Hotline


СМЕРТНАЯ КАЗНЬ И ТЕРРОРИЗМ: Новый взглад на старую проблему.

 Версия для печати

 

Петр Скобликов,
доктор юридических наук,
профессор Академии управления
МВД России по борьбе
с оргпреступностью и терроризмом

Смертная казнь в России не применяется уже полтора десятка лет. И все это
время не утихают споры об обоснованности моратория на это наказание.
Предложения о возвращении смертной казни периодически звучат по разным
поводам: чтобы воздать должное организаторам наркотрафика, серийным
убийцам, коррупционерам, педофилам и т.д.

 

Предыдущая вспышка интереса
к данной проблеме была вызвана терактами в Московском метрополитене, а
также в Дагестане и Ингушетии весной нынешнего года. Только в Москве за
день в общей сложности погибло около полусотни человек и более сотни
ранено. Свежий повод еще раз обратиться к данной теме дает недавний теракт
в Пятигорске, жертвами которого стали около тридцати человек.

Как ни банально это звучит, в будущем
споры на тему смертной казни будут
возобновляться вновь и вновь. Ведь
значительная часть наших граждан
считает несправедливым и неразу-
мным положение, когда преступность
звереет, а меры по защите общества от
нее смягчаются. Опыт подсказывает,
что политика умиротворения агрессора
обычно не приводит к хорошему ре-
зультату.
Отметим также, что, невзирая на со-
стоявшееся формально-юридическое
решение относительно смертной казни,
общественная дискуссия о ее целесо-
образности весьма и весьма полезна.
Полезна она для уточнения отношения
к этой проблеме и влияния на политико-
государственное решение, и в широком,
поскольку дает возможность критиче-
ски взглянуть на российскую уголовную
политику в целом, оценить и скорректи-
ровать ее основные положения.
Несмотря на то что за 15 лет наблю-
далось много споров о смертной казни,
остается ощущение недоговоренности –
часто звучат избитые и неоднозначные
тезисы, а диалога, когда оппоненты слы-
шат друг друга и добросовестно (оттал-
киваясь от услышанного) приводят кон-
трдоводы, опровержения, не происходит.
Более того, есть некая система доволь-
но очевидных аргументов, которые тем
не менее в публичном пространстве
обычно не проговариваются. Возникает
вопрос: а почему, собственно?
Попытаюсь восполнить этот пробел,
насколько это возможно в узких рамках
статьи. По большому счету противники
смертной казни оперируют четырьмя-
пятью основными тезисами.
Хватит и пожизненного
заключения
Один из тезисов заключается в том, что
пожизненное лишение свободы есть не
менее эффективное наказание для тер-
рориста или серийного убийцы, чем
смерть. При этом, на мой взгляд, упу-
скается из виду ряд очень важных об-
стоятельств, каждое из которых опро-
вергает данный тезис.
Осужденный к пожизненному лише-
нию свободы преступник может стать
крайне опасным для других осужденных
и персонала исправительных учрежде-
ний. Потому что по закону ему уже ниче-
го не угрожает. Более строгое наказание
назначить невозможно. Поэтому в за-
ключении он вполне может совершить и
совершает различные новые особо тяж-
кие преступления – захват заложников
из числа персонала исправительных
учреждений (медицинских работников,
педагогов, психологов и т.д.) и других
осужденных. Не исключено, что преступ-
ник причинит тяжкий вред их здоровью,
совершит убийства, изнасилования и т.д.
Осужденный может совершить побег
и продолжить преступную деятельность
на свободе, уже не боясь правосудия
(ведь добавить что-то к уже назначен-
ному наказанию невозможно). И такие
факты, кстати, есть. Так, из Бутырской
тюрьмы в свое время совершили побег
сразу трое заключенных, осужденных к
пожизненному лишению свободы за
убийства. А из СИЗО г. Буйнакска со-
вершил побег осужденный к пожизнен-
ному лишению свободы за терроризм,
причастный к гибели десятков людей.
Причем, что касается побегов террори-
стов, их вероятность возрастает благо-
даря возможной помощи остающихся на
свободе «собратьев», которые имеют
большие финансовые и иные возможно-
сти для подкупа, шантажа, могут на-
пасть на конвой и т.д.
Наконец, террорист или другой особо
опасный преступник может выйти на
свободу в рамках закона, для чего
есть по крайней мере три юридических
основания: амнистия, помилование или
условно-досрочное освобождение.
Кстати, в странах, на которые мы сейчас
пытаемся равняться, периодически так
и происходит. Аль-Меграхи, организатор
взрыва пассажирского самолета, унес-
шего жизни почти трех сотен людей,
был осужден к пожизненному лишению
свободы. Однако недавно его освободи-
ли в Великобритании под предлогом бо-
лезни. Он вернулся на родину, в Ливию,
где был встречен как герой. А что
далее? Такой субъект может продол-
жить свою террористическую деятель-
ность как в плане подготовки конкрет-
ных акций, так и в идеологической
сфере.
Чтобы защититься от подобного ис-
хода, зарубежный законодатель вводит
еще недавно казавшиеся нам нелепыми
правила о том, что можно приговорить
одного человека к двум, к трем пожиз-
ненным лишениям свободы. Но в прин-
ципе это ничего не меняет.
Не влияет на ослабление
преступности
Другой тезис заключается в ссылках на
некие исторические факты и исследо-
вания, которые якобы показывают, что
смертная казнь не влияет на ослабле-
ние преступности. Однако на самом
деле достоверных данных, однозначно
свидетельствующих об этом, нет. Про-
блема состоит в интерпретации.
Например, оппоненты ссылаются на
опросы лиц, приговоренных к смертной
казни (в прошлом и в других странах),
где осужденные пояснили: они знали о
том, что за содеянное по закону им
может быть назначена смертная казнь,
и тем не менее пошли на преступление.
Но что из этого? Разве кто-то утверж-
дает, что введение смертной казни за
какие-либо преступления приведет к
тому, что эти преступления вообще пе-
рестанут совершаться? Вопрос в дру-
гом: как наличие нормы о смертной
казни и последовательная практика ее
применения влияют на снижение коли-
чества соответствующих преступлений?
Для этого надо опрашивать прежде
всего не тех, кто соответствующие пре-
ступления совершил, а тех, кто когда-
либо хотел совершить, но воздержался,
и выяснять почему. Выяснить, есть ли
такие лица, кого от совершения престу-
пления удержала мысль о возможном
возмездии, о смертной казни. Чем их
больше, тем эффективнее предупреди-
тельная роль смертной казни, так назы-
ваемая общая превенция.
Что до опроса осужденных, то у них
надо выяснять иное: пошли бы они на
преступление, если бы знали, что будут
приговорены к смертной казни? И как
повлияло бы на их решение то, что вме-
сто смертной казни их приговорили бы к
лишению свободы?
Вместе с тем есть убедительные
факты отечественной истории, факты от-
носительно недавние, а значит, проверя-
емые, подтверждаемые не только обсто-
ятельными и достоверными документами,
статистикой, но и свидетельствами оче-
видцев, некоторые из них еще живы.
Сейчас не часто вспоминают (отчего
многие вообще не знают), что с 1947 по
1958 г. в нашей стране была полностью
отменена смертная казнь. Что же случи-
лось далее? Начиная с 1947 г. количе-
ство убийств в местах лишения свободы
возросло не на проценты, а в разы. За-
ключенные убивали друг друга, зная, что
смертная казнь им за это не грозит, а
лишь прибавят очередной 25-летний
срок, который, кстати, поглощает преды-
дущее наказание. В результате убийства
в лагерях стали обыденным явлением.
Но уже в 1959 г. количество таких убийств
резко сократилось: страх перед смерт-
ным приговором останавливал даже
самых разнузданных преступников.
А есть ведь еще специальная пре-
венция, по эффективности в которой
никакое наказание не может конкуриро-
вать со смертной казнью (казненный
убийца уже никого и никогда не убьет).
Это если вкратце…
Не наказывать вовсе?
Следующий тезис заключается в том,
что смертная казнь делает судебную
ошибку необратимой, и является едва
ли не главным в системе аргументов
противников такой казни. Увы, обычно
никто из них не обращает внимание на
свою непоследовательность, не доводит
мысль до логического завершения. Ведь
они согласны, например, с тем, что тер-
рористов можно карать пожизненным
лишением свободы? Да. А каков ожидае-
мый исход такого наказания? Смерть
осужденного в местах лишения свободы.
Причем более быстрая, чем на свободе,
в силу различных лишений и тягот -
вспомним террориста Салмана Радуева.
А если позже выяснится, что осужден-
ный не виновен, ведь его уже не воскре-
сишь? Поэтому получается, что и пожиз-
ненное лишение свободы надо отменить!
Да и любое лишение свободы тоже. Ведь
загубленные годы жизни в тюрьме не-
винному человеку нельзя вернуть!!!
Что же делать? А вот что – не выни-
мать из рук Фемиды меч, а побуждать
ее действовать справедливо и мудро.
Смягчение нравов
Еще один тезис состоит в том, что устра-
нение из системы наказаний смертной
казни ведет к смягчению нравов. Но так
ли на самом деле? Может быть, наобо-
рот? В ситуации, при которой подавляю-
щее большинство граждан нашей стра-
ны (не исключая работников и
руководителей правоохранительной си-
стемы и даже руководителей государ-
ства) считают, что наиболее опасные
преступники (террористы, серийные
убийцы и др.) заслуживают смертной
казни, ее легальное отсутствие способ-
но порождать и, вероятно, порождает
противоправное насилие, внесудебное
лишение жизни таких людей.
Его могут осуществлять как потер-
певшие и их близкие, так и сотрудники
правоохранительных органов (напри-
мер, уничтожая преступников при за-
держании или при побеге там и тогда,
где и когда их можно взять живыми).
В этом смысле знаковым является за-
явление Президента РФ Д. Медведева,
которое он сделал 2 апреля 2010 г. на
встрече с лидерами парламентских пар-
тий после серии крупномасштабных те-
рактов у нас в стране: «Тот, кто совер-
шил эти чудовищные злодеяния, ответит
за это своей жизнью, даже несмотря на
отсутствие смертной казни».
Смертников смертью
не испугать
Относительно новый тезис появился в
связи с участившимися атаками тер-
рористов-смертников. Оппоненты заяв-
ляют: смотрите, террористы доброволь-
но расстаются с жизнью, смертной
казнью их не испугаешь, а значит она
бесполезна.
При этом упускается из виду, что за-
казчики, организаторы и пособники тер-
рористических актов отнюдь не жаждут
своей гибели. А без этих лиц ни один тер-
акт не состоится. Поэтому здесь угроза
смертной казни и в необходимых случаях
ее применение было бы весьма эффек-
тивным. Кроме того, это эффективное
наказание и для исполнителя-смертника.
Потому что он стремится погибнуть, взяв
с собой множество ни в чем не повинных
людей, а смертная казнь уводит преступ-
ника в мир иной в одиночестве.
В завершение следует сказать вот
что. Одиннадцатое сентября 2001 г.
внесло серьезные коррективы в привыч-
ные постулаты человечества (точнее –
некоторой его части, так называемого
золотого миллиарда и к нему примыкаю-
щих), в частности в представление о цен-
ности жизни невиновного человека – как
это не страшно осознавать. Настолько,
что об этом забыли как о кошмарном сне.
Поэтому вспомните, пожалуйста, что
президент США отдал тогда приказ сби-
вать гражданские самолеты, захвачен-
ные террористами и превращенные в
орудие терактов, вместе с сотнями ни в
чем не повинных пассажиров. Чтобы
предотвратить еще большую беду. И ру-
ководство нашей страны было готово от-
дать подобный приказ. И по всей види-
мости, приказ будет отдан при
повторении ситуации. A la guerre comme
a la guerre…
Однако не является ли абсурдным
положение, когда мы готовы лишать
жизни сотни невинных людей, чтобы из-
бежать наихудших последствий терак-
тов, но милосердно ратуем за сохране-
ние жизни любому террористу,
независимо от тяжести им содеянного?

■ ЭЖ–ЮРИСТ ■ № 34 (639), август 2010 ■ WWW.GAZETA-YURIST.RU