Hotline


Закон РИКО в России: эффективная борьба с организованной преступностью или еще одно пустое обещание?

 Версия для печати

 

 

RICO IN RUSSIA: EFFECTIVE CONTROL OF ORGANIZED CRIME OR ANOTHER EMPTY PROMISE?

by Mike Cormaney

 

“Жестокость российских законов

компенсируется тем, что их можно не соблюдать”

шутка XIX века.

Перевод М. Буряк, 2002 г.

Соединенные Штаты Америки в борьбе с организованной преступностью: закон РИКО

С той ситуацией, в которой сейчас находится Российская Федерация, Соединенные Штаты столкнулись в 60-е гг.: резкий рост организованной преступности захлестнул страну. Конгресс был вынужден законодательно отграничить организованную преступность от обычной, поскольку первая требовала более жесткого наказания. Для достижения этих целей Конгресс принял Закон об организациях, связанных с рэкетом и коррупцией (the Racketeer Influenced and Corrupt Organizations Act). Однако чтобы понять характер нововведений и целей, преследуемых законом РИКО, необходимо уяснить, как Конгресс понимал суть организованной преступности и ее опасность для общества.

А. Организованная преступность в США

Организованная преступность зародилась в США как локальное явление, связанное с особенностями политического процесса в больших городах. До начала периода “сухого закона” она была сугубо местечковой и не распространяла свое влияние на территорию всей страны. С 1920 г криминальные организации начали расти и видоизменяться для удовлетворения возникшего спроса на нелегальный алкоголь. Сухой закон “национализировал” организованную преступность; он подтолкнул небольшие этнически ориентированные группировки к расширению и налаживанию контактов с себе подобными на всей территории Соединенных Штатов.

Организованная преступность в США долгое время ассоциировалась с определенными этническими группировками, в особенности итало-американскими. Концепция “иностранного преступного сговора” (“alien-conspiracy model”) рассматривает организованную преступность как тайное сообщество иностранных этнических групп, объединенных в единую общенациональную иерархическую структуру семей, в основе которой лежат секретность и преданность. Этот стереотип был сформирован громкими событиями конца 50 – начала 60 гг., в том числе арестами предполагаемых национальных лидеров организованной преступности в Апалачине, Нью-Йорке в 1957 г. и подробнейшими свидетельскими показаниями бывшего члена мафиозной группы Джозефа Валачи перед Комиссией Макклеллана в 1963 г. Конгресс разработал закон РИКО, основываясь именно на этом определении организованной преступности. Организованная преступность рассматривалась как единое общенациональное сообщество, иерархически структурированное и работающее на грани, проникая в мир легального бизнеса.

Тем не менее факты свидетельствуют, что организованная преступность в США представляет собой в большей степени свободную конфедерацию небольших криминальных группировок, связанных между собой не родством или тайными клятвами, а, скорее, экономическими мотивами. Структура и сущность организованной преступности в США менялась постепенно, вслед за американским обществом, спрос на нелегальные товары и услуги в котором варьировался в зависимости от исторических реалий. Основу криминальной деятельности организованной преступности составляют игорный бизнес и торговля наркотиками, что, однако не мешает ей заниматься и другими видами нелегального бизнеса от вымогательства до захоронения токсических отходов. Предполагается, что в США более чем 50.000 человек являются членами организованных преступных групп, доход которых ежегодно составляет 150 миллиардов долларов.

Б. Закон РИКО: реакция США на организованную преступность

Для того, чтобы контролировать проблему организованной преступности, Конгресс разработал ряд законодательных актов, включая Закон о веществах, оборот которых ограничен (Controlled Substances Act), Закон Хоббса (Hobbs Act), и ряд статей Кодекса внутренних доходов (Internal Revenue Code). Каждый из этих нормативных актов сам по себе очень важен, но Закон об организациях, связанных с рэкетом и коррупцией, раздел IX Закона против организованной преступности 1970 г. – главное орудие, используемое Соединенными Штатами в борьбе с организованной преступностью.

  1. Цель закона РИКО
  2. Целью закона РИКО является “искоренение организованной преступности в Соединенных Штатах Америки посредством усиления требований закона при сборе доказательств, криминализации новых деяний, ужесточения назначаемых наказаний и применение прочих юридических средств к нелегальной деятельности, связанной с организованной преступностью”. Закон РИКО направлен прежде всего против преступных организаций в целом, а не против их отдельных членов. Традиционно субъектом уголовного права является физическое лицо, поскольку оно наделено свободой и добровольностью выбора и является “одушевленным существом, носителем виновности… (и) важной политической и экономической единицей”. Исторически сложившиеся приоритеты уголовного права порождают проблемы при решении вопроса о привлечении к уголовной ответственности организованной преступности, поскольку даже если часть членов организованной преступной группы будет осуждена, новые люди с легкостью заменят их, и организация продолжит свое существование.

    Закон РИКО был принят, так как законодатели осознавали необходимость что-либо предпринять в связи с совершением преступлений организованными и структурированными группами. Организованная преступность представляет собой реальную угрозу для общества, поскольку одновременно влечет рост вероятности того, что цели преступников фактически достижимы, и снижение вероятности того, что лица, вовлеченные в организованную преступность, отрекутся от преступного мира. Группа, объединившаяся с преступными намерениями зачастую, если не сказать, как правило, достигает целей намного более сложных, чем это доступно для одиночных преступников…

    Признавая, что “преступления в рамках организованной преступности совершают физические лица, но ее саму делают организации”, закон РИКО концентрирует свое внимание на группах в целом и, основываясь на концепции “преступного предприятия”, отграничивает преступление, совершаемое постоянно действующей специализированной организацией от обычного преступного сговора. “Наряду с привлечением к ответственности физических лиц, основная цель закона РИКО - уничтожение криминальной организации как таковой”.

  3. Общие положения и сфера действия закона РИКО

Закон РИКО открывает длинный список определений. Первой идет “рэкетирская деятельность”, включающая федеральные и на уровне штатов преступления, совершение которых влечет за собой применение закона РИКО. Они, обычно относимые к “сигнальным преступлениям” (predicate offences), включают различные противоправные деяния, которые Конгресс счел свидетельствами деятельности организованной преступности. Закон РИКО не вводит новых составов, он лишь ужесточает наказание для лиц, совершивших определенные, предшествующие преступления наряду с участием в делах криминальной организации. Эта концепция “совокупности ответственности”, сравнительно новая в уголовном праве, нацелена на обеспечение более сурового наказания организованных преступных групп из-за высокой опасности последних для общества.

Следующей не менее важной категорией закона РИКО является “предприятие”. Под предприятием понимается “любое индивидуальное, партнерское, корпоративное, ассоциативное или иное легальное объединение, любой союз или группа лиц, связанных фактически, хотя и без юридических на то оснований”. Предприятие может быть и предусмотренным в законе объединением, таким как корпорация, и нелегальным союзом, таким как фактическая ассоциация людей, объединившихся исключительно ради преступных целей.

Последняя ключевая дефиниция закона – “состав” рэкетирской деятельности. Состав определяется как “по крайней мере два эпизода рэкетирской деятельности, один из которых произошел после вступления в силу настоящей главы, а последний - в течении 10 лет… с момента совершения предыдущего акта рэкетирской деятельности”. Следовательно, система имеет место, когда лицо совершает 2 “сигнальных” преступления в течении 10 лет. Однако, факта совершения 2 “сигнальных” преступлений за указанный период времени недостаточно для применения закона РИКО. Верховный Суд разъяснил необходимость “связанности” двух актов и “наличия угрозы продолжения преступной деятельности”.

Закон РИКО содержит четыре основных положения, отражающих его суть. Статья (а) признает противозаконным инвестирование в легальный бизнес любых доходов, полученных в результате рэкетирской деятельности. Статья (б) признает противозаконным получение доходов от предприятия путем рэкетирской деятельности. Эти статьи, по-видимому, отражающие желание законодателя оградить законный бизнес от проникновения организованной преступности, применяются редко из-за сложности доказывания. Статья (в) - самая популярная норма закона РИКО - признает незаконным “руководство или участие, прямое или опосредованное в управлении делами предприятия путем рэкетирской деятельности”. Посему, не имеет значения, является ли предприятие созданным на основании закона или “фактической ассоциацией”, - прокуроры могут применять данную статью практически к любой разновидности преступных организаций невзирая на наличие связи с законным бизнесом. Однако данная статья может быть применена лишь к тем, кто руководит или управляет делами предприятия так, как это следует из определения “управление и менеджмент”. И, наконец, статья (г) признает незаконным вступление в сговор для нарушения статьей (а), (б) или (в).

В. Новеллы закона РИКО, оказавшиеся успешными

Хотя применение закона РИКО как такового вызывает жаркие споры, в целом никто не отрицает несомненную пользу этого акта в борьбе с ростом организованной преступности в США. Успех закона РИКО в Соединенных Штатах связан с четырьмя его новеллами: нормами о сговоре, возможностями широкой интерпретации его положений, механизмами гражданской ответственности и суровости наказаний.

  1. Статьи закона о сговоре и преступных предприятиях
  2. Одна из причин, по которым закон РИКО оказался весьма успешным в борьбе с организованной преступностью, - разработка новой концепции федеральных норм, касающихся сговора. Сговор всегда являлся важным элементом уголовного преследования лидеров организованной преступности потому, что, хотя они и руководят криминальной организацией, сами редко нарушают закон. РИКО смоделировал нормы о сговоре таким образом, чтобы “привлечь к ответственности тех, кто обладает истинной властью и фактически осуществляет руководство”. Двумя традиционными составляющими сговора являются договоренность между двумя или более лицами и общая преступная цель или задача. Каждый участник сговора несет ответственность за деяния соучастников в течение “времени, когда эти преступления были совершены, [соучастники] были задействованы в преступном сговоре и основные криминальные действия… были осуществлены во исполнение целей сговора”.

    Как правило, нормы, касающиеся сговора, плохо работают против организованной преступности, поскольку в обычной криминальной организации реализуются самые разнообразные разновидности сговора. Из-за отсутствия единой коллективной договоренности или общей коллективной преступной задачи целиком группу невозможно привлечь к ответственности, поэтому нормы о сговоре могут быть применены лишь к ее отдельным частям. Составы кругового и сетевого сговора не могут быть применены против преступных организаций так как “единая договоренность или общая задача не могут быть выведены из совершения самых разных преступлений явно несвязанными между собой преступниками”.

    Закон РИКО решил эту проблему, представив концепцию “организационного сговора”. Понятие “сговора” в законе не имеет ничего общего, что чрезвычайно важно, с совершением единичного “сигнального” преступления, оно подразумевает договор об участии в делах криминального предприятия путем совершения двух и более актов рэкетирской деятельности для достижения целей этого предприятия. При это совершенно не важно, знал ли обвиняемый о преступной деятельности других членов и во сколько разновидностей преступной деятельности было вовлечено предприятие. Обвинителю требуется лишь доказать, что лицо “связано” с криминальным предприятием совершением 2 актов рэкетирской деятельности. Новая концепция имеет массу преимуществ перед прочими при привлечении к ответственности членов организованных преступных групп. В соответствии с ней ответственность за преступления организации несут все ее члены. Она также дает возможность объединить дела всех членов организации в единое производство, что раньше было запрещено. Введение законом РИКО понятия “организационного сговора” позволило рассматривать преступную организацию как единое целое, а не как сумму отдельных ее частей.

  3. Границы толкования и интерпретации закона РИКО
  4. Следующая причина успеха закона РИКО в США - чрезвычайно широкие возможности в сфере нормативного толкования и судебной интерпретации. Разработчики Закона РИКО использовали общие термины и тщательно избегали четкого определения понятия “организованная преступность”. “Конгресс умышленно раздвинул границы ответственности столь широко, чтобы избежать создания лазеек, используя которые, приспешники организованной преступности смогли бы вырваться на свободу…”

    Часть комментаторов полагают, что закон РИКО используется слишком обще и что его применение следовало бы ограничить “традиционными” организованными преступными группами, теми, которые подпадают под концепцию “иностранного преступного сговора”. Однако определения закона РИКО чрезвычайно широки и не ограничиваются традиционной концепцией организованной преступности. Конгресс создал гибкий нормативный акт, представляющий множество возможностей для разнообразных толкований, что позволяет преследовать любые проявления организованной преступной деятельности. Для решения проблемы необходимости статутных классификаций, разработчики решили криминализировать поведение, которое обычно связанно с организованной преступной деятельностью вместо того, чтобы признавать противозаконным участи в организованной преступной группе. Таким образом любое лицо или группа, уличенная в указанном поведении, предполагается вовлеченной в организованную преступность. Следовательно, для привлечения к ответственности по закону РИКО основанием является поведение, а не разновидность группировки или национальность ее участников. Закон РИКО отринул этнические стереотипы, обычно связываемые с организованной преступностью, и частенько используется против группировок, совершенно не соответствующих традиционным представлениям о мафии.

    Несмотря на то, что суды выявили уникальность закона РИКО для широчайшего токования, еще одним, не менее важным элементом, увеличивающим возможности интерпретации, служит введенная Конгрессом так называемая “оговорка о свободной интерпретации”. Она гласит, что “положения настоящего закона могут свободно интерпретироваться для достижения предусмотренных в нем целей”. Нет ни одного уголовного закона, содержащего подобную статью; более того, традиционно считается, что уголовно-правовые акты должны быть написаны однозначно, а любые неясности толкуются в пользу обвиняемого. Оговорка о свободной интерпретации – следствие невозможности точного определения такого сложного понятия как “организованная преступность”. Динамичность и изменчивость организованной преступности требует от закона не меньшей подвижности, чтобы не позволить преступникам избежать наказания всего лишь из-за того, что норма права не учитывает сложившейся ситуации. Широта трактовки закона РИКО дает возможность его применения в таких случаях, о которых разработчики и не думали, но в то же время подобное свойство необходимо в “в сложнейших делах … [которые] не охвачены традиционными нормами права и вызывают сильнейшие негативные эмоции”.

    Опасность, идущая об руку с возможностью свободной интерпретации, заключается в том, что это свобода может превратиться в бесконтрольность. Для того, чтобы оградить закон РИКО от этой проблемы, в рамках управления по уголовным делам Министерства юстиции США было создано специальное подразделение – Отдел по борьбе с организованной преступностью и рэкетом (OCRS), чьей задачей является контролирование применения закона РИКО. Отдел призван тщательно отслеживать те дела, где предполагается применение закона РИКО; и такое дело не может быть возбуждено без санкции Отдела. ОКРС работает как некий “контроль качества” для гарантии того, что “содержание преступлений, предполагающих применение закона, действительно подпадает под общую политику действия РИКО”. Условия, которые влекут применение закона РИКО, включают наличие или использование насилия, связь с наркотиками, или фактическую высокоорганизованную структуру группы. Прочие условия позволяют выявить, можно ли применить к деянию иной закон, или необходимо использование именно закона РИКО, и какова история криминальной деятельности.

  5. Гражданская ответственность
  6. Гражданская ответственность – еще одна новелла закона на пути эффективной борьбы с организованной преступностью. РИКО гласит, что “любое лицо, чьему бизнесу или собственности причинен ущерб действиями, нарушающими статью 1962 … вправе на основании этого предъявить иск... который может предусматривать возмещение причиненных убытков, покрытие судебных расходов, в том числе и разумную плату адвокату”. Суд при рассмотрении гражданского дела также наделяется полномочиями по использованию необходимых правовых механизмов, таких как принуждении лица к отказу от любого дохода прямого или непрямого в любом предприятии; наложение разумного ограничения на будущую деятельность или капиталовложения любого лица… или запрет на ликвидацию или реорганизацию любого предприятия…” Как и в большинстве гражданских дел, бремя доказывания проще, чем в уголовных делах, и ответчик не вправе использовать 5 поправку, позволяющую не свидетельствовать против себя самого. Истец не обязан предъявлять ни уже вынесенный приговор за совершение “сигнального” преступления [ответчиком], ни специфического, опознаваемого “ущерба от рэкетирской деятельности” для применения гражданской ответственности по закону РИКО.

    Хотя положения статьи 1964 весьма выгодны для потенциальных истцов и обвинителей, посвященная гражданской ответственности часть закона РИКО фактически игнорировалась до середины 80-х гг. Прокуроры и частные адвокаты не решались использовать цивилистические положения закона, поскольку РИКО представлял собой новый комплексный нормативный акт, опыт применения которого судьями и юристами был очень мал, руководящие разъяснения верховных судов отсутствовали. Более того, идея гражданской ответственности в уголовном праве зачастую не воспринималась прокурорами, обученными просто садить преступников в тюрьму. В последние годы сомнения в возможности применения цивилистической части закона РИКО исчезли. Ныне критики, наоборот, говорят о повсеместном использовании закона РИКО “чаще как банального оружия в частных гражданских исках против легитимных организаций, чем против контролируемых бандитами образований”.

    И как ни странно, самая популярная область применения закона РИКО – гражданское право. Во-первых, ни у штатов, ни у федерального правительства нет достаточных ресурсов для уголовного преследования каждой организованной преступной группы. Федеральное правительство в состоянии осуществлять уголовное преследование лишь групп, оказывающих влияние на национальную торговлю, т.е. крупных широко известных преступных предприятий. Цивилистическая часть закона РИКО позволяет частным лицам, людям, непосредственно пострадавшим от организованной преступности, самим отстоять свои интересы в суде, если они не достаточно защищены правительством. Более того, гражданско-правовые механизмы РИКО направлены на уничтожение финансовых стимулов организованной преступности. Федеральные и прокуроры штатов начинают использовать выгоды меньшего бремени доказывания по гражданским делам и наносят удары по экономической базе организованной преступности вместо простого заключения ее членов в тюрьму.

  7. Суровость наказания

Последняя новелла закона РИКО, касающаяся обеспечения его эффективности, - суровость наказаний, применяемых к его нарушителям. Уголовные наказания разнятся от штрафа, назначаемого в зависимости от размера причиненного вреда, до 20 лет лишения свободы. Наказание для нарушителя закона РИКО намного жестче, чем наказание за совершение одного из “сигнальных” преступлений. Это сделано для того, чтобы лицо было наказано за способ совершения преступления, т.е. участие в организованной преступной группе наказывается так же как и совершение преступления самого по себе. Неизбежность сурового наказания зачастую является причиной сделок о признании вины и осведомительских свидетельских показаний в помощь следователям.

Хотя приговор к лишению свободы или штрафы суровы, самым убыточным и спорным наказанием является новая интерпретация концепции уголовной конфискации. Конфискация по закону РИКО - “персональная” (in personam), означающая, что наказание “становится персональным долгом проигравшей стороны, против которой вынесено судебное решение” в противовес прежнему определению конфискации, под которой понималось изъятие собственности, используемой или нажитой в результате преступной деятельности. Для применения конфискации необходимо наличие любой “прибыли, полученной или удержанной лицом в нарушение статьи 1962”; сюда входит “фактическая собственность… и материальная и нематериальная частная собственность, включая права, привилегии, имущественные права, право требования и залоги”, а также доходы, полученные в результате рэкетирской деятельности. Если ни одна из перечисленных разновидностей собственности не доступна, суд может обратить взыскание на другое имущество ответчика для удовлетворения его обязательств. В соответствии с “доктриной возвратной связи” право на имущество “возникает в США после исполнения акта, предусматривающего конфискацию”.

Конфискация способствует достижению цели закона по “устранению организованного преступного элемента из специфических областей деятельности, например, путем исключения возможности получения преступного дохода, что сделает многие сферы деятельности не такими привлекательными…”. Статья 1963 не является возможностью получения дохода для правительства; собственность, изъятая в результате конфискации, размещается в возобновляемом фонде и используется только для обеспечения правоприменительной деятельности и для выплаты компенсации жертвам. Однако конфискация назначается не так часто, как можно подумать, поскольку является возрождением одной из осуждаемых концепций уголовного права, во-первых, и из-за сложности идентификации имущества должника, подлежащего изъятию, во-вторых. В связи с указанными обстоятельствами, уголовная конфискация стала объектом для множественных нападок со стороны ревнителей Конституции, но пока противостоит им всем.

По большому счету закон РИКО оказался эффективным в борьбе с организованной преступностью в США. РИКО рассматривают “как один самых эффективных инструментов для уголовного преследования систематической организованной преступной деятельности”. С помощью закона РИКО в 80-х гг. прокуроры значительно увеличили количество возбужденных уголовных дел против организованной преступности, большая часть которых заканчивалась наказанием виновных. Россия сейчас, так же как и США в 60-е гг., столкнулась лицом к лицу с проблемой организованной преступности. Российская Федерация обратилась за советом и помощью в разработке законов против организованной преступности к Соединенным Штатам. В какой мере положения закона РИКО могут быть применены в борьбе с русской организованной преступностью, мы рассмотрим в части 4.

IV. Может ли закон РИКО помочь России в борьбе с организованной преступностью?

Хотя имеются некоторое сходство между организованной преступностью в России и США, русская организованная преступность существенно отличается в связи со своей культурной уникальностью, историческими традициями и открытым присутствием в обществе. Российские правоохранительные органы на протяжении многих лет боролись с ростом организованной преступности, а многочисленные чиновники высказывали свое мнение по поводу того, что деятельность правоохранительных органов по борьбе с организованной преступностью была бы более эффективна, если бы в России существовал специальный нормативный акт против организованной преступности, такой как закон РИКО. Несмотря на то, что некоторые правовые принципы, сделавшие закон РИКО успешным в США, будут полезными и в России для применения и усиления законов, направленных против организованной преступности, они могут и не сработать в силу ряда неправовых барьеров.

А. История развития российского уголовного права

Российское уголовное право претерпело ряд важных изменений с момента распада Советского Союза в августе 1991 г. Все они были окончательно оформлены в УК РФ, который вступил в силу в январе 1997 года. УК является основным источником уголовного права Российской Федерации, который отменил предыдущий кодекс, все законы, содержащие изменения и дополнения к старому кодексу, и, теоретически, временные президентские указы, касающиеся уголовного права.

Эксперты сходятся во мнении, что принятие нового Уголовного кодекса должно было произойти гораздо раньше. Предыдущий Уголовный кодекс - УК РСФСР “неизбежно воплотил в себе идеологию, унаследованную от социальной и политической среды советского периода”. Советское руководство использовало УК как средство внедрения социалистических идеологических верований в общество. Целью УК РСФСР было в большей степени преследование диссидентов и защита социализма, а не охрана общества и личности от вредного влияния преступной среды.

В дополнение к идеологическим преступлениям многие положения советского УК были несовместимы и противоречили целям новой экономической и социальной системы, которая создавалась реформаторами. Согласно советскому УК преступными признавались многие деловые операции, которые составляют основу рыночной экономики; в нем также не были обозначены такие виды преступлений, как мошенничество с ценными бумагами, банковское мошенничество, и другие комплексные экономические преступления, которые не существовали в предыдущей экономической системе, а на данный момент являются одним из основных видов деятельности организованной преступности в России. Несмотря на эти недостатки УК РСФСР официально действовал практически на протяжении шести лет экономических преобразований, пока не был разработан и принят новый УК.

В УК РФ были разрешены многие из этих теоретических и практических проблем. Прежде всего, УК РФ аполитичен и не подчиняет интересы личности интересам государства. УК РФ “предоставляет одинаковую защиту прав и свобод всем гражданам, всем формам собственности, а также интересам общества и демократического государства”. Более того, в УК РФ даны новые определения видов деятельности, которые попадают в разряд уголовных преступлений. В УК РФ предусмотрены 59 новых составов, в основном в экономической сфере, а 62 деяния были выведены из разряда уголовных. В УК РФ криминализированы многие деяния, особенно в сфере экономики, где существовали значительные пробелы в советском законодательстве, использовавшиеся организованной преступностью.

Хотя действующий УК и поставил уголовное законодательство РФ в один ряд с законодательствами остального мирового сообщества, но есть еще масса проблем с его применением. В виду того, что УК РФ достаточно нов, существует мало комментариев и практически нет официального толкования его положений. Прокуроры и работники правоохранительных органов не имеют опыта в том, как расследовать и квалифицировать деяния по впервые введенным составам. Более того, Федеральное Собрание РФ еще не приняло новый Уголовно-процессуальный кодекс для дополнения УК РФ и определения новых стандартов ведения следствия и рассмотрения дел в суде. Российские ученые-юристы полагают, что “пройдет как минимум год, прежде чем будут заметны результаты действия нового кодекса”, и только после этого могут быть сделаны соответствующие изменения и дополнения. Несмотря на это, мало кто верит в то, что новый УК РФ “является серьезной законодательной базой, необходимой для борьбы с организованной преступностью”.

Б. Как новеллы закона РИКО могли бы помочь России.

Основные статьи УК РФ, которые являются предметом настоящего анализа, связаны с проблемами организованной преступности. В советском УК такие составы отсутствовали. Так как у России практически отсутствует опыт борьбы с преступностью посредством демократических методов, законодатели обратились за помощью к США в разработке новых положений, касающихся организованной преступности. Очевидно, что российские законодатели попытались ввести новые положения в УК РФ, которые основываются на принципах, предусмотренных в законе РИКО. Статьи закона, где использовались принципы РИКО, нормы, связанные с организованной преступностью, базирующиеся на анализе новелл, которые привели РИКО к успеху в США, могут повысить эффективность в применении положений УК РФ, направленных на борьбу с организованной преступностью.

    1. Организованная преступность и преступный сговор

Согласно закону РИКО все члены преступного сообщества должны обвиняться в группе, в независимости от наличия общей преступной цели и договоренности, которые необходимы в соответствии с нормами о преступном сговоре. Развитие законодательства, связанного с преступными сообществами, и новеллы в законе о преступном сговоре облегчили разрешение многих очевидных проблем, касающихся уголовного преследования организованной преступности, и выразились в ужесточении наказания за организованную преступную деятельность.

Концепция преступного сообщества и средства, с помощью которых закон РИКО расширяет традиционное законодательство о преступном сговоре и соучастии, были бы ценными дополнениями к более эффективному претворению в жизнь положений об организованной преступности УК РФ.

Хотя статья 30 УК РФ и дает краткое определение термина “сговор”, в России традиционно групповые преступления наказывались не в соответствии с нормами о преступном сговоре, а в соответствии с нормами об ответственности за соучастие. Статья 32 УК РФ формулирует основное определение соучастия – “умышленное совместное участие двух или более лиц в совершении умышленного преступления”. “Умышленное” несет в себе смысловую нагрузку, о заведомом и добровольном участии, “совместное”, по всей видимости, означает, что “действия лиц поощряли свершение преступления каким-либо третьим лицом”. Статья 33 дает перечень лиц, которые могут быть признаны соучастниками преступления – исполнитель, организатор, подстрекатель и пособник.

Также как и основные уголовные законы США, УК РФ концентрируется на личности и попытках определить и установить ответственность за совершенные преступления вовлеченных индивидуумов. УК РФ признает независимость каждого участника, устанавливая, что ответственность за соучастие зависит от соответствующего уровня участия в свершении преступления и от его возраста и психического состояния. Российские прокуроры, по всей видимости, столкнутся с теми же самыми проблемами, что и прокуроры в США до принятия закона РИКО: они не смогут привлечь к ответственности членов преступного сообщества за преступления всего сообщества в целом, а лишь за те деяния, в отношении которых смогут доказать наличие специфической общей цели и договоренности (т.е. “умышленное совместное участие”). Использование концепции закона РИКО, касающейся преступных сообществ, избавило бы российских прокуроров от сбора чрезмерного количества доказательств по “умышленному совместному участию” и предоставило бы им возможность уголовного преследования больших и диверсифицированных групп. Согласно этой концепции все члены преступного сообщества ответственны за преступления, свершенные этим сообществом. Вместо необходимости сбора доказательств об общих договоренности и намерениях, что иногда является непосильной задачей, прокурорам будет необходимо лишь доказать, что данное лицо принадлежало к преступной группе, соглашаясь участвовать в ее делах.

В двух статьях УК РФ рассматриваются две рудиментарные формы преступных сообществ. Статья 209 гласит, что “создание устойчивой вооруженной группы (банды) в целях нападения на граждан или организации, а равно руководство такой группой (бандой)” наказывается лишением свободы на срок до 15 лет с конфискацией имущества. В статье 209 также предусматривается лишение свободы на срок от 8 до 15 лет с конфискацией имущества за “участие в устойчивой вооруженной группе (банде) или в совершаемых ею нападениях”.

Статья 210 отдельно посвящена организованной преступности. Ее положения зеркально отражают положения статьи 209. Прежде всего, “создание преступного сообщества (преступной организации) для совершения тяжких или особо тяжких преступлений, а равно руководство таким сообществом (организацией) или входящим в него структурными подразделениями” наказываются лишением свободы на срок от 7 до 15 лет с конфискацией имущества. Участие в преступном сообществе также наказывается лишением свободы на срок от 3 до 10 лет с конфискацией имущества.

Статья 35 (5) отдельно оговаривает ответственность организаторов и членов таких видов организаций за специфические преступления, свершенные группой. Эта статья гласит, что лидер организованной группы или преступного сообщества ответственен за преступления группы, если они охватываются его умыслом, а члены преступного сообщества ответственны только за те преступления, в которых они лично принимали участие. Короче говоря, статьи 209 и 210 определяют как преступление создание и участие либо в устойчивой вооруженной группе (банде) или в преступном сообществе, а статья 35 (5) предусматривает, что организаторы и члены ответственны, при определенных обстоятельствах, за преступления свершенные группой.

Эта рудиментарная разновидность преступных предприятий описана лишь для четкого отражения основной идеи закона РИКО, которая выражается в эффективном противодействии организованной преступности; закон должен быть направлен против преступлений организации, а не концентрировать свое внимание на отдельных преступлениях ее членов. К сожалению, в отличие от закона РИКО, в УК отсутствует возможность толкования, предоставляющая право суду или прокурору уточнить или выявить значение этих положений. Статьи 209 и 210 неясные и не дают возможность толкования ключевых терминов, таких как “создание” и “участие”. Анализ закона РИКО может определить для российского законодателя как эффективно очертить эти термины. Закон РИКО определяет “участие” через осуществление; лицо “участвует” в преступном сообществе путем осуществления “состава рэкетирской деятельности”. Российский законодатель может использовать схожие формулировки для прояснения значения сути статей 209 и 210 путем специфического определения “создания” и “участия” через осуществление, что намного легче доказывается чем негласная согласованность и психическое состояние, необходимые в соответствии с законом для наличия соучастия.

Аналогично составляющие этих двух преступлений и данные терминам определения сами же ограничивают возможности применения названных статей. Требование “устойчивой вооруженной группы” и специфические “цели нападения” ограничивают применение статьи 209 в отношении множества разновидностей преступных групп. Та же ситуация и с “преступным сообществом (преступной организацией)”, которая определяется как группа, созданная для совершения тяжких или особо тяжких преступлений. Множество преступлений, совершаемых организованными преступными группами, не классифицируются УК РФ как тяжкие или особо тяжкие. Эти проблемы могут быть также исправлены путем изучения принципов закона РИКО. Применение определений, сходных с используемыми в законе РИКО “предприятием” и исключение каких бы то ни было целей организации расширят сферу действия статей 209 и 210 и сделают их применимыми для большего количества форм проявлений организованной преступности.