать прямо обвиняет руководство края и в связях с криминальными авторитетами. Так, освещая тему об убийстве летом 1997 года А.Коваля «Комсомольская правда» задается вопросом: «Ударит ли убийство Коваля рикошетом по Наздратенко ?» В статье утверждается: кабинеты Е.Наздратенко и его первого зама К.Толстошеина были всегда открыты для «почетного гражданина».1
Б. Резник в статье «Пушное дело» обвиняет губернатора Приморья в «чудовищных злоупотреблениях» и «вульгарном казнокрадстве». Какие бы потрясения ни происходили в звероводческой отрасли, как бы низко она ни падала в экономическую пропасть, ею непотопляемо руководит Михаил Гусев. Этим он очень похож на своего покровителя и благодетеля губернатора Наздратенко. Без участия Наздратенко Гусев вряд ли сумел бы получить «свыше 130 миллиардов заемных средств, в том числе из бюджета края, и использовать их не по назначению».
Пушное дело - самое обыденное в ряду прочих злоупотреблений, творящихся ныне в Приморье. Управы на виновных нет, как нет ее и на их покровителя губернатора Евгения Наздратенко.2
Последние выборы, состоявшиеся в декабре 1997 года в Приморскую Краевую Думу, были отмечены налетом криминального скандала . Кандидат в депутаты А.Якимчук заявил на пресс-конференции 4 декабря, что его приглашали в ФСБ , где предупредили о возможном покушении на его жизнь . Заказчиком якобы был назван - ни больше, ни меньше - руководитель административного департамента администрации края. Последний - де вступил в преступный сговор с криминальными структурами, пытаясь разрешить имеющиеся у него с Якимчуком финансовые разногласия.3
Ничего не пишут газеты и о криминальных операциях, связанных с квартирами. Между тем, по данным Дальневосточного отдела ВНИИ МВД, в 1995 - 1996 гг., только во Владивостоке в органы внутренних дел поступило свыше 300 заявлений граждан о преступных посягательствах на их квартиры. При этом, увы, уголовные дела были возбуждены лишь по каждому третьему заявлению, а до суда дошло лишь 4 уголовных дела.
Еще одна острая проблема - проблема «отмывания» незаконных доходов - также не нашла своего отражения в региональной печати . Можно надеяться, что в дальнейшем печатные издания с помощью правоохранительных органов будут публиковать материалы, в которых будут отражаться не только конкретные факты проявления организованной преступности, но и анализ общей криминологической ситуации, сложившейся в Дальневосточном регионе. Думается, что свою лепту внесут и ученые.

§ 5. Зарождение и становление организованной преступности на Дальнем Востоке в конце XIX - начале XX веков.

Зарождение организованной преступности на Дальнем Востоке имеет свои специфические исторические корни. Обусловлены они тем, что со времени открытия дальневосточной окраины русскими людьми, заселение ее шло в основном служилым людом - солдатами войсковых команд, казаками Забайкальского и Амурского казачьих войск, а также каторжными и ссыльно-поселенцами. Процент последних стал достаточно велик на рубеже XIX - XX веков, когда началось строительство Великой Сибирской железной дороги, призванной соединить центр России с ее окраинами. В силу этого криминогенная обстановка в населенных пунктах стала резко ухудшаться, что привело к усилению полицейских сил и созданию ряда жандармско-полицейских управлений Уссурийской, Амурской, Китайско-Восточной железной дорог. Последние имели свои отделения на узловых станциях и боролись с преступностью не только на строительстве, но и затем в полосе отчуждения.
Кроме того, слабая заселенность огромного края в отличие от европейской части России влияла на местоположение преступных сообществ. Они базировались только в крупных городах, таких как Владивосток, Никольск-Уссурийск, Хабаровск и Благовещенск.
Особое геополитическое положение Дальнего Востока, особенно южной ее части - Южно-Уссурийского края (часть современного Приморского края. - Авт.), граничащей с Китаем и Кореей, и имеющей связи с Японией и Америкой, наложило отпечаток и на характер преступности здесь и конкретные формы ее проявления. Это продолжает иметь место и в настоящий период времени.

1. Зарождение организованной преступности и борьба с ней.
С освоением и развитием Владивостока как города и военно-морской крепости, ростом его населения преступлений там стало совершаться все больше и больше. Число их резко возросло в конце XIX века, когда в городе началось строительство Великой Сибирской железнодорожной магистрали. На ее постройке использовался труд каторжных и ссыльнопоселенцев, на долю которых приходилась значительная часть совершаемых в городе преступлений. Почти не проходило дня, чтобы кого-нибудь из горожан не грабили, к кому-нибудь не ломились бы воры.
Насилию со стороны беглых каторжных подвергались не только русские, но и иностранцы. Так, в частности, в городе бандой беглых каторжных из троих человек во главе с Гунько был убит молодой мичман Руссело, с зашедшего в порт военного корабля Франции “Баярд”, а также был совершен ряд дерзких грабежей.
В то время горожане пережили шок. Жители жили в постоянном напряжении и страхе за свое имущество и жизнь. “С наступлением темноты люди выходили с револьверами, окликали друг друга за десять шагов, требовали уступать дорогу, а в противном случае стреляли”2 , - так писал о тех суровых для горожан временах будущий генерал А.Н. Краснов, автор путевых очерков “По островам Далекого Востока”, побывавший во Владивостоке в конце прошлого века.
Вносило свой посильный “вклад” и местное преступное сообщество. В городе, к примеру, в 1903 году оперировало одновременно до 20 крупных шаек преступников. Их можно было отличить не только по национальному признаку - они состояли из русских, китайцев и корейцев, но и по характеру и видам совершаемых преступлений. В то время появились и профессиональные убийцы, которые за определенную, даже не столь большую плату, отправляли на тот свет любого неугодного заказчику человека. Убить тогда практически ничего не стоило. Зачастую полиция находила в придорожных канавах или на берегу Амурского залива трупы в мешках с признаками насильственной смерти...
В 1909 году во Владивостоке при городском полицейском управлении было создано сыскное отделение (уголовный розыск), начальником которого стал специалист своего дела П.Я. Тютюнник. Отделение располагало не только подробной картотекой представителей преступного мира, квалифицированным штатом работников, но и секретными сотрудниками. От всеядности и бдительного ока последних во многом зависел успех работы чинов полиции. Сыщики занимались розыском убийц и рецидивистов, находящихся в местном и в общероссийском розыске, раскрытием краж, фактами мошенничества и подлога.
Так, в ночь на 7 сентября 1910 года между Голубинной падью и Рабочей слободкой был убит домовладелец Петр Воложанин. В этом же месяце сотрудниками сыскного задержаны убийцы и соучастники преступления - Екатерина Воложанина, жена убитого, С.Станкевич, О.Херник и М.Кулигин.3
16 марта 1910 года в доме N 5 по Пологой улице была накрыта шайка, которая занималась подделкой билетов на право проживания в Приморской области. При обыске было найдено несколько чистых паспортных бланков, каучуковая типография, три гербовых печати, несколько штемпелей ведомств и учреждений, разные кислоты и краски, бумага, типографский шрифт. Установлены главари шайки - М.Лубковский и сын коллежского асессора К.Соловарин. За этот же год было ликвидировано еще 6 подобных преступных групп. 1
Сыскное занималось раскрытием не только текущих преступлений, но и минувших лет. Так, в 1908 году неизвестными злоумышленниками была совершена кража разных золотых и серебряных вещей на несколько тысяч рублей из ювелирного магазина Розенберга. Ценности частично были найдены через несколько лет у преступников С. Станкевича и Ф. Тертровой. 2

2. Формы проявления организованной преступности.
 Местные преступные сообщества. “В истории все повторяется...” - эти слова сегодня как нельзя кстати отражают некоторые стороны нашей жизни. Это и рост цен, и безработица, и чиновничий произвол и т.п. Особое место в этом ряду занимает такое явление российской действительности как организованная преступность. О современной пишут достаточно, а о той, которая была в прошлом, пишут не так уж много.
О ней, в силу определенных обстоятельств, мало что известно, если не считать, конечно, небольших сообщений в местной прессе, констатирующих краткие факты уголовной хроники. Итак, несколько эпизодов из жизни местной “мафии” начала века.
Владивосток с момента своего основания всегда привлекал внимание не только купцов, промышленников, ремесленников и предпринимателей как морской порт торговый город, но и, так называемый “темный люд”, людей с уголовным прошлым и повадками мошенников и аферистов. Особый интерес к нему со стороны криминогенной среды стал проявляться после русско-японской войны. Преступники стали действовать уже организованными группами и их связи выходили далеко за пределы Владивостока. Некоторые архивные документы позволяют судить о том, чем занималась, из кого состояла и что собой представляла отечественная мафия. В исторических документах она именовалась проще - “преступная шайка”. Но от названия содержательная сторона вряд ли изменилась.
В начале февраля 1908 года в городской прессе практически незамеченной прошла краткая информация о теле, найденном на льду Амурского залива, с петлей на шее. В карманах у жертвы не оказалось никаких документов, раскрывающих личность задушенного. Особых пересудов среди обывателей сообщение не вызвало. Прошло немного времени и Владивостокской полиции удалось установить личность убитого. Им оказался богатый еврей Вишняк, проживавший в одной из гостиниц. Убийством заинтересовался военный губернатор Приморской области генерал-майор В. Флуг и полиция была вынуждена ускорить розыски. Выяснилось, что Вишняк вышел днем 5 февраля из гостиницы, имея при себе большую сумму денег в ассигнациях, и назад не возвращался. В номере же было все перевернуто и, судя по всему, что-то украдено. Горничная при опросе показала, что вечером в день убийства она видела сбегающего с большой поспешностью по черной лестнице гостиницы человека кавказского типа, приметы которого она и дала полиции. Благодаря активным действиям агентов сыскной полиции, к концу месяца было установлено, что к убийству Вишняка причастна шайка, состоящая из нескольких человек во главе с неким грузином. Ранним утром 28 февраля полиция произвела арест и обыск в квартире на улице Алеутской. Было арестовано четыре человека - три мужчины и одна женщина, содержательница притона Мария Шапоренкова. При осмотре квартиры был найден потайной ход в подвал, имеющий несколько отделений, удобно приспособленных для укрытия людей и награбленного от полиции. В одном из этих отделений был найден прятавшийся там под ворохом тряпок мужчина-грузин с документами на имя Павла Чикашуа и Павла Хундахадзе. При обыске у арестованных было обнаружено три заряженных новейших систем револьвера и один кинжал, предметы грима и переодевания, а также некоторые вещи, принадлежащие убитому Вишняку. Все арестованные под конвоем были доставлены в полицейское управление. Там чинами сыскного отделения грузин с документами на несколько фамилий был опознан как опасный рецидивист Мжавия, разыскиваемый сыскной полицией Российской империи. 1
За ним числилось несколько убийств и ограблений. Проживал он под несколькими фамилиями по подложным документам. Находился в розыске по сыскному и охранному отделениям и хорошо был известен владивостокской полиции, которая уже дважды предпринимала попытки его задержать, но оба раза он отстреливаясь из пистолета “Браунинг” уходил от городовых. 2
Удалось также установить и личности других преступников. Кроме того, стало известно, что не всех членов шайки удалось задержать. Как выяснилось, удалось скрыться двум известным рецидивистам - Белому, приговоренному за убийство благовещенским окружным судом к бессрочной каторге и бежавшему по пути к отбытию ее, и Субышеву, приговоренному к смертной казни за убийство и сбежавшему из зала заседания суда.
1 марта полиция вновь провела обыск в обнаруженном притоне. В результате его полицейскими чинами был обнаружен тайник в печке, где находились поддельная каучуковая печать для паспортов Одесского мещанского старосты, подушка для краски со следами оттиска другой печати меньшего размера, привнимательном осмотре совершенно идентичная с печатью Сызранского мещанского старосты на паспорте задержанного по тому же делу именующего себя Петровым, поддельная борода и усы, офицерская форма, погон армейского капитана и бинокль фабрики “Краузе”, который принадлежал покойному Вишняку.
Преступная банда, организованная Мжавия во Владивостоке, совершила здесь несколько убийств и ограблений, в том числе и ограбление одного из магазинов известной владивостокской фирмы “Либе Вульф и Ко”, вещи из которого были найдены при обыске притона. В ходе дознания об убийстве было также установлено, что Мжавия несколько раз скрывался на квартире штабс-капитана фон Бреннера, которого по косвенным уликам заподозрили в участии в деятельности банды. Военный комендант Владивостока дал разрешение на обыск и в начале марта чины полиции произвели тщательную проверку квартиры офицера. В ходе обыска найдена печать одной из частей, где раньше служил фон Бреннер, а также кусок бумаги с оттисками на нем лицевой и оборотной стороны 3-х рублевого кредитного билета. Жена штабс-капитана успела проглотить другой кусок бумаги с подобными оттисками. Эти и другие улики позволили установить его тесную связь с шайкой Мжавия. 1
Владивостокской полиции все чаще приходилось сталкиваться не только с убийцами и грабителями, но и с фальшивомонетчиками, тем более что этот вид уголовных преступлений получил в портовом городе широкое распространение. Этим ремеслом промышляли и местные китайцы, и русские. От отдельных кустарей-одиночек до организованных групп в 6-8 человек прошли свой путь фальшивомонетчики Владивостока.
16 марта 1910 года Владивостокским сыскным отделением в доме номер 5 по Пологой улице обнаружена шайка фальшивомонетчиков, занимавшаяся подделкой русских ассигнаций. При обыске отобрано: несколько чистых паспортных бланков, небольшая типография, три казначейских печати, несколько штемпелей кредитных билетов, разные кислоты и краски, а также фальшивые деньги 10 и 25 рублевого достоинства на сумму около десяти тысяч рублей.

Задержаны главари шайки - казак Марьян Лубковский и сын местного коллежского асессора Константин Соловарин. Шайка была раскрыта агентурным путем. 1
Следует отметить, что подделка разменной серебряной монеты казначейских билетов стала для Владивостока бичом. Так, к примеру, все в том же 1910 году полиция раскрыла еще 6 таких же шаек, довольно умело подделывающих бумажные деньги и билеты на право проживания в Приморской области. А в 1909 году на Санкт-Петербургский монетный двор поступило из Приморья 2688
штук золотой, серебряной и медной фальшивой монеты. Тогда было высказано предположение, что мастерская по изготовлению фальшивых денег находится где-то во Владивостоке. Но местной полиции не удалось напасть на след банды.
Фальшивые купюры и монеты появлялись в городе и в последующие годы, заставляя торговцев и лавочников внимательно относится особенно к приему бумажных ассигнаций.
Важную роль в раскрытии крупной банды фальшивомонетчиков внесло владивостокское охранное отделение. Отделению, занимавшемуся в основном политическим сыском, Департаментом полиции было вменено в обязанность осуществлять самостоятельный розыск по уголовным делам, затрагивающим интересы государственной безопасности. В плане реализации этой установки отделением была приобретена секретная агентура, освещающая вопросы деятельности банд грабителей, фальшивомонетчиков и других. Именно благодаря ее деятельности в городе в 1914 году была разоблачена банда фальшивомонетчиков и поставщиков опиума, имеющая связи с Петроградом, Иркутском, Харбином и Шанхаем. Так, в частности, в середине мая 1914 года охранным отделением было перлюстрировано письмо, поступившее во Владивосток из Петрограда на имя Ивана Ивановича Оришича. Содержание письма показалось подозрительным и в силу этого было принято решение проверять всю корреспонденцию, адресованную упомянутому лицу. В середине июня из одного из писем стало известно, что житель Петрограда некто Гельд отправил во Владивосток Оришичу багаж весом 1 пуд и 27 фунтов. По прибытию багажа было установлено, что там находится опиум. Охранное отделение не стало брать с поличным Оришича, а решило установить за ним наружное наблюдение для выявления его преступных связей и продолжило перлюстрацию поступающей ему почты. Кроме этого, отделением был приобретен секретный сотрудник “Амурский”, близко стоящий к данной банде. Сведения, поступающие от него, позволили охранке получить полную информацию об этой преступной шайке.2
Выяснилось, что банда специализируется на сбыте фальшивых бумажных денег в Приморье, распространением в Сибири, на Дальнем Востоке и в Китае опиума, на ограблениях и получении, по подложным документам из различных банковских и других учреждений, крупных денежных сумм.1
С мая по начало октября отделение вело тщательную разработку этой организованной группы преступников. Во главе организации стоял Илья Журинский, скрывшийся в свое время из Владивостока и разыскиваемый судебными властями по делу о поджоге пакгауза с товарами. Он проживал в Петрограде по фальшивому паспорту на имя Гельда. В Петрограде также находились и несколько других его сообщников, среди которых - Герш Быстрицкий, Михаил и Борис Побержанские и ряд других. Эти лица занимались печатанием фальшивых дензнаков и транспортировкой опиума. “Амурский” позволил выявить и состав шайки во Владивостоке. В нее входили Иван Оришич (кличка “Лееопард”), местный коммерсант, греческий подданный Леонид Мелисарато, Зиновий Аронов и владелец гостиницы “Европа” Абрам Новисов. 2
8 октября 1914 года начальник владивостокского охранного отделения ротмистр Гинсбург произвел в городе аресты и обыски квартир, указанных выше членов группы. При обыске у Оришича и Новисова были найдена обширная переписка, изобличающая их в преступной деятельности, фальшивые купюры и несколько фунтов опиума. Дополнительно также было установлено, что активную роль в сбыте фальшивых денег и опиума играл Новисов, который использовал для этого свою гостиницу.3
Аналогичные аресты и обыски прошли в Петрограде. Таким образом, с этой шайкой было покончено.
К сожалению, организованная преступность в городе росла как снежный ком. Революция и гражданская война в дальнейшем способствовали ее расцвету. Власти с ней боролись, но она продолжала существовать.
 Наркобизнес.
Освоение и заселение русскими людьми территории Дальнего Востока в середине ХIХ века сопровождалось появлением здесь, особенно в Приморской области, пришлого китайского и корейского населения, хотя следует отметить, что отдельные фанзы, локальные поселения китайцев и корейцев были здесь и до этого. Последние вначале жили обособленно своими небольшими общинами, но со временем стали принимать
активное участие в экономической и торговой жизни Владивостока и других населенных пунктов Приморья. Они привнесли в местную жизнь элементы своего быта и культуры, традиции, пороки, в число последних входило и опиекурение. Именно этот порок был быстро распространен среди уже ставшего многочисленным китайского, корейского, а также русского населения Приморской области. Китайская торговля приносила большой вред и аборигенному населению Приамурского края. Аборигены Приамурья поставляли китайским торговцам ценную пушнину, женьшень, панты и другие предметы промысла в обмен на спирт, опиум, другие потребительские товары. Подобный неэквивалентный обмен приносил китайским купцам огромную прибыль. В орбиту их деятельности попали и русские крестьяне. “В настоящее время уже немало русских крестьян живет в батраках у более или менее зажиточных манзов, - писал бывший секретарь Главного начальника русских морских сил в Тихом океане в июле 1883 года, - и живет не за денежную плату, даже не за меру проса для своей семьи, а лишь за то, что хозяин вечером, по окончании работы, даст ему выкурить трубку опиума, да и не всегда еще целую, а лишь остатки после своей собственной прокурки. К несчастию, и это величайшее зло, благодаря манзам, начинает у нас прививаться в среде крестьянства...” 1
Культура мака с целью добывания опиума занесена была в Приамурский край преимущественно китайцами. Известный исследователь Максимов отмечал: “Кроме винокурения манзы-земледельцы занимаются разведением обширных маковых плантаций и приготовлением ужасного яда - опиума” 2
Обеспокоенное руководство края, впервые столкнувшееся с подобной проблемой, предприняло ряд ограничительных мер. Приамурский генерал-губернатор просил в марте 1887 года и.д. военного губернатора Приморской области о том, “чтобы привоз из-за границы в г. Владивосток опиума не допускался, за исключением того небольшого количества его, какое будет выписываться из-за границы нашими аптеками и медиками для врачевания”.3
Запрет на ввоз опиума и конфискация его при досмотрах китайских шлюпок были сделаны и по линии Министерства финансов России в июне 1887 года, в чьем ведении находилось управление акцизного округа Приморской и Амурской областей, призванное вести борьбу и с этим злом. 4 Но несмотря на данные меры, ввоз в Приморье опиума продолжался, что наносило безусловный вред национальным интересам России, прежде всего, подрывая ее экономическую базу.
По поводу необходимости коренного изменения правил торговли ханшином и опиумом в Приморской области военным губернатором последней была представлена Приамурскому генерал-губернатору в конце 80-х годов обширная записка. В ней предлагалось, оставляя в силе запрещение для русских подданных ввоза и продажи опиума, не распространять его на китайцев и корейцев - не русских подданных, урегулировав употребление ими данного наркотического средства известными правилами и надзором, облагая их соответствующим акцизом.
Эти предложения были связаны с тем, что репрессивные меры никаких положительных результатов не давали, поэтому лучше было “поставить дело под известный контроль, чем плодить тайные притоны общественные и частные, за которыми никакая полиция не в состоянии будет уследить”. 1
Ввоз опиума особенно получил расцвет в конце XIX века, когда в Приморье началось сооружение железнодорожной магистрали. На строительстве ее работали десятки тысяч китайских и русских рабочих, среди которых очень сильно было развито опиекурение.
Всевозрастающая потребность в опиуме заставила китайских предпринимателей решить вопрос о развитии опиумного производства на территории самой Приморской области, но не только для местного его потребления, а и сбыта за границу. Оно развивалось на специально занятых для этих целей землях. Так, уже в 1897 году, по словам русского консула в Чифу, вывоз опиума из Приморской области в Китай достиг 200 пудов. Из года в год площади маковых плантаций увеличивались, и вывоз опиума пропорционально возрастал.2
В первом десятилетии XX века Ольгинский уезд являлся основным поставщиком опиума, хотя макосеяние зародилось еще в 70-х годах XIX века еще в Ханкайском и Суйфунском округах Приморья, до долины р. Сучан и по побережью Японского моря до р. Маргаритовки. Так, в 1906 году под посевами мака в Ольгинском уезде было занято 80 десятин земли (всего по области 200 десятин), в 191О г. 120 (всего по области - З06), а в 1911 г - 690 десятин. Здесь же арендная плата за землю возросла до 100 рублей за десятину.3
Необходимо отметить, что в российском законодательстве в то время не было статьи, запрещающей производство опиума, существовали лишь инструкции и распоряжения, ограничивающие ввоз и вывоз опиума из страны; продажа опиума разрешалась лишь в аптеках по рецептам врачей. Производство опиума в Южно-Уссурийском крае Приморской области из года в год увеличивалось. Край стал не только производителем опиума, потребителем, но и поставщиком его на внешний “рынок”. По неполным данным, вывоз опиума из Приморской области в Китай только в 1897 году составил 2ОО пудов.1
Большинство опиумных предприятий (земель с посевами мака и фанз для его переработки в опиум) располагались вдали от русских поселений, в основном в глухих, труднодоступных местах, поблизости от основного потребителя опиума - аборигенного населения края. Здесь китайцы самовольно захватывали лучшие участки плодородной земли и без уплаты налогов местным русским властям за пользование землей занимались производством и торговлей опиумом и ханшином (самодельной китайской водкой).2
Огромную роль в контрабанде, производстве и распространении не только среди аборигенов, но и русского населения в городах и населенных пунктах Приамурского генерал-губернаторства играли легальные и тайные китайские общества, руководство которых получало большую прибыль от продажи наркотиков. Официально общества занимались организацией и координацией торговых операций китайцев на территории края, разбирали жалобы, вершили суд. Они руководствовались Уставом, утвержденным министерством земледелия, торговли и промышленности Китая.
С введением в Приамурском крае судебных установлений, учитывающих вред наносимый китайскими обществами экономики края в 1897 году, было решено окончательно упразднить эти общества как приносящие вред России. После официального закрытия последние продолжали существовать, но уже нелегально. Китайское население по-прежнему управлялось старшинами. В начале XX века Приамурский генерал-губернатор разрешил деятельность на территории края одного китайского торгового общества, которое обязано было подчиняться законам не Китая, а России. Эта мера не изменила положение. В крае продолжали функционировать наряду с ним тайные общества. Все они “объединяясь между собой, представляют серьезную силу, с которой приходиться считаться и местному купечеству и администрации. Благодаря прочной организации этих обществ, китайцы прекрасно осведомлены о положении рынка, о кредитоспособности русских торговопромышленных фирм и т.п. - Писал в “Записке о китайских обществах в Приморской области” 2О апреля 1913 года переводчик Л. Ульяницкий. - ... Преследуя экономические цели, китайские организации безусловно не упускают из виду и цели политические... Между местными китайскими организациями и правительственными учреждениями в Китае происходят постоянные сношения”.1
Исходя из этого документа, материалов разведывательного отделения штаба Приамурского военного округа, можно говорить, что китайские общества в Приморской области занимались производством и продажей опиума среди местного населения, контрабандой его в Китай, а также экономическим шпионажем в пользу китайского правительства. На вырученные от продажи опиума деньги, общества скупали в Приморье золото и серебро, затем переправляя их в распоряжение правительственных органов Китая.
В “Записке” Ульяницкий предлагал немедленно “принять меры к прекращению деятельности этих обществ”. Но это было сделать достаточно трудно, так как некоторые представители местных полицейских властей были кровно заинтересованы в сохранении этих обществ, их тайной преступной деятельности. Происходило сращивание местных китайских тайных (говоря современным языком, мафиозных) организованных структур с полицией.
Официальные власти в Приморье, особенно во Владивостоке, Никольск-Уссурийске, пытались бороться с распространением опиекурения и продажей опиума, назначая специальных полицейских чинов для этих целей. Но назначенные чины быстро входили в контакт с содержателями игорных домов, опиекурилен, получали от них крупные взятки и закрывали глаза на все происходившее. Так, во Владивостоке содержатели опиекурилен ежемесячно в виде взяток выплачивали полицейским чинам по 1000 рублей. По этому поводу полицмейстер Владивостока Г. Лединг в рапорте на имя военного губернатора Приморской области 11 сентября 1907 года писал: “Я позволю себе доложить, что опиекурение влечет за собой обогащение тех лиц, которым поручается непосредственное преследование этих явлений. Для таких лиц, как околоточные и городовые, - слишком большой соблазн, легкая возможность заработать лишний рубль или десятку, и в большинстве случаев они остаются безнаказанными. За одно это, по подозрению, без фактических данных, я считаю невозможным удалять со службы чинов полиции, так как уверен, что вновь принятые чины не избегут этого же соблазна”.2
В рапорте 28 марта 1908 года полицмейстер сообщал: “По произведенному расследованию оказалось, что не только низшие чины полиции занимались поборами среди многочисленных тайных опиекурилен, но и от имени моих ближайших помощников функционировала целая партия переводчиков-китайцев, которые занимались только тем, что собирали только деньги, облагая притоны ежемесячной платой даже от моего имени.1 В январе 1908 года группа китайских подданных, проживающих на территории Владивостока, направила коменданту крепости жалобу на самого полицмейстера города, где указывала, что тот занимается незаконными поборами с них. Так, в октябре прошлого года г. полицмейстер чрез китайцев ... собрал с нас четыре тысячи рублей на предмет разрешения нам иметь опиекурильни и банковки, за каковые не преследовать в продолжении полугода”.2
В связи с этим было проведено служебное расследование, но поручено оно было ... полицмейстеру. В рапорте 28 марта 1908 года он сообщал: “По произведенному расследованию оказалось, что не только низшие чины полиции занимались поборами среди многочисленных тайных опиекурилен, но и от имени моих ближайших помощников функционировала целая партия переводчиков-китайцев, которые занимались только тем, что собирали только деньги, облагая притоны ежемесячной платой даже от моего имени”.3 Было ли это так на самом деле и полицмейстер был не причем говорить с полной уверенностью трудно. Можно сказать только одно: полицейские и переводчики действительно занимались незаконными поборами, ведь подобные жалобы на действия полицейских властей были тогда не редкими.
В те годы можно было говорить и о сращивании главарей отечественного наркобизнеса не только с полицией, но и также с высокопоставленными представителями высшего общества Приморья. “В числе уличенных в содержании банковок и опиекурилен лиц, оказалось несколько богатых и влиятельных китайцев, которые по воспоследовании распоряжения о высылке их за границу не замедлили пустить в ход все пружины, чтобы добиться отмены этого распоряжения...
При этом оказалось, что у таких китайцев имеются многочисленные русские покровители, из коих некоторые занимают в обществе довольно видное положение”.4
В ноябре 1909 года военный губернатор Приморской области, генерал-лейтенант В.Е. Флуг, считая дело борьбы с опиекурением бесполезным, предлагал Приамурскому генерал-губернатору П.Ф. Унтербергеру ряд мер, которые, по его мнению, могли бы дать хоть какой-то успех. “Остается, ... только одно: снять запрет /для китайцев/ с азартных игр и курения опия, - писал он, - предоставив им обыгрывать и отравлять друг друга, лишь бы в этом не участвовали российские подданные... Разрешив потребление опиума китайцам, проживающим в области, я полагал бы однако необходим в интересах казны, обложить его высоким акцизом, что, удорожая его стоимость, сделало бы его в тоже время менее доступным для широких слоев китайского населения. Вопрос этот требует, конечно, предварительной конкретной разработки”.1
Как видно, Приамурский генерал-губернатор также пытался изучить суть данного вопроса и законодательную базу Китая, Гонконга, переняв их опыт борьбы с опиекурением, для чего им были сделаны соответствующие запросы в русские консульства за границей. Вскоре были получены ответы. Так, управляющий вице-консульством в Чифу Н. Жижин сообщал ему: “Опиекурение запрещено только в профессиональных опиекурильнях; содержатели последних, уличенные в продаже опиума, сажаются на месяц и больше в тюрьму, имущество опиекурильни конфискуется в пользу казны; желающие курить опиум на дому покупают его в специальных лавках в больших количествах и платят казне большие пошлины, таковая продажа допускается для курения в частных домах обывателей”.2
Консульство в Гонконге ставило в известность, что в городе принято специальное постановление “Об опиуме” и дополнения к нему, по которым запрещаются в пределах колонии опиекурильни и устройство таковых в частных квартирах. Постановление применяется со всей строгостью, причем не делается никаких различий между европейцами и китайцами.3
В соответствии с этим П. Унтербергер в 1910 году предложил применять административные меры к владельцам опиекурилен, вплоть до выдворения их в Китай. Полиция под давлением губернатора была вынуждена принимать соответствующие меры и с мая 1910 года содержателей опиекурилен начали привлекать также и к судебной ответственности. Эти меры позволили только с 1 мая по 4 октября 1910 года раскрыть и ликвидировать только во Владивостоке 83 опиекурильни.4 Однако вместо закрывшихся притонов открывались новые, действующие более скрытно.
На необходимость борьбы с опиекурением и притонами, где оно процветает, обращал внимание и преемник Флуга - военный губернатор Приморской области генерал-майор Манакин. Он предлагал полицмейстерам городов области 18 апреля 1911 года “ руководствуясь п.”б” # 4 обязательного постановления Приамурского генерал-губернатора от 1-го декабря 1910 года за 28, ... объявить под расписки китайцам-домовладельцам, арендаторам и их управляющим или доверенным содержание указанного пункта и предупредить, что в случаях обнаружения в домах противозаконных сборищ (в том числе и для игры или опиекурения) они и все причастные лица будут подвергнуты строжайшим взысканиям, вплоть до высылки в пределы Китая. Околоточных надзирателей, в участках которых будут помимо них обнаружены притоны это города, представлять к увольнению вовсе от службы, а приставов, за слабость надзора за подчиненными представлять для наложения взыскания”.1
В 1914 году начальник сыскной полиции Владивостока Мажников ставил перед военным губернатором Приморской области вопрос о подчинении ему так называемой китайской полиции, действующей при городском управлении полиции, обосновывая это необходимостью более решительной борьбы с тайными китайскими притонами, в частности опиекурильнями.
“Китайская полиция” содержалась на средства “Китайского торгового общества” во Владивостоке и состояла из заведующего полицией на правах помощника пристава Блука, десяти городовых и семи китайских десятников. Задачей этой полиции было ограждать китайских торговцев от хунхузов, искоренять преступный элемент, бороться с торговлей опиумом и опиекурением.2 Но указанную задачу “китайская полиция” не хотела выполнять, особенно в части борьбы с опиекурением, о чем Мажников доносил
в рапорте и Владивостокскому полицмейстеру в декабре 1915 года.3
Борьбу с опиекурением в крупных масштабах вело в тот период и Владивостокское охранное отделение, на которое наряду с политическим сыском была возложена обязанность бороться и с организованной преступностью, чьи действия наносили ущерб интересам России. В октябре 1914 года охранным отделением была разоблачена преступная группа лиц, занимавшихся торговлей наркотиками /опиумом/. За ее деятельностью охранка наблюдала еще с мая месяца, прежде чем произвести ликвидацию. Группа, в которую входило ряд лиц, проживающих в Петрограде, Иркутске, Харбине и Владивостоке, занималась сбытом фальшивых денег, а также транспортировкой и сбытом в пределах Сибири, Дальнего Востока и Китая опиума. По полученным агентурным данным, центром сбыта наркотиков членами этой группы в дальневосточном регионе и в Маньчжурии являлся Владивосток, куда пересылались транспорты с опиумом.4
Эта организованная группа преступников была далеко не единственной, разоблаченной охранным отделением и полицией в Приморье.
Царское правительство, само уже обеспокоенное распространением наркотиков на территории Дальнего Востока, контрабандой его в Россию и из нее, учитывая также вред наносимый этим злом экономики страны, приняло 7 июня 1915 года специальный закон “О мерах борьбы с опиекурением”.
Следует отметить, что подобное законодательство в России, связанное с борьбой против опиекурения было принято в впервые из европейских стран. За образец же были взяты законы и законодательные акты Китая, которые были внимательнейшим образом изучены специальной группой ученых-юристов и практиков. Принятые российским правительством меры позволили некоторым образом нейтрализовать широкое распространение наркотиков на территории Приамурского генерал-губернаторства. Но это привело к тому, что дельцы стали искать новые каналы контрабанды и сбыта наркотиков.
Первая мировая война вызвала к жизни появление преступных сообществ, занимающихся на новом, качественном уровне контрабандой и распространением опиума. Число их колебалось в пределах от 10 до 15 человек. Это уже была организованная и сплоченная наркомафия. До этого времени, если верить полицейской статистике, во Владивостоке арестовывались только одиночки-распространители опиума, редко это были группы из 2-3 человек.
К концу правления императора Николая II опиумный бизнес во Владивостоке, как и в России, вышел на новый уровень. Характерной его чертой являлось то, что дельцы наркобизнеса работали в тесном контакте с представителями полиции и местной администрации. Происходило сращивание преступников с чиновничьим аппаратом. Об этом свидетельствуют архивные документы. В качестве иллюстрации можно привести факты из записки начальника владивостокского контрразведывательного пункта, чиновника для поручений Г. Воеводина от 9 января 1917 года. Он докладывал в контрразведывательное отделение штаба Приамурского военного округа о том, что во Владивостоке в июле 1916 года полицмейстером города выдал разрешение на устройство
химического завода для получения там сильнодействующих лекарственных и ядовитых веществ. Исходным веществом для изготовления препаратов был опиум.
Совладельцами завода были бывший проводник КВЖД М. Левицкий, отставной жандармский генерал Семенов, городской полицмейстер полковник Баринов, начальник сыскной полиции Мажников, уголовник Джафаров, он же Дуст или Кобыльский, Пикарь, а также несколько других лиц. “Опиум выписывался в большом количестве на еще не существующий завод и сбывался здесь китайцам, а также отправлялся в Шанхай на пароходах Добрфлота “Полтава” и “Москва” с почтовыми чиновниками”, - писал Воеводин. Закупал персидский опиум заграницей Сибирский банк и поставлял химическому заводу по цене 22 рубля за фунт. Во Владивостоке цена на опиум на черном рынке колебалась от 90 до 110 рублей, в Шанхае - до 5ОО рублей за фунт. Так, только в октябре 1916 года через Сибирский банк было получено 900 фунтов опиума - 400 фунтов отправлены для реализации в Шанхай и 25О фунтов проданы во Владивостоке, часть была оставлена на складе завода для прикрытия. За 250 фунтов по 1ОО рублей было выручено 25000 рублей, за 4ОО по 5ОО рублей в Шанхае - 200.000 рублей. Полученные от продажи опиума деньги были соответствующим образом поделены между совладельцами завода, официально открытого только 20 ноября 1916 года. По случаю открытия завода, на котором из опиума должны были изготавливать морфий для нужд лазаретов и госпиталей действующей армии, приветственную телеграмму прислал лично Приамурский генерал-губернатор Н. Гондатти. 1
Данная история стала достоянием гласности только из-за скандала, поднятого приставом Собкевичем, который задержал партию опиума. Пристава тут же уволили из полиции, обвинив во взяточничестве.
В махинациях с опиумом были замешаны в тот период времени и высшие руководители Приамурского генерал-губернаторства во главе с генерал-губернатором Н. Гондатти, полицмейстер г. Хабаровска Баринов и держатель ряда притонов китаец Сун-цзо-дэ. По поручению Гондатти и Баринова последний открыл в Хабаровске более 50 опиекурилен, 25 игорных домов и ряд мест розничной продажи опиума.2 В общей сложности от продажи опиума они получили чистой прибыли свыше З00 тысяч рублей.
Полиции было дано указание не вмешиваться в деятельность Сун-цзо-дэ. Жалобы, которые поступали на него не рассматривались, а сами жалобщики жестоко за это расплачивались.3
При аресте и обыске в марте 1917 года кабинета Гондатти у него там было обнаружено 1,5 пуда курительного опиума.4
Кроме того, имелись и другие факты. В ноябре 1916 года в Харькове полицией были задержаны двое греческих подданных, которые пользуясь разрешением приобретать для нужд лазаретов опиум для направления последнего в Петроград, закупали большие партии и сбывали их во Владивостоке по высоким ценам. При аресте у них было конфисковано 30 ящиков, содержащих свыше 160 килограммов опиума.5

 Иностранная организованная преступность.
А. Китайские преступные группировки во Владивостоке.
Сухие строчки суточных милицейских сводок зачастую сообщают о преступлениях, совершаемых на территории Приморья как лицами китайской национальности, так и против них. Сегодня не редкостью является и то, что в крае и, в частности, во Владивостоке оперируют различные преступные группы и формирования, состоящие исключительно из китайцев. Они совершают убийства, грабежи и иные насильственные действия против своих же соотечественников.
Иногда их жертвами становятся и наши граждане. Китайская организованная преступность имеет свои структуры и устойчивые связи как со своими сторонниками в Китае, так и на территории российского Дальнего Востока. О чем неоднократно сообщала центральная и местная пресса. С “желтой” преступностью ведется борьба соответствующими старыми и новыми подразделениями краевого УВД. Это наши сегодняшние реалии. А как обстояли дела с борьбой с китайским криминальным миром в начале этого века?
Конец XIX - начало XX веков ознаменовался массовым наплывом на Дальний Восток России значительного количества переселенцев из Поднебесной империи. Отходничество было в основном связано с их бедственным положением на родине и с возможностью найти хотя бы какую-либо работу в русском Приморье. Китайцев - “ходя” - можно было тогда встретить практически повсюду: в парикмахерских, в порту, в магазинах, на строительстве, где они занимались черновой работой. Владели они
и небольшой недвижимостью и иной собственностью. Проживала эта диаспора в центральной части города - знаменитой сегодня Миллионке - кварталах, расположенных на берегу Амурского залива, и граничащих с улицей Алеутской, где еще с конца прошлого века селился китайский люд, прибывающий на постоянное жительство и на временные, сезонные работы. Это было самое населенное место молодого Владивостока. Центром жизни этой инородческой массы был район, прилегающей к улице Семеновской (бывшей Колхозной). Здесь располагалось множество всяких китайских, учреждений, магазинов, мелких лавок, прачечных, ресторанчиков, парикмахерских, бань, мастерских, театров. На ней также были сосредоточены помещения многочисленных гадальщиков и различных специалистов, преимущественно по восточной медицине, более 150 дешевых харчевен, где питались и русские. А в начале Семеновской размещался один из самых известных городских базаров. На нем шла торговля с рук всевозможными вещами, в том числе и краденными, контрабандными товарами. Там же торговали разнообразной свежей рыбой и морепродуктами, доставляемых сюда со стоящих тут же в Семеновском ковше лодок и шаланд.
По официальным данным, в 1916 году в городе проживало 88576 человек. Значительную часть из них - 28474 человека составляли китайцы.1
Основная масса - их около 20 тысяч - проживала в китайских кварталах Миллионки. Это, не считая временных и сезонных китайских рабочих. А если считать с ними, то общее их число достигало периодами 100 и более тысяч человек.
Непосредственное руководство проживающим здесь населением осуществляло Главное торговое китайское общество во Владивостоке.
Миллионка со времени своего образования доставляла массу хлопот не только руководству торгового общества, но и, в первую очередь, полиции и гражданским властям города. Она приобрела известность далеко за пределами Приморья не столько большим количеством лавочек и различных забегаловок, сколько была широко известна своими многочисленными притонами различного характера.
В лабиринтах дворов и проходов находились опиекурильни, банковки, дома терпимости, “фабрики” фальшивых денег, пункты скупки краденного и т.п. Дома Миллионки служили укрытием для воров, контрабандистов, фальшивомонетчиков и другого уголовного элемента. Известна она была и значительным числом, по сравнению с другими районами Владивостока, преступлениями. Так, к примеру, в 1914 году в районе Миллионки было совершенно 1243 преступлений, в 1915 -738, а в 1916 году - 760 преступлений - убийств, изнасилований, разбоев, грабежей, краж, мошенничества с чужой собственностью и т.п. В это количество не входили - ликвидация опиекурилен, банковок и нелегальных домов терпимости.
Кроме того, в кварталах находили себе пристанище и банды хунхузов, оперировавших в Приморье.2 Известно, что в первом десятилетии этого века в одном из домов Миллионки неоднократно скрывался главарь одной из банд хунхузов, терроризировавших местное население, Чжан Цзолин, ставший впоследствии маршалом и губернатором Северо-восточных провинций Китая (Манчжурии). Там же, длительное время была база признанного авторитета преступного мира города будущего генерала маньчжурской армии Чжан Цзунчана, который хунхузничал в районе Владивостока и контролировал китайские публичные дома, игорные притоны, опиекурильни.3
Надзор за этим беспокойным районом и борьбой с уголовным миром осуществляла местная полиция. По территориальной принадлежности этим занимались полицейские 3-й полицейской части города. Но их сил явно не хватало. Поэтому с началом века перед властями Приморья неоднократно вставал вопрос о создании специализированного полицейского подразделения, так называемой “китайской полиции”, которое исключительно бы занималось профилактикой и борьбой с преступностью в китайских кварталах города. Этот вопрос достаточно долго обсуждался местными властями всех уровней. Целесообразность создания понимали все, но вопрос упирался в финансирование: централизованных средств на эти цели никто не выделял, а городской бюджет не мог тянуть на себе расходы на подобное формирование. Положительное решение по данному вопросу было, наконец, принято только в 1910 году. Китайская полиция была создана при владивостокском городском полицейском управлении. Содержание ее сотрудников и другие орграсходы взяло на себя Главное китайское торговое общество, которое было больше всего заинтересованно в создании “своей” полиции, так как страдало от вымогательств уголовных авторитетов и других преступных посягательств. Состояла она из заведующего “Китайской полицией” на правах помощника пристава 3 части Блука, десяти городовых из числа русских полицейских и семи китайских десятников, имевших специальные бляхи.1
Последние проходили тщательный отбор, как впрочем и те, кто входил в их десятки. Вообще, служба в китайской полиции была престижным и хлебным делом и попасть в нее было очень трудно. Стать полицейским и иметь стабильный заработок мечтал практически каждый китаец.
В среде китайского населения полиция располагала сетью своих информаторов, которые оперативно сообщали о происходящих на Миллионке процессах, совершенных и планируемых преступлениях. О чем практически никогда не сообщала секретная агентура, так это о тайных квартирах-базах, где скрывались хунхузы. Своя жизнь была дороже. Но нередко находили трупы с признаками насильственной смерти добровольных помощников полиции.
В задачи полиции входила прежде всего организация защиты китайских торговцев от хунхузов, искоренение преступности среди китайского населения города. Важное место занимала борьба и с торговлей опиумом и опиекурением.2
На необходимость борьбы с опиекурением и притонами, обращали внимание практически все военные губернаторы Приморской области. Особенно В.Флуг. Он разработал комплекс мер и наказаний за опиекурение. Преемник Флуга - генерал-майор Манакин предлагал полицмейстерам городов области 18 апреля 1911 года “объявить под росписки китайцам-домовладельцам, арендаторам и их управляющим или доверенным содержание указанного пункта и предупредить, что в случаях обнаружения в домах противозаконных сборищ (в том числе и для игры или опиекурения), они и все причастные лица будут подвергнуты строжайшим взысканиям, вплоть до высылки в пределы Китая. Околоточных надзирателей, в участках которых будут помимо них обнаружены притоны этого рода, представлять к увольнению вовсе от службы, а приставов за слабость надзора за подчиненными представлять для наложения взыскания”.1
Но, несмотря на строгие директивы, все оставалось на своих местах. Указанную задачу “китайская полиция” не хотела и не могла эффективно выполнять. И дело здесь было не только в том, что притоны плодились как чертополох ( на смену одному закрытому тут же приходило несколько новых) и полиции не были известны их адреса. Дело было и в другом: за возможность относительно спокойно работать, то есть за своеобразную “крышу”, содержатели тайных притонов платили некоторым полицейским определенную мзду.
Ставки были стандартные и приемлемые. А если же полиция для галочки наводила “шмон”, то к владельцам ликвидированных опиекурилен принимались достаточно мягкие меры - заключение на определенный срок в арестный дом или наложение взыскания, или денежный штраф. Эти меры, естественно, не решали проблему.
Опиекурение процветало. Большую проблему представляла и торговля спиртным. Вот, что писал в “Объяснительной записке к годовому отчету за 1913-й год пристав 3 части Процук: “...Торговля в районе 3-й части, в особенности трактирная, сильно растет, вследствие чего пьянство доходит до невероятных размеров. Чтобы искоренить это зло, хотя бы до некоторой степени, было бы весьма желательно воспретить китайцам открывать винные лавки, так как китайцы нашли гораздо более выгодным торговать водкой, чем какими-либо другими товарами. Указываю на китайцев потому, что почти во всех улицах 3-й части, торговля водкой находится исключительно в руках китайцев. У последних сильно развита торговля вне дозволенное время и бороться с этим злом чинами полиции почти невозможно, так как у каждой китайской лавки имеется всегда несколько сторожей-китайцев, которые следят за каждым движением чинов полиции”.2
У “китайской полиции” были и свои внутренние проблемы: в “семье” было и не без урода. В их рядах зачастую шли чистки. Очищались от взяточников и предателей. Были там и такие, которые работали на местных авторитетов китайского преступного мира. Среди архивных документов есть весьма и такой, в котором приводится факт работы на преступников одного из китайцев -переводчика городского полицейского управления. Он на протяжении определенного времени оповещал своих тайных хозяев обо всех облавах и иных акциях на Миллионке, готовящихся руководством полиции. В конечном счете он был разоблачен и предстал перед судом. К сожаленью, подобный факт предательства были не столь единичным. В 1909 году был разоблачен переводчик 3 полицейской части Ван Готун. Он через связного - китайца-сторожа сообщал владельцам банковок и опиокурилен по Семеновской улице об обысках, которые предполагала сделать у них полиция.
Полицейские операции, естественно, заканчивались провалом. За каждую такую информацию переводчик получал со всех владельцев по 70 рублей. Достаточно большие по тем временам деньги. Зачастую к некоторым авторитетам китайской мафии благосклонно относился и сам городской полицмейстер, закрывая глаза на многие их личные преступные деяния или давая указания своим подчиненным об освобождении из под стражи какого-нибудь задержанного в ходе облавы содержателя опиекурильни или дома терпимости. Делал он это, наверное, не за красивые глаза. Но, несмотря на эти и другие проблемы, полиция действовала весьма эффективно и успешно в других сферах: вела борьбу против карманников, ловила убийц, оберегала китайских торговцев от “наездов” местных преступных авторитетов, раскрывала по горячим следам грабежи и кражи. Достижением было и раскрытие чинами полиции нескольких подпольных мастерских по изготовлению фальшивых русских паспортов и денег.
По вопросам борьбы с китайской организованной преступностью полиция взаимодействовала с владивостокским охранным отделением.
Лавры “китайской полиции” не давали спать начальнику сыскного отделения Мажникову. Будучи тщеславным человеком, он хотел сделать себе имя и карьеру еще и на раскрытии преступлений среди “желтых”. Но Блук не подчинялся ему и приписать себе его заслуги он не мог, а хотелось бы. Сначала он пытался воздействовать на полицмейстера с целью, чтобы тот подчинил ему “китайскую полицию”, а когда понял бесполезность подобных попыток, то пошел по другому пути: перепрыгнул через голову непосредственного начальства и обратился напрямую к военному губернатору Приморской области, мотивируя это необходимостью координации действий и ведением более решительной борьбы с тайными китайскими притонами, в частности, опиекурильнями.
В 1914 году Мажников добился своего. Китайскую полицию подчинили ему. И теперь вся информация на “верх” о деятельности китайской полиции практически шла за его подписью: “... Произведенной облавой сего числа чинами вверенного мне отделения и помощником пристава Блук в доме N 6, по Киевской ул., обнаружено около 100 человек китайцев, играющих в азартные игры, которые частью разбежались, 22 задержано... Начальник сыскного отделения Мажников”.1
На счету полиции были и другие операции, которые в целом свидетельствуют, что свою основную цель данное подразделение выполняло вполне успешно, несмотря на проблемы и недочеты в своей деятельности.
“Китайская полиция” просуществовала во Владивостоке с перерывами до 1919 года. На смену ей на короткий промежуток времени в 1921 году пришла “китайская милиция”.
В первые годы советской власти лучшие традиции “китайской полиции” продолжило так называемое китайское отделение Приморского уголовного розыска.

Б). Корсары.
Сегодня уже никого не удивишь нападением современных корсаров на суда российского торгового и рыбодобывающего флота в водах Южно-Китайского моря, Индийского океана. Подобные нападения случались нередко и в прошлом не только далеко в море, но и рядом - у берегов Приморья. Дореволюционная история знает тому немало примеров, связанных с деятельностью пиратов в прибрежных водах Владивостока.
В 80-е годы прошлого века россиянам, заселявшим берега Тихого океана, в частности, побережье полуострова Муравьева-Амурского, пришлось столкнуться с таким явлением как хунхузничество. Именно хунхузы совершали мгновенные набеги на русские, корейские и китайские поселения, нанося последним существенный материальный ущерб. Также быстро как и появлялись, они и растворялись в вековой тайге или в пересеченной местности.
Хунхузы, как историческое явление, появились в Маньчжурии в первой половине XIX века. Первоначально хунхузами становились отбросы китайского общества, преступные элементы, бежавшие с каторжных работ в Маньчжурию. Но вскоре их ряды стали пополнять обнищавшие переселенцы. Они создавали отряды, которые нападали на торговцев, императорских чиновников, помещиков и простых людей, грабя и убивая их. Отдельные небольшие шайки хунхузов переходили русскую границу и появились в Уссурийском крае, сея страх и панику среди местного населения. В основном хунхузы действовали в прибрежном районе залива Петра Великого, на Посьетском участке, по долинам рек Суйфун и Уссури, в полосе железной дороги. После набегов, преследуемые русскими отрядами они, как правило, уходили в Маньчжурию. Во главе шаек хунхузов стояли опытные и отчаянные предводители. Они с тщательностью и со знанием дела разрабатывали план каждого своего набега. Поймать их практически никогда не удавалось, так как любой китаец, сообщивший властям о появлении или месте дислокации шайки, немедленно уничтожался. Поэтому китайцы, опасаясь мести, никогда не выдавали хунхузов русским властям и те оперировали в крае почти безнаказанно.
Шайки нападали не только на корейцев и китайцев, но и на русских. Так, в 70-е годы прошлого века в районе Владивостока хунхузы уничтожили семью Купера, в бухте Сидими, на заимке, вырезали семью финского переселенца Ф.Гека, ставшего позже широко известным под именем “шкипер Гек”. Подобные случаи в отношении русских подданых были не единичны.
Помимо сухопутных набегов на поселения, промышляли хунхузы и морским “промыслом” - пиратством. Первое упоминание о действиях китайских пиратов в заливе Петра Великого относится к 1868 году, когда русские власти проводили операции по выселению китайцев с острова Аскольд, где те занимались добычей золота на приисках. При выселении использовались русские воинские отряды. Один из таких отрядов подвергся нападению пиратов-хунхузов со стороны моря.
Архивные документы хранят немало страниц о китайских пиратах. Так, в фонде военного губернатора Приморской области хранятся несколько рапортов за разные годы, в которых говорится о пиратских набегах хунхузов.
Владивостокское полицейское управление доносило в июне 1882 года губернатору: “11 июня поймано вооруженных 11 хунхузов (здесь и далее орфография и стилистика документов сохраняется в первоначальном виде. - А.Б.) в заливе Петра Великого близ Русского острова командою, последовавшей для этой цели под начальством офицера на буксирном пароходе. Хунхузы побросали в воду оружие... Пойманные хунхузы 10-го июня настигли три шаланды с манзами (так тогда русские называли китайцев .- А.Б.), ограбили 28 человек безоружных манз, заставив их выстрелами из винчестера сдаться, из них шесть человек связавши бросили в воду и утопили...”.1
Во второй половине 80-х годов прошлого века, судя по донесениям, военным властям Приморья было известно, что пираты в качестве места своего базирования используют несколько укромных бухточек на полуострове Песчаном. Выбор был связан с тем, что полуостров находился рядом с коммуникацией, связывающей Владивосток с Посьетом. Именно на этой коммуникации и оперировали хунхузы. Кроме того, Песчаный располагался практически в середине основных прибрежных рыбных промыслов, что само по себе давало морским разбойникам много преимуществ.
Суда пиратов были быстроходными и обладали хорошими мореходными качествами. Команда состояла из 8-10 вооруженных пиратов во главе с опытным предводителем. Пиратские суда действовали как в одиночку, так и парами, что позволяло не опасаясь нападения со стороны других рыбаков расправляться с выбранной жертвой. Да и если, кто-то из рыбаков становился свидетелем нападения на своих собратьев по промыслу, то на помощь не шел, а стремился быстрее от греха подальше добраться до Владивостока.
Использовали хунхузы для проведения своих набегов хорошо отлаженную методику. Нападения, как правило, совершалось в вечернее время, когда спускались сумерки. В это время многочисленные рыбацкие суда возвращались с уловом домой. Предводитель пиратов принимал решение о том, на какое судно нападать. Пираты нападали только на небольшие рыбацкие суда, где команда состояла из 5-6 человек. В расчет бралось и то, какой груз и сколько его находилось на палубе. Под каким-либо предлогом суда сближались, а остальное уже было делом техники. Изредка совершались набеги и на казенные русские суда с ценным грузом.
Для уничтожения пиратов по распоряжению военного губернатора области командир Владивостокского порта послал минононосец “Янчихе”. Борьба с местными флибустьерами была очень затруднена. Их невозможно было отличить от обычных китайских рыбаков или перевозчиков грузов. Поэтому моряки устраивали выборочный осмотр рыбацких судов. Если же на каком-либо из них в большом количестве находили оружие, то дальнейших доказательств не требовалось. Сдача осуществлялась без боя, но в 1890 году произошло два случая, когда пираты пытались отстреливаясь уйти от погони. Огнем артиллерии пиратские суда были уничтожены.
В начале XX века пираты практически не давали о себе знать и нападения их являлись редкими, единичными. Власти считали, что с пиратством, в основном, покончено.
25 июля 1903 г. помощник Владивостокского полицмейстера, коллежский асессор П.Шкуркин с командой нижних чинов (32 человека) 2-го Владивостокского крепостного полка во главе с подпоручиком Лыжиным был направлен в местность Холувай (Русский остров) для облавы и поимки хунхузов. Во время возникшей перестрелки Шкуркин был ранен в руку.1
Морские пираты вновь заставили заговорить о себе в 1906 году, когда летом они совершили ряд нападений на джонки, шхуны, шаланды и шампуньки китайских и корейских рыбаков. Последние ловили рыбу в Амурском заливе. В начале эти “пропажи” не связывали с действиями хунхузов. Власти считали, что с пиратами покончено, и списывали поначалу все на несчастные случаи: мало ли что может случиться на море. Но когда случаи невозвращения рыбаков в родную гавань участились, то этим всерьез заинтересовалась полиция. Не нужно было семи пядей во лбу, чтобы понять, что это дело рук не стихии, а вполне определенной группы людей - пиратов. А так как никто из рыбаков не возвращался живым домой (на берег несколько раз выносило обезглавленные трупы людей), то стало понятно, что пираты жестоко расправляются со своими жертвами. Слух о кровавых злодеяниях быстро распространился по городу и прибрежным поселениям. Рыбаки в разгар летнего сезона перестали выходить в море опасаясь пиратов. Только немногие решались на такой рискованный шаг. Владивосток практически лишился морепродуктов.
Из агентурных сведений полиции стало известно, что пираты при захвате судов прибегают к крайнем мерам, не оставляя свидетелей своих разбоев. Всех, кто им попадался на пути, они или топили, связывая своим жертвам руки и ноги или привязывая на шею какой-либо груз, или просто перерезали им горло. Имеющиеся на борту ценности, а также выловленную последними рыбу и морепродукты, они захватывали как трофей. Часть добытого шла пиратам на пропитание, а часть привозилась в Семеновский ковш, где существовал крупный городской рыбный базар, и реализовывалась оптом перекупщикам морепродуктов. Иногда морские разбойники сами занимались продажей рыбы под видом торговцев, которых здесь было пруд пруди. Полиция, даже располагая информацией о пропажи шаланды и ее экипажа, пыталась разыскать виновников их гибели, но сделать это было нелегким делом. Отличить пирата от рядового китайского торговца рыбой было также практически невозможно как и от рыбака. Тем более те принимали необходимые меры безопасности: захваченные шаланды или джонки, они уводили в укромные места и после того, как проходило время и поиски заканчивались, их продавали, или же после перегрузки морепродуктов топили на месте, заметая, вернее пряча следы в воду. На захваченных судах хунхузы никогда не появлялись в городе в среде рыбаков, так как последние могли по определенным, известным им приметам опознать лодки своих погибших товарищей. На вырученные от продажи морепродуктов, а иногда и лодок деньги, пираты закупали необходимые съестные и иные припасы, оружие.
В октябре 1906 г. тайный агент сообщил приставу Раздольнинского стана о том, что в районе устья реки Суйфун находится около 200 хунхузов, вооруженных берданками и трехлинейными винтовками. Полностью сведения проверить не удалось. Косвенные же данные подтверждали, что в этом районе действительно находится крупная шайка хунхузов. Она действовала и на суше и на море, располагая быстроходными парусными лодками и шхунами.
Военный губернатор принял решение и из села Раздольного, где находился военный гарнизон, под покровом ночи выступил на облаву отряд стрелков во главе с офицером.1
Сопровождал отряд и пристав стана. Хунхузов отряд не обнаружил, но на месте их лагеря на берегу Суйфуна были найдены шалаши, остатки пищи и догоравшие костры. Судя по всему, они снялись из лагеря незадолго до появления солдат, кем-то заранее предупрежденные. Преследование также ничего не дало. Вероятно, шайка хунхузов ушла в сторону Посьета или в сторону Маньчжурии. Буквально через несколько недель пираты дали о себе знать. Были ли это те самые, ускользнувшие от погони, или другие, неизвестно. Но они опять начали доставлять беспокойство китайскому и корейскому населению (русских рыбаков они по какой-то причине не трогали) и местным властям.
В середине ноября 1906 года капитан над владивостокским коммерческим портом полковник Егерман спешно доносил рапортом военному губернатору Приморской области: “Китайцы шлюпочники вновь заявляют, что в Уссурийском заливе около бухты Холывай появились хунхузы, которые нападают на китайские шаланды и грабят их. Вследствие чего я просил командира военного порта о посылке парохода “Свирь” для поимки хунхузов, на что получил согласие с тем, чтобы для поимки хунхузов был назначен со стороны вашего превосходительства отряд из 10 человек нижних чинов под командою одного унтер-офицера с двумя десятниками-китайцами, назначенными мною...”.2
“Свирь” с солдатами на борту вышла в карательную экспедицию. Но никаких особых результатов по борьбе с пиратами экспедицией достигнуто не было.
Нападения происходили и дальше. Только в 1910 году власти всерьез взялись за борьбу с хунхузами. Был разработан чрезвычайный план по очищению от хунхузов всей территории Приморской области. Борьба велась широким фронтом на суше и на море. Уссурийский край был разделен а пять оперативных районов, каждый из которых закреплялся за отдельной воинской частью и тщательно ею обследовался.
Одновременно с действиями войск на суше происходила операции и на море: все морское побережье от залива Ольги до Славянки контролировалось миноносцами Сибирской военной флотилии. Все подозрительные лодки проверялись и, в случае необходимости, задерживались. Подобные операции стали проводиться ежегодно весной и осенью. Принятые меры русских властей позволили очистить почти все Приморье от хунхузов и покончить с их морскими пиратство.

 Проституция.
Улицу Пекинскую (ныне Адмирала Фокина), особенно в начальной ее части в простонародье называли улицей "красных фонарей" (как известно, во многих странах красный фонарь вывешивался над публичным домом. – А.Б.). Для привязки к местности. Подобного типа заведения были и на улицах Корейской (Пограничной) и Семеновской (бывшей Колхозной), Фонтанной (Дзержинского) и во многих домах Корейской слободки. "Спецконтингент" в них, в основной своей массе, был китайским. Но особенно много было японских публичных домов. Но, как свидетельствует история города, не они были первыми в становящемся на ноги Владивостоке. Первопроходцами были нашенские, простые крестьянские бабы, согласные за небольшую плату, а иногда и за стакан спиртного с закуской скрасить одиночество солдат поста, матросов, с кораблей бросавших якорь в Золотом Роге и, наконец, местных обывателей, скучающих без женского внимания и ласки.
Особый расцвет и более организованный характер проституция получила в конце прошлого века, когда во Владивостоке началось строительство железной дороги. Среди ссыльнопоселенцев, прибывших сюда из европейской России, были и те, которые решили посвятить себя нелегкому "труду" по обслуживанию соотечественников. Женщину легкого поведения тогда можно было "снять" за копейки. Тогда же отмечена и первая вспышка сифилиса среди местного населения ...
Примечательный факт, в отчете городской управы за 1897 год в списке недоимщиков города значились и две проститутки - Шпендель и Екатерина Цепина. Одна из крестьян, вторая – из мещан.1
В тот же период на смену нашим "жрицам любви" пришли искушенные в этих вопросах японские гейши. Они сделали конкуренцию отечественным проституткам, предлагая за более низкую плату отличный сервис.1
Именно японские публичные заведения доставляли много хлопот местным властям, особенно жандармам и охранке, занимавшейся борьбой с шпионажем, накануне, во время и после русско-японской войны 1904-1905 годов. Содержателями их были японские подданные. Публичные дома использовались разведкой Японии зачастую как почтовые ящики для передачи сообщений, а также для размещения офицеров, приезжающих в Россию, место для проведения тайных встреч. Кроме того, большую помощь в сборе полезной для страны Восходящего солнца информации оказывали сами проститутки. Их клиентами были в основной своей массе русские офицеры армии и флота, местные чиновники. После любвеобильных игр они иногда делились с "жрицами" сокровенными служебными проблемами или другими сведениями, представляющими интерес для неприятельской разведки, ведь из истории шпионажа известно, что мужчины-офицеры, да и не только они, в постели, как правило, болтливы. Иногда дамы легкого поведения заглядывали в документы своих клиентов, кое-что иногда пропадало.2
Контрразведка постоянно отмечала, что все владельцы публичных домов в Приморье поддерживают тесную связь с сотрудниками японского генерального консульства во Владивостоке, а также с руководителями тайных японских обществ, действующими на российском Дальнем Востоке.
Проституция во Владивостоке процветала. Полиция эти заведения особо не трогала, так как получала от их владельцев взятки, особенно от китайцев, но в тоже время вела активную охоту за нелегальными домами и незарегистрированными проститутками. В конце июня 1909 года полиция получила от одного из своих осведомителей информацию о том, что при известном в городе ресторане Пержхальского "Светланка" имеется тайный публичный дом. Руководит им заведующая оркестром итальянская подданная Эмма Косатти. Информация была проверена. "Факт нахождения в оркестре девиц, занимающихся развратом и специально служащих для приманки в ресторан мужчин вполне подтвердился, - писал в рапорте 9 июля начальству полицейский пристав, причем оказалось, что из числа 10 девиц оркестра только четыре действительно музыкантши, а остальные проститутки..." .3
В сентябре того же года полиция обнаружила при пивном зале Петра Белова на Первой Речке женщин, занимающихся тайной проституцией. Затем был раскрыт китайский тайный дом терпимости, находившийся в Косом переулке, в доме Еф-Куй.
29 октября 1911 года за торговлю "живым товаром" и доставку во Владивосток из Франции для местных домов задержан и заключен под стражу французский гражданин Анатоль Ловаль.
Подобные факты можно найти в отчете пристава любого полицейского участка города Владивостока за любой год.
Наглядно представить то, кто пополнял эту среду - фамилия, имя, отчество, национальность, происхождение, возраст, адрес проживания - дает интересный архивный документ - тетрадь, озаглавленная "Список проституток, проживающих во Владивостоке. 1914 г.". Список был расписан по каждой конкретной проститутке, зарегистрированной органами полиции. Итак, согласно общим подсчетам, сделанным автором на основе "Списка", русских проституток насчитывалось 79 человек. Происходили они в основном из крестьян, из среды интеллигенции были считанные единицы. Значительная часть их была в возрасте от 22 до 29 лет, от 30 до 32 лет - 3 и в возрасте 21 года всего одна. Китайских проституток было только 32, преимущественно 16-22 лет, в возрасте от 23 до 26 лет встречались редко. Значительную часть "жриц любви" представляли японки - 314 человек. Их возрастной ценз колебался в пределах от 18 до 22 лет. Женщины свыше этого возраста были исключением.1
Всего же в городе проживало 1300 японок. Получается, что каждая четвертая из них была проституткой.
Для сравнения приведем аналогичные сведения по последней категории за 1910 год. На сентябрь 1910 года во Владивостоке проживало 2245 японцев, из них 1437 мужчин и 808 женщин. По данным, сообщенным японским генеральным консулом в городе, к 1 января того же года здесь было 17 японских публичных домов, где в штате работало 35 мужчин и состояло 230 проституток. Таким образом, с увеличением населения увеличивалось и число "продажных" женщин: пропорции оставались одинаковыми. Снова каждая четвертая.
Теперь о "домах свиданий". К примеру, в 3 полицейской части города на 1 января 1915 года было 68 домов свиданий, в них состояло 150 проституток. Таким образом, на каждый публичный дом приходилось в среднем по 2 проститутки. Кроме них, на участке промышляло 52 одиночки .2
"Организованные" проститутки проходили освидетельствование во врачебной части городской полиции. Проблему составляли одиночки, которых полиция вылавливала где только могла и жестоко карала.
В июле 1914 года пристав полицейской части докладывал, что силами вверенных ему чинов раскрыто несколько тайных квартир свиданий по Фонтанной, 51, квартира 1. В ней проживали 2 незарегистрированные проститутки – Мария Цыганкова (32 лет) и Евдокия Свергунова. Проститутками были и их соседки по квартире номер 3 - девятнадцатилетняя Анна Основина и двадцатилетняя Елена Думанская. Кроме того, были установлены и другие лица, "промышляющие развратом" в меблированных номерах Сарры Циммерман по Китайской, 24, в гостинице братьев Хлудневых "Отель Ницца" по Алеутской, 48 и в ресторане Ильи Гусарова по Китайской, 20.1
Практически во всех публичных домах, особенно в старой Корейской слободке, полицией было введено правило: в этих домах не должны находиться постоянно мужчины служащие, кроме мужчин содержателей, которые обязаны при этом быть в отдельных помещениях .2
Интересный факт: во Владивостоке до революции практически редки были изнасилования. В среднем в год происходило только 5-6 изнасилований.
В то время в печати поднимался вопрос: нужны или не нужны публичные дома. Чаша весов общественного мнения склонилась в сторону необходимости.
Полиция пыталась бороться с нелегальными домами терпимости, а легальные вовсю работали на благо городской казны и здоровья мужской половины портового города.
Следует отметить, что практически все публичные дома находились под тайным покровительством властей или местных японских или китайских "предпринимателей".

Страница: 1 2 3 4