Hotline


ЕВРОПУ НАКРЫЛА ТЕНЬ

 Версия для печати

 

Кризис в Европе измеряется не только экономическими показателями, такими как снижение ВВП, рост задолженности и безработица. Ещё одним важным его последствием стал бурный рост теневой экономики, чьи обороты, по оценкам аналитиков, превысили в этом году отметку в два триллиона евро.

 

Житель боснийского города Тузла Юсуф Ахмик работает сдельно — выкладывает плитку в ванных комнатах по пять с небольшим долларов за квадратный метр. Эту работу он получает лишь тогда, когда его друг сантехник зовёт на помощь.

В эти трудные времена, когда Юсуф едва способен прокормить семью, он не может позволить себе расходы на регистрацию, чтобы получить лицензию предпринимателя. «Это государство ни на что не годится; оно только берёт и ничего не отдаёт взамен, — говорит Ахмик. — Для предпринимателей нет интереса, поэтому я останусь незарегистрированным. Если они поймают меня, что я могу поделать? Я не могу изменить ситуацию», — говорит босниец.

Ахмик — из растущего числа людей, которые спасаются от экономического кризиса в Европе, укрывая свои доходы от налоговых органов. Платежи осуществляются наличными, квитанции не выдаются, доходы не декларируются.

«Теневая экономика в Евросоюзе за время затянувшегося финансового кризиса увеличила свои масштабы по меньшей мере в два раза», — сообщил глава Европола Роб Уэйнрайт. «Некоторые преступные группы представляют собой транснациональные корпорации, поскольку имеют в своём составе представителей 60 и более стран». По мнению главы Европола, особенную угрозу Европе представляют итальянские преступные группировки «Коза Ностра», «Коморра» и «Ндрангета».

Организованная преступность выдержала удар экономического кризиса. Она располагает огромными активами — к примеру, незаконные доходы «Ндрангеты», по некоторым оценкам, составляют 44 миллиарда евро в год. Интересно, что именно «Ндрангета» первой максимально использовала открывшиеся в связи с кризисом дополнительные возможности. Когда в 2008—2009-х годах малый и средний итальянский бизнес столкнулся с проблемой кредитов — у банков попросту не было денег, «Ндрангета» стала кредитовать предпринимателей напрямую. И не под грабительские проценты, а на вполне приемлемых условиях.

По мнению руководителя экономического направления Института современного развития Никиты Масленникова, деятельность преступных синдикатов особенно усилилась в последние годы в финансовой сфере. Не случайно в документах недавних саммитов «восьмёрки» и «двадцатки» речь идёт об ужесточении контроля и пресечении кредитования граждан, компаний, организаций, идущих не по банковским каналам. Очень часто оказывается, что это деньги преступных групп, которые, проходя через подобные финансовые операции, отмываются, легализуются.

Ему вторит известный юрист, экс-глава российского бюро Интерпола Владимир Овчинский, который утверждает, что «мафиозные структуры в целом ряде европейских стран стимулировали денежный оборот в условиях финансового кризиса и через этот оборот проникли в различные деловые сферы, в частности в строительный бизнес».

Теневая экономика в Евросоюзе — это обширное пространство, в котором не совершают тяжких, уголовно наказуемых преступлений: не торгуют наркотиками, не поставляют проституток, не грабят банки и крупные компании и прочее. Просто обычно «обходят» административную зарегулированность, чиновничий произвол, высокие налоги всех возможных и невозможных видов и так далее. Причём «в обход» идут все — от зрелых бизнесменов до обычных пенсионеров, домохозяек, которые твёрдо уверены, что получают слишком мало за свой труд.

В «теневом» первенстве Европы уже несколько лет лидируют греки. Считается, что в Греции уводится в тень 40 процентов всей производимой продукции и услуг. Недалеко отстали и бывшие страны соцлагеря, которых недавно приняли в ЕС, такие как Польша, Румыния и Болгария. Население там быстро сообразило, что теневая экономика даёт прекрасные возможности для поднятия уровня жизни. Подсчитать достоверно размеры «теневой стороны» любой экономики достаточно сложно, в ход обычно идут лишь экспертные оценки разной степени приблизительности. Французская газета «Монд» обнародовала структуру теневой экономики в целом по Евросоюзу. Согласно выкладкам этого издания, почти две трети в ней составляет труд недекларируемых работников. Чаще всего они используются в строительстве, сельском хозяйстве и работе на дому. Доходы, утаиваемые от налоговых органов: розничная торговля, выручка баров, оплата за услуги такси и прочее, — образуют оставшуюся треть.

В отраслевом разрезе «теневая» практика распространяется в Европе следующим образом: 35 процентов она занимает в строительстве, 25 — в оптовой и розничной торговле, чуть ниже 25 процентов — в переработке и около 20 процентов — в гостиничном и ресторанном деле.

Эксперты «Монд» указывают на то, что если власти Евросоюза не придумают, как победить «теневую болезнь», то совсем скоро она, как паразит, опутает финансовую систему Старого Света.

Теневая экономика пустила корни в самых разных потребительских и финансовых секторах. Особенно сильно вырос рынок подделок, что неудивительно: в Старом Свете с начала кризиса довольно заметно упала покупательная способность населения — на волне бюджетных сокращений, массового закрытия предприятий и потери работы для миллионов людей. В результате многие покупатели вместо сравнительно дорогой брендовой продукции вынуждены довольствоваться суррогатами и прямыми подделками, зачастую отдавая себе отчёт в том, что приобретают дешёвый фальсификат.

Специалисты Европола поясняют: товары высокой ценовой категории, такие как сумки от Gucci или элитные сорта шампанского, подделывались и до кризиса. Теперь же подделывается буквально всё: начиная от мелочёвки типа медикаментов, продуктов питания и бытовой химии и заканчивая деталями самолётов. А доля подделок, представляющих угрозу здоровью: в первую очередь это еда и лекарства, — в общем объёме фальсификата выросла с неполных 15 докризисных процентов до почти 30 процентов в прошлом году.

Стремление компаний сократить расходы на рабочую силу приводит в лучшем случае к росту незаконной занятости населения и нарушению норм минимальной оплаты труда, в худшем — к развитию и распространению рынка торговли людьми.

Процветают и различные виды налогового мошенничества, это ответ бизнеса на правительственную борьбу с кризисом в виде повышения налогов. Такое решение было принято, например, в Великобритании, где ставку налога на добавленную стоимость, НДС, в 2011 году подняли с 17,5 до 20 процентов, что сделало схемы незаконного возврата НДС ещё более востребованными.

Специалисты считают, что «главные дрожжи» теневой экономики — это наличные деньги. В развитых странах, где широко развиты системы электронных платежей, «тени» значительно меньше.

Бороться с «тенью» аналитики компании Visa Europe, подготовившие доклад о теневой экономике Старого Света, предлагают, развивая электронную торговлю. «Развитие электронной коммерции и расширение безналичных платежей уменьшит теневой сектор, поскольку вся серая экономика основана на наличных деньгах», — объяснил «Эхо» директор Центра структурных исследований Института экономической политики имени Гайдара Алексей Ведев. По его мнению, европейские рецепты по «обелению» экономики сработают и у нас.

По данным исследователей, в тех странах, где электронная торговля развита прилично, доля серой и чёрной экономики ниже среднего уровня уже сейчас. В Швейцарии, Австрии, Голландии и Великобритании на теневой сектор приходится 8—10 процентов ВВП. А вот в Болгарии, Хорватии, Литве и Эстонии — доходит до 30 процентов.

Теневая экономика основана на уходе от налогов при найме работников и продаже товаров, обращают внимание авторы доклада. Именно поэтому, подсчитали исследователи, в 2010—2012-х годах с ростом покупок через Интернет на 8 процентов неформальный сектор экономики снизился на 1,4 процента ВВП.

Дмитрий Докучаев,
Эхо планеты, № 37, 2013